Алиса в стране насильников - Лили Рокс

Я попыталась отстраниться, но Джордж жестко дернул за волосы, удерживая мою голову в удобном для него положении.

– Пожалуйста, не надо… – снова взмолилась я, еще надеясь на пощаду.

Но получила грубый шлепок по лицу.

– Привыкай, деточка, привыкай! – повелительно сказал Джордж. – Скоро это станет привычным для тебя делом, и ты не будешь так сильно бояться. Скажи спасибо, что пока мы не занимаемся с тобой настоящим сексом. Но это у тебя впереди. Билл говорил, что твое предназначение давать радость мужчинам? Вот и не сопротивляйся, терпи и будь покорной.

Что я, слабый ребенок, могла сделать? Пришлось смириться, осознав полную бесполезность что-то просить или сопротивляться.

И я покорно подчинилась, опустившись на дрожащие колени, сдерживая жгучие слезы и подступающую к горлу рвоту.

– Вот и хорошо! – сказал Джордж. – Ты должна быть послушной!

И он грубо вонзился в мой рот, одной рукой надавливая на скулы, другой держал за волосы. Я ощутила противный вкус мужской плоти, горячей, огромной, пульсирующей, скользящей в моем горле, с каждым толчком, проникающей все глубже и глубже…

Испытывая сумасшедший дискомфорт, я задыхалась, ревела, меня наполнял страх, я захлебывалась собственной рвотой и отчаянно пыталась вдохнуть воздух.

Наконец, Джордж отреагировал, освободил мой рот, но вместо того, чтобы отпустить меня, он плеснул в лицо стакан холодной воды, потребовал вытереть рот, прекратить истерику и задержать дыхание во время процесса. Я была потрясена! Когда вода попала на лицо, поняла: Джордж не остановится и нужно терпеть. Конечно, я догадывалась, что мужчина совершает аморальные действия. Но Джордж был нашим гуру и меня привел к нему дядя Билл, который велел не сопротивляться…

Я перевела взор в потолок, меня бросало то в жар, то в холод. И едва хватало сил не свалиться в обморок. При этом самопроизвольно произошло расщепление моей личности. Основная часть словно отключилась. И будто кто-то другой в моем юном теле, более опытный и искушенный, беспрекословно, без истерик орально удовлетворял Джорджа.

– Хорошая деточка, – сказал гуру, закончив процесс.

Я утерлась брошенным полотенцем. И еле-еле, на подкашивающихся ногах, пошла с ним. Опустошенная, я не понимала, что могло быть еще хуже. Но в тот раз, обошлось без «настоящего» секса…

Джордж вывел меня обратно в гостиную, где дожидался дядя Билл. И обнял на глазах у попечителя.

– Хорошая деточка, – вновь повторил гуру. – Только не опытная пока.

Прежде, чем отпустить нас, Джордж рассказал Биллу историю о том, как он недавно лишил девственности маленькую девочку. И спросил, почему Билл не сделал то же самое со мной, прежде, чем кто-либо другой не опередит его. Дядя Билл улыбнулся и ответил:

– Всему свое время! Не стоит пока ломать психику этому подростку.

Они начали давать мне инструкции: никому ничего не рассказывать! А меня не покидало паническое чувство страха и брезгливости от того, что пришлось испытать.

Билл отвел меня назад на площадь. Ребята из скаутского отряда не разошлись после парада, они дожидались меня, чтобы расспросить о встрече с нашим главным гуру.

Когда мы с Биллом подошли, было видно, что подростки восхищаются мной – ведь дядя Билл взял меня с собой к самому Абрамяну! Они собрались вокруг, желая послушать мой рассказ. Я торопливо объяснила, что дядя Билл брал меня на "молочный коктейль" с дядей Джорджем, который расспрашивал о школе. От того, что пришлось покрывать перед отрядом такого жуткого извращенца, было еще противней. Не выходил из головы также рассказ педофила о том, как он поступил с маленькой девочкой.