Контракт с Аншиассом - Василина Лебедева

К концу просмотра сказки, Егор начал зевать и Елизавета, выключив компьютер, укрыла его и под её тихую беседу со здрадой сын уснул. Заглянул Уаншихан и, заметив спящего Егора, улыбнулся:

– Вымотался цишарик.

– Кто? – Удивлённо на него посмотрела женщина, в то время как здрада незаметно убежала в переход, а воин смутился. И так это было забавно видеть: огромный двухметровый мужик с огромными лапищами и разворотом плеч – смущается, что Лиза с трудом сдержала улыбку.

– Цишарик – это детёныш цишаров. Маленькие, юркие такие животные, а ваш сын, как и их детёныши не сидит на месте: очень уж подвижный.

Лиза хмыкнула, но тут же серьёзно спросила у наставника:

– Он вас не сильно выматывает? Если что, я с удовольствием буду его забирать или проводить с ним время. Если честно, мне самой не хватает общения с сыном.

– Нет, аншиасса, не выматывает. Я и сам очень рад, что судьба привела меня к нему в наставники, ну а насчёт общения, так думаю: когда уже закончится наше путешествие, в целомнище хозяина у вас будет много свободного времени.

– Вы правы, – вздохнула Елизавета, погладив спящего сына по голове и заметив, что наставник, отвернувшись, зевает:

– Вы хотели прилечь, поэтому пришли? – Улыбнулась женщина.

– Что? Нет-нет, – помотал головой Уаншихан, но сонные глаза говорили об обратном.

– Прилягте, отдохните, Уаншихан, я позже зайду, когда сын проснётся. – И поцеловав сына, Лиза ушла к себе.

Только стоило ей войти в цело́м, как она тут же вызвала здраду: уж очень много вопросов у неё возникло после их вчерашнего соития с Махараджем.

– Самлеша, давай чаю попьём, – предложила она здраде, а та, радостно кивнув головой, тут же сервировала маленький столик и привычно устроилась сама на полу, в то время как для Елизаветы вытащила из своего перехода пуф.

– Самлеша, я хочу задать тебе вопрос, скажем так – личный, но не из праздного любопытства, – Лиза, отпивая чай, посмотрела на здраду.

– Конечно, – кивнула та с готовностью: – задавайте.

– Помнишь: ты сказала, что у здрадов свободные отношения только до создания пары и даже приветствуются, а ты уже была с мужчиной? Я имею в виду – слияние?

Здрада ни на миг не смутившись, но погрустнев, кивнула:

– Да, была.

– Извини, что спросила об этом, – тут же нахмурилась Лиза. – У тебя что-то произошло?

– Да нет, – махнула ручкой здрада. – Просто мне нравится один мужчина, и мы даже встречались и хорошо нам было вместе, но он оставил меня. Я с ним согласна, что мы ещё молоды для создания пары, но мы могли бы и не расставаться ведь насовсем, а он… он просто ушёл работать и жить в северный сектор цело́мнища и сейчас с другой здрадой, да и не с одной наверняка… – Самлеша всхлипнула, а Лиза, присев с нею рядом на ковёр, притянула девушку к себе.

«Миры разные, а проблемы и переживания у женщин – одинаковы. Да и мужики, несмотря на расу и мир – тоже», подумала Лиза, утешая здраду. Но та, вопреки ожиданиям, что будет сейчас потоп из слёз, быстро отошла, видимо уже прошло время после разрыва с тем мужчиной и девушка уже более или менее успокоилась.

– Вы хотели что-то спросить, ой! Вы зачем на пол сели? – Самлеша вскочила и помогла Лизе подняться и только после того, как та села обратно на пуф и, налив Елизавете ещё одну чашку чая, уселась обратно, с готовностью посмотрев на Лизу.

– Да, Самлеша. Я даже не знаю, как и спросить. – Замялась Елизавета.

– Могу я вас о чём-то попросить? – Тихо посмотрела на неё здрада, а Лиза удивлённо вскинув брови, кивнула:

– Кончено!

– Я сейчас, подождите, пожалуйста! – И быстро юркнула в переход.

Самлеша отсутствовала минут пять, может больше и Лиза от волнения в буквальном смысле проглотила все маленькие пирожные и булочки, что стояли на столе. Они были воздушными, с разными начинками, маленькие, как говорится: на один укус. Лиза в раздумьях сжевала их все, а когда заметила опустевшие тарелочки, запрокинув голову, застонала:

– У-у-у, ну что я за дура! – Ещё раз вздохнув, встала и осмотрела себя: она только накануне радовалась тому, что со всеми этими переживаниями в путешествии – сбросила немного в килограммах, а сейчас вот опять натрескалась как бегемот.

Хорошо хоть в этот момент появилась здрада и отвлекла на себя её внимание:

– Вот, – она дышала тяжело, словно бежала, – я тут принесла. – И поставила на столик маленький прозрачный кристалл.

– Что это? – Удивленно посмотрела на неё Лиза, но Самлеша, не ответив, подошла к ней:

–Аншиасса, присядьте, пожалуйста, на пуф.

И когда Елизавета исполнила её просьбу, здрада достала из-за спины маленький кинжал, завёрнутый в тряпицу, встала перед Лизой на колени и резко провела по ладони этим кинжалом.

– Что ты делаешь! – Лиза вскочила, но здрада тут же затараторила:

– Пожалуйста, аншиасса, присядьте, я очень прошу вас.

– Самлеша…

– Прошу вас, аншиасса, – склонила голову та, а кровь из её зажатой в кулак ладошки, уже вовсю сочилась и крупными каплями стекала, впитываясь в ковёр.

Лиза тотчас опустилась на пуф, потому что поняла: здрада не откажется от того, что задумала.

Та, увидев, как Елизавета присела, схватила со стола маленький кристалл и начала произносить:

– Я, Самлеша, рождённая в роду Исцанаков, в подродье Шихифана, дочь Ужифициана, силой данной мне Эцишизом клянусь: хранить всю информацию, все сведения, которые узнаю о Элиссавет до последнего вдоха. Никому и никогда не оглашать их, никак: ни словом, ни письмом не минуя клятвы.

Закончив, Самлеша приложила кровоточащую ладонь к кристаллу, который словно напитавшись кровью юной здрады, стал ярко-алым.

– Примите, аншиасса, клятву, – прошептала Самлеша, подползая на коленях, к потрясённой Елизавете, и вложила в её руку кристалл. – Вы принимаете? – Здрада умоляюще заглянула в глаза Лизы, и та, так же тихо ответила:

– Принимаю. – Стоило ей это произнести, как кристалл, мигнув алым, начал тускнеть. А в груди женщины разлилось тепло, словно она вдохнула маленькое солнышко, которое на несколько мгновений согрело её изнутри.

Самлеша, улыбаясь, смотрела на Елизавету, заглядывая ей в глаза, пока Лиза, опустив взгляд, не увидела, что кровь здрады теперь и на ней, да и продолжает сочиться из раны.

– Господи, Самлеша, тебе нужно…

– Я сама, сама, – здрада тут же замотала ладонь тряпицей и зашептала слова на незнакомом языке. А потом, посмотрев на ковёр, насупилась: – Вот же, неуклюжая!

– Самлеша, вот это уже через край! А ну, объяснись! – Елизавета встала и нависла над здрадой, которая тут же сжалась.

– Да твою ж дивизию! – Вырвалось у Елизаветы и она, наклонившись, подняла Самлешу на ноги. – Просто объясни: что, чёрт возьми, ты сделала?