Неправильная содержанка - Ева Маршал

Временное пристанище оказалось суперсовременной двухкомнатной квартирой в самом центре, с шикарным видом на город, подземной парковкой, бесшумными скоростными лифтами и мирными соседями.

На работу ехать было не очень удобно, но дарёному коню в зубы не смотрят, так что я радовалась предоставившейся возможности и выжимала из сложившейся ситуации максимум.

Первое — мужественно разослала всем уведомление, что свадьба не состоится, я сменила место жительства и в ближайшее время не расположена к общению.

— Допиши: «надеюсь на ваше понимание», — посоветовала Машка.

Она прискакала уже утром, в спортивном костюме, без макияжа, с высушенными, но не уложенными волосами, и огромной сумкой.

— Мне Виктор рассказал, что у тебя произошло. Чего мне не позвонила? Я бы тебя приютила. Но раз уж Свят на тебя клюнул, пусть присматривает. Там, глядишь, рассмотрит повнимательнее, — выдала она с ходу.

— А в сумке что?

— Ой, да там всякая ерунда, которая тебе может пригодиться. У тебя не день вчера был, а шоковая терапия, так что я подумала, ты вряд ли позаботилась о еде, мыльно–рыльных гаджетах и прочей мелочёвке. Ещё свечи ароматические купила и книжки всякие смешные и мотивационные, чтобы ты делом занималась, а не страдала, когда меня не будет.

— Маш, не стоило. Ну ты чего?

— Стоило–стоило! И чего ты споришь со мной? Давай улыбайся и включай вежливость. Говори: «Спасибо, Машенька! Ты самая лучшая!»

Спорить с этой невозможной женщиной было бесполезно, и я послушно произнесла требуемое. Спустя полчаса мы уже хохотали, а затем она заставила меня сделать неприятное, но неизбежное — принести извинения купившим подарки гостям и объясниться с родителями.

— Думаешь, сработает?

— Неа. Но, может, хотя бы часть. Я бы тебе ещё посоветовала самым болтливым сообщить правду — что Стас идиот и кобель, так что ты страдаешь и просишь тебя не беспокоить.

— Они растрезвонят…

— Это и нужно. Зато от тебя остальные отвянут.

— Родители будут требовать меня к себе, ругать…

— Ругать? Ритуль, родители должны поддерживать ребёнка, а не ругать. Я правильно поняла, что они не одобрят, да? Ты у них самая виноватая?

Маша шумно отпила чай и пододвинула к себе мёд. Я ещё вчера заметила, что она к нему неравнодушна. Как медведь.

— Правильно, — буркнула я.

Плечи опустились сами собой. Меня угнетала ситуация с родителями и от общения с ними я всё чаще чувствовала себя несчастливой неудачницей.

— А ты не думала разочек с ними разругаться и сделать перерыв в общении? Не, ну я, конечно, не психолог по семейным проблемсам, но всё же. Вариант. Нет?

— Возможно.

— Вот и давай попробуй. Тебе нужна небольшая передышка. Никакого контроля. Свободу красоткам!

Машка затанцевала на стуле, ещё и начала напевать песенку, правда, слов я не разбирала.

— Действуй, сестра!

Признаюсь, я давно хотела избавиться от тотального контроля родителей, но всегда опасалась их обидеть. А мама, словно нарочно, играла на моих чувствах. Не стесняясь.

— Ладно. Я, наверное, так и поступлю, если они начнут наезжать.

Разговор изначально не задался. Мама заорала в трубку, что я неблагодарная дочь, что не уважаю, не люблю, не думаю о том, как они с папой будут выглядеть в глазах друзей и знакомых, до чего позорно себя повела и вообще, лучше бы вышла замуж, а потом развелась.

Признаюсь, я обалдела.

Нет, я знала, что будет непростой разговор и вряд ли моё поведение одобрят.

Но не так ведь.

Прожевать измену Стаса, улыбаться, тратить огромные деньги на свадьбу…

Идиотизм!

Да я радовалась как ребёнок, что свадьба у нас была поспешная и мы за это время в силу занятости на работе успели только кольца купить и ещё даже не отвезли аванс в ресторан!

— Мама…

— И ты ещё смеешь называть меня матерью? Опозорила! Унизила! Оскорбила! — верещала она в трубку.

Я сбросила вызов и беспомощно посмотрела на опешившую Машку.

— Вот это да, — произнесла та медленно–медленно, будто до сих пор не могла поверить своим ушам. А орала мама так, что слышали, наверное, даже соседи. Это, безусловно, преувеличение, но не большое.

— Угу.

— Это, конечно, мама и всё такое, но может, вам реально сделать небольшой перерыв в общении? — осторожно уточнила новая подруга.

У меня тряслись руки и подбородок. Слёзы грозились обжечь щёки. Но одновременно с тем, я словно собралась.

Если уж родная мать не понимает меня, не желает поддержать. То кто мне остаётся? У меня есть только я. И я не позволю больше себя обижать.

Выдохнув через ноздри весь свой гнев, села за стол. Усилием воли расправила плечи. Посмотрела на Машу.

— Закрыли тему. Теперь подружки.

Быстро надиктовала девчонкам в мессенджеры свою печальную историю, попросила меня временно не дёргать, я вся в работе и хочу пережить трагедию самостоятельно.