Принадлежать им - Мария Зайцева

У меня был только Костик. Первый и, как я искренне думала, последний парень. Я его любила. Я с ним сексом первый раз занялась по любви! И даже представить себе не могла, что когда-то придется делать это… Вот так. По принуждению. Без эмоций. Без чувств.

А если… Если не выйдет? Меня отправят обратно? Как профнепригодную? Но в таком случае, наверно, не будут трогать родителей? Моих.

А вернутся за Костиком?

Или, наоборот, если не справлюсь, то будут принуждать? Мучить?

Когда меня целовал младший Жнец, я ощущала, насколько он бешеный. Безумный. Жестокий.

Если ему не понравится со мной, что сделает? Убьет?

На этой потрясающей мысли я и дохожу до комнаты Сергея Жнеца.

Стучусь и, так и не получив ответа, аккуратно открываю дверь. Словно в преисподнюю заглядываю, ей-богу!

В его комнате полумрак. Окна закрыты шторами блэк-аут, ни одна лампочка не горит. И лишь экран ноутбука светится ярко.

Младший Жнец сидит за рабочим столом и что-то быстро печатает. Его пальцы летают по клаве с дикой скоростью, выдавая профессионального гика. И, судя по тому, что я вижу на экране, младший очень даже в теме.

На меня он внимания никакого не обращает, хотя без наушников и сто процентов слышал мой стук.

Неловко переминаюсь у двери, затем решаю заговорить:

— Привет…

Ноль реакции.

Вообще.

И что делать мне?

Весь организм требует выйти так же, как и зашла. Учитывая, что в комнате дичайший разгром, разбито зеркало, снесены с консоли у стены какие-то декоративные безделушки и прочее, младший уже отлютовал и сейчас успокаивается, занимаясь любимым делом. Судя по экрану, бэк-эндом какого-то сайта.

И кто я такая, чтоб мешать процессу?

В другой раз зайду…

Но, стоит мне внутренне обрадоваться этой небольшой возможности оттянуть неизбежное, как младший Жнец, не поворачиваясь и не отрывая взгляда от экрана, бросает мне коротко:

— На колени встала.

10. Серый Жнец. Игрушка

У меня был сегодня охеренно плохой день.

В принципе, у меня редко бывают хорошие дни, ведь вокруг одни идиоты, и это бесит. С идиотами надо возиться, потому что брат запрещает их убивать. А как было бы хорошо, мать их!

Но нельзя.

Нельзя.

Идиотам приходится объяснять самые тупые вещи на свете, а для этого требуется дикое количество сил.

Естественно, что их не хватает.

Естественно, что прорывает.

И кто-то попадает под горячую руку.

Это только с виду я — холодный уравновешенный, на все плюющий засранец.

А в реале — я просто дикий ходячий трешак. По сравнению со мной, мой старший братишка — няшный медвежонок из новогоднего детского подарка!

В офисе Вопроса, местного божка, по чьему заказу мы сюда и приперлись полторы недели назад, стабильно херовые спецы. И ту задачу, которую я им поставил вчера, тоже сделали стабильно херово.

Пришлось переделывать. И брать работу на дом.

К сожалению, убивать этих тупарей нельзя, брат сильно против… Потому я их просто запугал до нервного энуреза и свалил поскорей прочь, пока все живые еще.

С напряга сел за руль.

И, естественно, по дороге мне тоже попадались сплошь идиоты!

Брат сидел рядом и добавлял стресса, бесконечно что-то нудя про то, что здесь нам не Питер, и надо быть поспокойней, нахера пугать людей, мы и без того тут много кого напугали. Его низкий бас раздражал, отвлекал.

И добавлял градус злобы в и без того не сильно радужное настроение.

Мы тормознули на красный, люди стали переходить дорогу, я смотрел, как улыбается в коляске мелкий мальчишка, сверкая двумя передними и, походу, единственными пока еще зубами, и пытался отключиться от посторонних раздражителей. Найти баланс, мать его.

В этот момент мимо нас на дикой скорости пролетела прямо на красный свет низкая, в хлам тонированная приора! Каким образом мамаша сумела увернуться и в последнюю буквально секунду выдернуть коляску буквально из-под колес низко летящей над асфальтом бешеной табуретки, вообще не понятно.

Но умудрилась.

Приора унеслась вперед, быстро превращаясь в черную точку у горизонта.

— Мудак какой, — выругался братишка.

А я, дождавшись зеленого сигнала, молча втопил педаль газа до упора.

— Ты какого хера? — рявкнул брат, когда сумел отлипнуть от подголовника.

Но я его уже не слышал, прикидывая, насколько далеко мог свалить этот утырок.

Дальше я немного развеялся, пока гнал по прямой, собрав все зеленые светофоры, вслед за черным говно-корытом, а потом, когда догнал и прижал к обочине, вытряс оттуда четверых обитателей очень характерной наружности и поведения, наконец-то хоть чуть-чуть спустил пар.

Брату это ожидаемо не понравилось, он — тот еще перестраховщик, армия и зона повлияли неправильно на его характер, и всю последующую дорогу до дома мы ругались.

Я — с облегчением прислушиваясь к себе и отмечая, что уже не в таком диком напряге, он — все больше и больше заводясь и боясь, что я к прежним привычкам вернусь.

В итоге, зайдя в апарты, я смачно послал его на нахер и ушел к себе. Отводить душу в привычной деятельности. Играть с бэк-эндом одного из теневых сайтов Вопроса.

Про то, что у нас с сегодняшнего дня живет игрушка Дана, я, само собой, забыл.

А вот брат, видно решив, что меня надо отвлечь, не нашел ничего лучше, чем вытащить ее из той норы, куда она забилась, и отправить ко мне.

Зря. Просто очень зря.

Хотя… Давно я не играл.

Мой приказ отражается от стен эхом. И, наверно, бьется в агонии в пустой красивой головке моей новой игрушки.

Разворачиваться и смотреть в ее бессмысленные глаза мне лень, а вот довести ее до точки кипения внезапно очень интересно. Когда мелкую тварюшку загоняешь в угол, она может даже удивить неожиданными выкрутасами…

Хотя, я зверски устал, на самом деле.

Третью ночь херово сплю, сны вернулись очень неприятные. Красно-черные. Это сигнал, что надо бы вернуться в тем колесам, что прописал мне док. Но от них я становлюсь вялым и ко всему равнодушным. А это — не то ощущение, которое я хочу сейчас испытывать.

Потому брату не говорю ничего, пытаюсь сам как-то справляться.

И даже получается!

Сегодня, вот, четверых выродков раскатал, не до могилы, но до больницы. И уже легче.

Сейчас, вот, поиграю…

Под ледяное молчание за спиной вспоминаю, какие у игрушки были губы на вкус. Неплохие очень.

Свежие и сладковатые. Наивные. Мне такого не встречалось… Да никогда, наверно, не