Шлемазл - Август Котляр

Даша поворачивается к Платону, в глазах у неё бешенство и ярость, в них читается желание прибить Платона. Изя открывает глаза.

ИЗЯ (обращаясь к Платону): Молодой человек?!

Платон хладнокровно наводит пистолет на Изю и нажимает спусковой крючок. Стрела попадает в лоб Изи, присоска приклеивается.

ПЛАТОН (после секундного замешательства): Вы можете сохранять молчание…

ИЗЯ (отлепляя присоску): Пожалуй, не буду.

ПЛАТОН: Я не дочитал твои права.

ИЗЯ: Вы застрелили безоружного человека, за это полагается электрический стул. Или вы законов не знаете?

ПЛАТОН (несколько теряясь): Знаю. Я нечаянно. Оно само.

ИЗЯ (строго и серьёзно): Незнание законов не освобождает от смертной казни, вам это известно, господин полицейский?

ПЛАТОН (ещё больше теряясь): Известно.

ИЗЯ: Тогда сдайте оружие, наденьте на себя наручники и следуйте за мной.

ПЛАТОН (обескуражено): Куда?

ИЗЯ (на полном серьёзе): В окружную федеральную тюрьму. Вам будут предъявлены федеральные обвинения в совершении тяжкого служебного преступления – вы застрелили насмерть невиновного человека, находясь при исполнении.

ПЛАТОН (неуверенно): Но ведь ты живой?

ИЗЯ: Это определит суд – жив ли человек после выстрела в лоб. Так, надевайте наручники и следуйте за мной.

ПЛАТОН (хватаясь за Дашу): Мама!

ДАША (отстраняясь): А что я могу сделать?

ПЛАТОН (пытаясь спрятаться за Дашу, явно чувствуя себя не своей тарелке): Ну скажи ему!

ИЗЯ: Вам будет предоставлен адвокат. Но сначала – в тюрьму. Вы сами пойдёте или мне применять насилие?

ПЛАТОН: Не надо насилия. Мне дома хватает. Я сам.

Платон, скорбно вздыхая, надевает сам на себя пластмассовые наручники, Изя смотрит на него строго, Даша смотрит на Изю выжидательно и с интересом. Изя смотрит на Дашу, и чуть ей подмигивает.

ИЗЯ (обращаясь как Даше): Сколько времени вы знаете задержанного?

ДАША (серьёзно): Восемь лет. С рождения.

ИЗЯ: Как можете охарактеризовать подозреваемого?

ПЛАТОН: Я полы вчера помыл. И посуду.

ИЗЯ: Прошу помолчать. Вам будет предоставлено последнее слово.

ДАША: Он рос хорошим ребёнком.

ПЛАТОН: Я и сейчас хороший. У меня детство трудное.

ИЗЯ: Ещё одно слово – и я прикажу вас вывести из зала.

ПЛАТОН (собираясь с духом): А ты вообще кто такой? Это всё понарошку!!

Изя вынимает из-за пазухи какой-то жетон и предъявляет его Платону. Затем приоткрывает полу своего пальто, там в кобуре висит предмет, похожий на пистолет.

ИЗЯ: На это раз ты доигрался, молодой человек. Это тебе не в детском саду соплями кашу маслить. Ответишь по всей строгости закона.

ПЛАТОН (начиная почти что реветь): А что я такого сделал?

ИЗЯ: Это выяснит следствие. Я буду вести протокол. Первым допрашивается свидетель.

Изя достаёт из кармана блокнот, ручку и вопросительно смотрит на Платона. Даша смотрит на Платона, Платон смотрит на Дашу умоляющими глазами.

ДАША: Я могу отказаться от дачи показаний? Я ведь не обязана свидетельствовать против своего сына как ближайшего родственника?

Платон смотрит на Дашу с мольбой и благодарностью. Изя что-то пишет в блокноте.

ИЗЯ: Это ваше конституционное право. Тогда вы, молодой человек, признавайтесь добровольно и чистосердечно, в чём вас обвиняют?

ПЛАТОН (неуверенно): Я себя плохо вёл?

ИЗЯ (чиркая в блокноте): Так, плохо вёл себя, это уже состав…

Платон роняет на пол свинью-сопилку.

ПЛАТОН: Свинья упала. С деньгами. Можно поднять?

ИЗЯ: Можно.

Изя обращается к Даше, которая уже с трудом сдерживает улыбку.

ИЗЯ: Странно, что столь красивая головка может быть такой крепкой. Моя до сих пор камертонит.

Даша смущённо улыбается, Изя сдержанно улыбается в ответ. Платон лезет под лавку, хватает свинью-копилку и пытается на четвереньках удрать, но у него нога попадает в бретельку валяющегося на полу лифчика, сам лифчик зацепляется другой бретелькой за крюк под сиденьем, Платон с грохотом падает и ревёт, руки у него в пластмассовых наручниках.Изя подхватывает его под микитки и возвращает на место. Платон рыдает. Изя терпеливо ждёт, когда тот успокоится.

ИЗЯ: Сегодня вам крупно повезло. Я имел право застрелить вас при попытке к бегству, если б не ваша мать. Вы меня понимаете?

ПЛАТОН: Я ни в чем не виноват! Отпустите! Мама, скажи ему!

ИЗЯ: Молчать! Отвечать по существу!

ПЛАТОН (с внезапным озарением, протягивая Изе свою свинью-копилку, потряхивая звякающими там монетами): Всю жизнь собирал! Возьми! Только отпусти нас с мамой!

ИЗЯ: Взятка? Мне? При исполнении? Это тянет на расстрел. Или, при смягчающих обстоятельствах, двадцать пять лет тюрьмы.

ПЛАТОН (считая в уме): Это когда я выйду, буду такой же старый и страшный, как мама?

Даша явно конфузится от этих слов, Изя с пониманием и выразительно смотрит на неё.

ИЗЯ: Предлагаю пойти на сделку со следствием.

ПЛАТОН (сглатывая судорожно): Согласен!

ИЗЯ: Ваша мама отсидит за вас.

ПЛАТОН: Двадцать пять лет?

ИЗЯ: Ну да. Как решит суд. Может, и расстреляют.

ПЛАТОН (изумлённо): Маму? За что?

ИЗЯ: Вы заключаете сделку со следствием?

ПЛАТОН (прислушиваясь к себе и внезапно твердея): Нет. Я тебя убью.

Скованными руками он хватает второй полицейский пистолет и пытается выстрелить в Изю. Изя отбивает руку с пистолетом, происходит выстрел, стрелка с присоской попадает Даше в висок и прилипает. Платон не замечает этого, он борется с Изей, пытается ударить его игрушечной дубинкой. Они дерутся, Платон пытается драться даже ногами. Изя побеждает, обхватывает Платона сзади, и тут они видят, что Даша сидит с закрытыми глазами, прислонившись головой к окну, а из виска торчит стрела. Они застывают.

ИЗЯ: Что ж ты натворил? Укокошил родную мать!..

ПЛАТОН (в ужасе, находясь в объятьях Изя): Мама! Мамочка! Не умирай!

ИЗЯ (в изумлении): О, Господи! Только не в висок!

ПЛАТОН (брыкается и рвётся к Даше): Пусти! Пусти!

Изя отпускает Платона, тот бросается к Даше, трясёт её, но она не реагирует. Изя хватает Дашу за руку, потом прикладывает пальцы к сонной артерии.

ПЛАТОН (крайне встревожено): Нет пульса? Делай ей искусственное дыхание! Рот в рот!

ИЗЯ (несколько смущённо): Сам делай!

ПЛАТОН: У меня рот маленький. А у тебя как пылесос!

Изя кладёт Дашу на скамейку, присоску отцепляет от её виска,