Огненная для Ледяного лорда - Ася Ветрова

Аскар

Я решил пойти к загонам. Не помешает остудиться, полетав над ледяной бесконечностью.

Город спал. Его безмятежный спокойный сон был тем, что мы охраняли ценою жизней. Только мало будет закрыть портал (я понимал это с каждым сражением всё больше), этому миру нужна магия. В последние двести лет с магией рождаются только девочки.

Ограничилось это рождение одним местечком, небольшим городком, что сейчас внизу. К тому же, магия незначительна. Ценными являются даже небольшие всплески. И ещё эти двойники, чтобы не убить одарённую магией девочку. Мерзко. Но так сложилось.

Слабость давала о себе знать. Мышцы ног и рук тянуло. Судороги – не лучшее ощущение. Надеюсь, что до этого не дойдёт. Завтра получу от жены нужное мне количество магии. А в дальнейшем остаётся только поддерживать себя с двойником. Как представил себе светлую девочку с огромными глазами с потухшим взглядом, с поредевшими волосами и иссохшимся телом, мне стало не по себе.

И это не худшее, что с двойниками происходит. С годами девушки теряют чувства, эмоции, становясь послушными куклами, которым самим нужен уход.

Я так с ума сойду. До сих пор к этому относился как к непреложному факту, а Сани выбила меня из колеи.

Как раз добрался до загона. Стоит выкинуть из головы ненужные мысли. Я не могу пока ничего изменить. Так что поеду кататься. Мозги себе проветрю.

Загон был обычной площадкой с отдельными стойлами. Держать пегасов взаперти невозможно, поэтому им выделили это место.

Мой любимый конь находился в самом конце поля. Он был упрям и своенравен. Поэтому рядом с ним старались никого не селить.

Учуяв движение, ближайший пегас всхрапнул, но мой запах ему был знаком, потому он сразу успокоился. Проходя мимо стойла Аоки, я остановился, вглядываясь в темноту. Конь был чёрен, как самое дно глубоко колодца, без единого светлого пятнышка на шкуре. Можно было подумать, что это случайно вырвавшийся из другого мира через прореху монстр. Но я сам принимал его при рождении. Необычный экземпляр, и он был единственной особью среди белоснежной стаи.

Морда животного появилась из темноты внезапно. Сердце дрогнуло, но я не отшатнулся. Моей выдержке могла бы позавидовать ледяная статуя. Давно научился держать себя в руках. Меня мало что может напугать.

– Привет. Говорят, что ты сегодня признал подругой девчонку. Чем она тебя покорила? – спросил я, а конь светил лиловым глазом, не издавая ни звука. Кажется, даже не дышал. Только ноздри шевелились, едва заметно ритмично суживаясь и расширяясь. – Ладно. Отдыхай, раз не можешь говорить, – поднял я руку, чтобы похлопать коня по морде. Но не успел. Голова исчезла из виду так же, как появилась.

– Ты тоже странный. Что-то в последнее время много странного вокруг меня происходит, – вздохнул я и пошёл дальше.

До своего пегаса так и не добрался. Меня резко затащили в одну из клетей, где хранилось сухое сено для подстилки.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я, сжимая рукой сильную, но всё же тонкую шею бывшей айлин. Я узнал её за мгновение до того, как схватил и приподнял над полом, прижимая к стенке.

– Вышла подышать воздухом. Даже не думала, что моя надежда застать тебя тут реальна, – томно, с чуть хрипотцой выдохнула стерва прямо мне в лицо.

– Уходи, – хотел отстраниться я. Только успел забыть, какая Кассандра настырная и упорная, когда чего-то хочет.

Длинные ноги с силой оплели бёдра, а руки сжали шею. Так знакомо, что я дрогнул. А малыш в штанах проснулся, отправляя на второй план мелко подрагивающие мышцы. В животе стянуло все внутренности узлом.

Кассандра стала тереться об меня всем телом. А влажным юрким языком лизнула мне щёку. Дыхание перехватило. Я старался держаться изо всех сил.

– Тебе нужен секс, чтобы продержаться до завтра. Поход был тяжёлым. Я не против тебе помочь. Мы друг друга знаем давно. А завтра мы расстанемся навсегда. Побудь со мной, мой конунг, в последний раз.

Упругая грудь, круглые накачанные ягодицы, крепкие бёдра, что держали меня в стальном захвате. Ноздрей коснулся мускусный запах желания любовницы. Я тронул нахалку между ногами. Пальцы нащупали мокрое пятно.

– Ты всегда так сильно течёшь, – голос охрип, я кашлянул.

– Это потому, что ты рядом. Ты заставляешь меня течь обильно от одного взгляда, – застонала она, ещё сильнее прижимаясь лобком к выпуклости у меня в штанах. Член уже стоял колом, принося болезненные ощущения.

– Я сделаю тебе хорошо, мой конунг.

Кассандра соскользнула с меня вниз. Резко развернула нас, меняя местами, и опустилась на колени, заодно спуская штаны и высвобождая страдающий орган. Я откинулся на стену, не мешая ей.

Кассандра сразу заглотила подрагивающие член до основания и стала сильно сосать. Мне так не очень нравилось. Но раз она так хочет, я не удерживал, а только зарылся в короткие жёсткие волосы, сжимая их с силой, и постепенно перешёл на более медленный темп, погружаясь в широко открытый рот до глотки, и почти полностью покидая влажную горячую полость. Острые ногти царапнули по ставшим каменными яйцам, и я чуть не взвыл.

Женщина отстранилась, откидываясь назад. Упёрлась позади себя на руки и развела ноги.

– Хочешь жёстко? Получишь, – рыкнул я, хватая её за ноги и вытряхивая из брюк.

Играясь, Кассандра попыталась уползти. Но я не дал. Знаем мы её игры уже наизусть. Схватил за бёдра и подтянул к себе, наваливаясь сверху. Одной рукой надавливая на голову и вминая в сено.

Кассандра дёрнулась, но увернуться я ей не дал, коленом раздвинул ноги и вошёл двумя пальцами в лоно до конца. Резко, грубо, больно. Знаю. Ей так нравится. Пусть сегодня будет так, как ей нравится. Она заслужила.

По пальцам сочилась липкая влага. Я направил член к жаркой влажной расщелине и одним толчком очутился внутри. Перехватил бёдра и подтянул наверх, выпячивая крепкий зад. Призвал магию, и член стал холодным. Контраст жара и льда возбуждал до ужаса. Сразу перешёл на жёсткий и быстрый темп.

– Глубже, конунг, жёстче. Что же ты такой слабый, мой конунг, – истерично засмеялась женщина.

Перевернул её на спину и встретился с дерзким горящим взглядом.

– Слабый? Ты нарвалась.

Положил одну ногу на плечо, открывая для себя максимальный доступ и сорвался. Только тяжёлое дыхание, стоны, пошлые шлепки плоти о плоть и хлюпание смазки. При бешеном ритме Кассандра забывала, что управляет внутренними мышцами, создавая иллюзию узости. Я-то знал, что она не гнушалась переспать с любым, кого захочет или сможет её отодрать до того, как стала моей айлин. К тому же знал свой дефект и не кичился, выбирая любовницу. С обычной женщиной я не мог спать, а эти ходячие куклы меня пугали. И Кассандра всегда была под рукой.