Яд первой любви - Элла Савицкая

Лиля

Наверное, я испортила сегодняшний вечер. Вот уже час как мы сидели в ресторане, напряженно переглядываясь. Сначала мне жутко хотелось объяснить Славе что к чему и попросить, чтобы он не злился на Лизу, но, кажется, его эта новость не особо разочаровала. Вероятно, желающих получить место помощницы тьма, и стоит только ткнуть пальцем в любую, поэтому проблем не будет.

Они с Лизой вели этот вечер, стараясь втянуть в разговор и нас с Владом, только это плохо получалось.

Мне было неуютно в его компании. Шаталов сидел напротив и потягивал виски, изучая меня сосредоточенным взглядом, под которым я не то, что ужинать не могла, даже вода комом в горле становилась. Такой острый и пробирающий, как лезвие ножа, будто в голову мне влезть пытается и при этом раздевает. Обжигающий контраст.

- Как ваша сделка с "МэйКол", Влад? - в очередной раз Лиза завела новую тему, чтобы хоть как-то нас расшевелить.

- Нормально. Ждем официального подтверждения, - без особого рвения ответил он и снова сделал большой глоток из стакана.

Вечером Влад выглядел не так, как в офисе. Проще. Светло синие джинсы и обычная черная футболка, туго обхватывающая накаченные мышцы рук в области коротких рукавов, делали его не директором крупной фирмы, а обычным мужчиной. Хотя о чем это я? Обычным можно назвать среднестатистического представителя мужского пола с довольно привлекательной внешностью. Шаталов же был дьявольски потрясащим. Скорее всего, он часто посещает тренажерный зал, раз довел свое тело до идеальной формы. Широкие плечи с четко очерченными венами на накаченных руках, плоский живот и крепкие ноги.

По обеим рукам у него вились татуировки, только какие именно разобрать не получалось. Огромное множество небольших рисунков создавали картину, от которой сложно было оторваться, но я старалась даже не смотреть. Слишком много внимания ему одному.

Хватит и того, что официантка, каждый раз подходя к нашему столу, останавливается именно возле Влада и глупо накручивает локон на палец, наивно полагая, что это выглядит сексуально.

- Когда будет решающая встреча? - продолжила разговор Лиза.

- На днях. Надеюсь, «ФоунЗон» успокоятся и больше не будут пытаться перейти нам дорогу.

Я чуть не подавилась креветкой. Он сказал «ФоунЗон»?

- А «ФоунЗон» это…? – поинтересовалась вкрадчиво, чувствуя, как ладошки холодеют.

- Конкуренты наши. Их директор сука тот еще, - объяснил Слава. Матерное слово с его уст оказалось увесистее любого аргумента. - Дело в том, Лиль, что мы уже полгода как пытаемся выкупить не совсем прибыльную компанию мобильной связи. Она уверенно идет на дно, но мы бы смогли ее вытащить. - вероятно, Слава понял, что эта тема меня заинтересовала, и подобно Лизе попытался сыграть на этом. - Понимаешь, там нужно просто вложить деньги и мозги. У нас есть и то и другое. И самая фишка, что тогда бы мы смогли провести связь в регионы, в которых она сейчас у нас очень слабая. А так же снизить цены на тарифы. Тогда бы те, кто живет в деревнях, к примеру, или маленьких городах могли бы себе позволить даже три джи или четыре джи. Мы планируем расширять покрытие.

- А эта «ФоунЗон» тоже хочет сделать нечто подобное?

- Эти мудаки постоянно идут у нас по стопам, - на этот раз ответил Влад. - Ты и сама понимаешь, что такое конкуренция. В каких-то областях лидируем мы, в каких-то они, но суть даже не в этом. Суть в том, что Щербаков, директор их, мудила редкостный. Он работает нечестно и иногда нелегально, только доказать никто не может.

У меня вдоль позвоночника мороз пробежал. Да, именно на Щербакова Геннадия Викторовича я и буду работать с завтрашнего дня. Собеседование проводил сегодня не он, а его помощник, но фамилию я запомнила хорошо. Вот же... Теперь понятно, почему они сразу же предложили мне работать у них, когда узнали, что «АмбассСелл» уже взяли меня. Дура. А я поверила в персональные профессиональные качества и в силу собственного обаяния.

- Лиль, пойдем выйдем?

Влад неожиданно кивнул в сторону выхода из ресторана, отрывая меня от неприятных умозаключений. Я на секунду замешкалась. Оставаться наедине не хотелось, но вероятно, нужно поставить его в известность о том, куда я устроилась, чтобы потом не возникло конфликта.

Встала со стула, и под обеспокоенным взглядом племянницы мы пошли к выходу. Проходя мимо двери, Влад подхватил плед, услужливо предоставленный рестораном для того, чтобы посетители не замерзли, и я уже собиралась сделать то же самое, когда он обернулся.

- Не надо, это я тебе взял.

Надо же.

Поплотнее укуталась в мягкую плюшевую ткань, и когда мы отошли в сторону к одной из урн для курения, сразу же выпалила:

- Влад, я буду работать на «ФоунЗон».

Неподкуренная сигарета так и застыла у него в руках. Мне не было стыдно или еще что-то в этом роде, потому что мы давно чужие люди, и я не имею никакого отношения к его фирме, но признаться было правильно.

- Это туда ты устроилась? – слегка прищурившись, спросил Влад.

- Да. Я ведь не знала, что это ваши конкуренты.

Он шумно выдохнул и наконец подкурил сигарету. Втянул в легкие дым и выпустил его вверх.

Я вдруг именно сейчас поняла, что все мои прошлые парни не курили. И Игорь тоже. В памяти всплыл запах, окутывающий Влада всякий раз, когда мы встречались раньше. От него пахло табаком и им самим. Мне до головокружения нравился этот аромат, и я, утыкаясь в его грудь, смело заполняла им легкие, стараясь насытиться впрок.

А сейчас поймала себя на мысли, что слежу за тем, как он затягивается, а потом из чувственного рта вырываются светлые клубы дыма, возвращая меня в прошлое, где я была счастлива. Пусть ненадолго, но по-настоящему. Задержала дыхание и отошла на шаг дальше. Не хочу этих воспоминаний.

Влад заметил мой побег и отвел сигарету в сторону.

- И сколько они тебе пообещали?

- На пару тысяч больше.

Он кивнул и ненадолго ушел в свои мысли. Такой серьезный. Совсем не тот, каким был в начале вечера. Шаталов все-таки изменился. Я пока не поняла в чем именно, но это больше не тот мальчишка, цинично ухмыляющийся, громко смеющийся и потягивающий энергетики за рулем. В его взгляде, движениях, манерах появились сдержанность, вальяжность. Разительный контраст, которого днем я не разобрала, а сейчас перед собой же стыдно стало за то, что украдкой рассматриваю мужской профиль с волевым подбородком, покрытым темной щетиной. Тугие мышцы на груди перекатывались всякий раз, когда он совершал любое движение. В памяти всплыл тот короткий момент, когда он начал раздеваться у нас в холле, а я позорно уставилась на четко очерченные кубики пресса и широкую бляшку ремня, под которую уходила тонкая полоска темных волос. Разозлилась на себя жутко тогда.