Мир между нами. Книга 4 - Юлия Эллисон

Эмоции Криса тут же сменились ярко выраженным удивлением, а после все затопило хорошо знакомым стыдом и унижением с легкими отголосками отчаяния. И что уже это чудо успело себе придумать? Впрочем, больше меня интересовал вопрос: что вообще к этому привело? Судя по тому, что наш Персик не истерит, а просто тихо паникует, униженно сопя, тащили его сюда не силком, да и укладывали на козлы тоже.

— И что он тут делает, за какие такие заслуги попал? — промурлыкала, подойдя к пока молчавшему и варившемуся в собственных эмоциях Крису поближе, и удивленно замерла, увидев между половинок его аппетитно выпяченной задницы кончик пробки, увенчанный бантиком.

Мне стоило больших трудов не рассмеяться от увиденного зрелища. Моя ты прелесть! Сюрприз точно удался!

— Если кратко — за откровенное вранье. Кое-кто, похоже, забыл, что я улавливаю эмоции и ложь не хуже демониц, — фыркнул Маркус в то время как от Криса густо повеяло досадой, смешанной с некоторым смущением.

— Ммм, даже так? Неожиданно… — я бросила на Персика удивленный взгляд. По нашим нескольким встречам успела сделать вывод, что он, конечно, тот еще «подарочек», но честный, врет только сам себе. Ошиблась?

— Вот и я не ожидал. Как думаешь, что с ним стоит сделать, чтобы больше не возникало мысли скрывать правду? — подхватил Маркус, подмигнув мне.

От парня вдруг помимо досады на, так понимаю, себя же, что попал в какую-то нехорошую ситуацию, повеяло еще и неприятием. Впрочем, о последнем можно было даже не гадать — наверняка Маркус пригрозил или намекнул, что наказание будет выполнять сам же, а учитывая, как он привел в действие последнее, Персик особо не сомневался, что за этим последует.

— Крис, тебя разве не учили, что врать нехорошо? — протянула укоризненным тоном, кончиками пальцев пробежавшись по его спине и едва ощутимо коснувшись округлой попки, заставив его вздрогнуть, а в эмоциях вновь поселиться флеру возбуждения.

— Я не совсем соврал, госпожа верховная, — выдавил вдруг этот недопоротый засранец.

Маркус фыркнул, покачав головой.

— Так, может, тогда поведаешь свою правдивую версию произошедшего, чтобы я сравнил? — заметил он, тоже подойдя ближе.

Крис упрямо сжал губы и, сверкнув на миг сердитым взглядом, опустил голову. Меня же вся эта ситуация интриговала с каждой минутой все больше.

— А я вообще не слышала еще ни одной версии. Что там произошло? — не выдержала наконец, вновь обернувшись к Маркусу.

— С Кеем подрались. Так что потом предстоит еще решить, что делать с этим ревнивцем, — чуть поморщился он, успокаивающе подмигнув мне.

В его эмоциях по-прежнему было больше предвкушение от моей предстоящей игры с Крисом, из чего я сделала вывод, что ничего серьезного в самом деле не произошло, просто наши два барашка чуть вышли за рамки и не вовремя попались на глаза Маркусу.

— А в чем вранье? — все же уточнила, лукаво усмехнувшись.

— А наш Персик решил, что самый умный, и я поверю в его бредни, что они просто тренировались.

В каждом слове Маркуса так и сочилось ехидство. А, ну все сходится, вполне в духе Криса. Представила выражение лица Кея, за которого вступилось это бесячее чудо, и снова едва не рассмеялась.

— А Кей что сказал?

— Ничего пока не сказал, так что у нас только версия событий от этого фруктового миротворца, поборника за справедливость, как он ее воспринимает своим извращенным мозгом.

— Мы правда не дрались, господин! — выпалил вдруг Крис возмущенно, не побоявшись спорить с Маркусом. Правда, этот придурок, кажется, вообще ничего не боится — инстинкт самосохранения отсутствует напрочь.

— Ага, какая там драка — так, избиение малолетних. Кей отпинал, на этом все и закончилось, — фыркнул мой муж насмешливо в унисон недовольному сердитому сопению покрасневшего Криса.

От него вновь потекли сладковатые ручейки стыда. Не удержавшись, положила ладонь на его соблазнительную задницу и погладила, наслаждаясь промелькнувшим в его эмоциях смятением и вновь прострелившим возбуждением.

— В целом, суть я уловила. Воспитывать одного упрямого барашка еще и воспитывать. Ну что, Крис, у тебя появилась возможность расширить свои познания в орудиях наказания. Помнится, ты говорил, что плеть тебе не нравится. Прут, насколько помним, скорее пришелся по вкусу, хоть ты и пытался врать себе же, что нет. Попробуем сегодня что-то новенькое? — протянула, игриво шлепнув его по ягодице.

— Моим наказанием займетесь вы, госпожа верховная? — тут же переспросил он, а в его эмоциях вдруг помимо почти привычного стыда всколыхнулась надежда.

— Если бы занялся я — мы бы обошлись без порки, ты сам знаешь, чем со мной расплачиваешься, — откликнулся Маркус насмешливо.

От парня тут же повеяло унижением и мучительно сладким стыдом с искрами едва заметного возбуждения… И все это каким-то образом сочеталось с неприятием. Ну врет же сам себе! Как можно наслаждаться чем-то и при этом искренне считать, что не нравится?

— Что тебя так удивляет? — заинтересовалась я между тем, уже отойдя к стойке с различными плетями, ремнями, тростями и прочими прелестями.

Повертела в руках уже знакомый прут, похожий по воздействию на розгу, который использовала в прошлый раз, отложила. Надо будет как-нибудь использовать настоящие розги, заодно сравнить, есть ли разница. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— На мне же метка капитана Маркуса… И вы сказали, что больше никому не будете ставить свою, госпожа верховная. А как же тогда с наказанием? — пробормотал Крис несколько растерянно.

— И на эту бестолочь я поставил свою временную метку… — протянул Маркус, словно ни к кому не обращаясь, отчего Крис снова вспыхнул недовольством и возмущением.

Я же не сдержала улыбку, бросив лукавый взгляд на мужа. Ну-ну, наверняка ведь сразу понял, что Крис этих нюансов не усек, и уж тем более мальчик не ожидал, что с ним забавляться теперь захочет не только Маркус.

— Верно, на тебе метка Маркуса. А на Маркусе — моя, как моего мужа. Так что я автоматически имею на тебя те же права, что и он… Тебя не учили еще видеть ауры? Пора бы, весьма полезное умение. Тогда бы знал, что у Кея тоже только метка Маркуса, — заметила, вернувшись к выбору орудия наказания.