Кляпа 2 - Алексей Небоходов

Алексей Небоходов

Кляпа 2

Глава 1

Утро взорвалось в комнате с интенсивностью, которой бы позавидовал взвод солдат на кофеине. Сначала пискнул вибромолот. Потом что—то заскрипело. Затем Валя, вцепившись ногами в простыню, резко подскочила – и тут же рухнула обратно. Голова гудела, как колокол в дурдоме, сердце билось по рёбрам с напором барабанщика, уволенного за гиперактивность.

Рядом на тумбочке лежал вибромолот. Инструмент усердно мигал, словно посылая сигналы в эфир, дышал еле заметно, как домашний питомец в спячке, а потом – кажется – слегка шевельнулся, будто собирался продолжить начатое без разрешения хозяйки.

– Просыпайся, моя миниатюрная геополитическая катастрофа! – заорал голос внутри с таким вдохновением, будто объявлял победителя вселенского конкурса по непотребству. – Мы начинаем! День первый! Курс молодого бойца! От гусеницы до шалавы – в три дня, без перерыва на жалость!

– Я умерла? – прохрипела Валя, не открывая глаз. – Скажите честно. Это чистилище?

– Это хорошо, что не сразу! – не унималась Кляпа, а в голове заиграла мелодия фанфар, как будто где—то в мозжечке развернули парад.

Валя попыталась повернуть голову. Щёлкнуло в шее. Она застыла. Медленно опустила глаза – правая рука всё ещё сжимала вибромолот. Лампочка на нём мерцала. Оранжевым. Как будто подавал сигнал SOS прямо в космос: «Заберите нас отсюда. Она не выдержит ещё одного свидания с поэтом в лисьих трусах».

– Могу я хотя бы попрощаться с собой прежней? – пробормотала она. – Ну там… помянуть, зажечь свечу, выпить валерьянки?

– Нет! – отрезала Кляпа. – Ты уже другой человек. Ты больше не Валя. Ты – Валентиниана Завоевательница! Богиня разврата! Грандмастер тиндера! Мисс вселенский оргазм две тыщи двадцать пять!

– А можно мне хотя бы остаться женщиной? – тихо спросила Валя.

– Нет. Теперь ты фембот. Полуреальность, полупошлость – сто процентов соблазнительный крах! Сделаем из тебя сладкий гримуар, который мужчины будут читать, потея лбом и душой!

Валя встала. Очень медленно. Как будто боялась, что, если сделает резкое движение, мозг просто сдастся и выкатится через ухо. Халат уже был наполовину съехавшим, тапки – враждебно настроены, а один из них вообще сбежал под шкаф.

– Я не готова, – сказала она. – У меня тут всё ещё внутри…

Разруха, отвращение и флешбеки, которые прорывались сквозь сознание как кадры плохо смонтированного фильма с её участием в главной – и крайне нежелательной – роли.

– Ты – фрегат похоти! – кричала Кляпа. – Сломанная, но с парусами из кружев и желания! У тебя есть тело! У тебя есть лицо! У тебя есть минимум два органа, которым аплодируют в тишине!

Валя дошла до ванной, посмотрела на своё отражение и зарычала. На себя. На жизнь. На трещину в потолке. На чёрта, который подписал контракт с Кляпой и назначил её тренером.

– Я похожа на налоговую после смены, – выдохнула она. – Только хуже.

– Ты похожа на легенду, которую ещё не написали! – возразила Кляпа. – Дай мне десять минут и доступ к гардеробу – и ты станешь половым кошмаром для всех, кто боится сильных женщин!

– Я даже трусы не могу выбрать без ощущения стыда, – сказала Валя, с тоской перебирая засаленные хлопковые. – У меня тут надпись "Be you", и всё, что осталось от неё – буква "B". Всё остальное – вытерлось. Как моя самооценка.

– Это не трусы! – заорала Кляпа. – Это плащ скромности, который мы сегодня снять! Раз и навсегда!

Валя плюхнулась обратно в кровать и натянула на себя одеяло. До подбородка. Потом – до ушей. Потом – поверх головы.

– Я не выйду. Я отказываюсь. Я заперлась. Меня нет. Я ушла в спячку до конца эпохи половых отношений.

– Не-е-ет! – завыла Кляпа. – Не сейчас! У нас расписание! Смотри: 9:00 – встреча с зеркалом. 10:00 – теория соблазна. 11:30 – падение с подворотом. 12:00 – кашель из ада. 13:00 – обед из позора! 14:00 – тренировка по ползанию в колготках!

– Где ужин? – мрачно спросила Валя.

– Он тебе не понадобится, если мы всё сделаем правильно, – прошипела Кляпа.

– Я так жить не могу, – простонала Валя. – Я ещё вчера думала, что моё главное достижение – отчёт за квартал. А теперь я, видимо, сексуальная пугало.

– Правильно! – возликовала Кляпа. – Сексуальное пугало! Плавно переходящее в сладкую кару! Ты – месть, закрученная в чёрный лифчик! Ты – причина, по которой у мужчин начинается сон и бессонница одновременно!

Валя посмотрела в потолок. Трещина теперь напоминала логотип страховки от безумия.

– Мастер—класс, – пробормотала она. – Как стать развратницей за три дня, даже если три дня назад ты подавала документы в монастырь.

– Принято! – крикнула Кляпа. – Это будет твой лозунг! Мы напечатаем его на кружках! На штанах! На презервативах!

– На моём надгробии, – уточнила Валя. – Шрифтом Comic Sans.

Тренировка началась внезапно. Без завтрака, без утренней молитвы, без шансов на побег.

– Вперёд! – скомандовала Кляпа в голове. – Наш первый урок – «Контактное приближение через потерю равновесия». Или, говоря проще, падение – но не просто шлёпнуться, а сделать это с артистизмом, с нарочитой лёгкостью и с таким выражением лица, будто за этой неуклюжестью скрывается тщательно выстроенный эротический подтекст. С посылом: «Ой, извините, это моё бедро прижалось к вашему, вы не против?»

Валя, закутавшись в одеяло, сидела посреди комнаты и смотрела на табурет. На табурете стояла подушка. На подушке – вырезанная из офисного фото морда Вани—айтишника, криво приклеенная к куску картона. Сверху – бумажный стаканчик с надписью «САМЕЦ». Рубашка, обмотанная вокруг спинки, напоминала дежурного в спячке. Если бы кто—нибудь сейчас заглянул в комнату – он бы, вероятно, решил, что в квартире проводят шаманский ритуал вызывания отношений.

– Я не могу, – прошептала Валя, глядя в глаза Ване. Точнее, в его правый глаз. Левый отклеился и свернулся в трубочку.

– Ты обязана, – сказала Кляпа. – Сомнение – это роскошь, которую мы оставим беременным философам. У нас работа. Движение. Стратегия.

– У меня палец не гнётся после того, как я вчера открывала банку с вареньем, – пробормотала Валя. – Это считается уважительной причиной?

– Это считается недостаточным уровнем драмы, – парировала Кляпа. – Подход номер один. На вдохе – взгляд вниз. На выдохе – движение в сторону объекта. Микродрожь в коленях, срывающийся вздох, и… контакт.

Валя вздохнула. Встала. Сделала шаг к табурету. Замерла. Снова шаг. Наклон. И – полёт. Или, если быть точнее, медленное, но неуклонное приближение к полу в стиле «лохматая ветка падает на почтовый ящик».

Подушка с Ваней полетела назад, табурет заскрипел, как старый гобой, и уехал