Дочь моего друга - Алайна Салах

Андрей

— Андрей Вячеславович, к вам Мишина с договорами на подпись, — информирует голос секретарши в трубке.

Я закрываю смету, которую полчаса назад мне переслал Семен, и прошу ее впустить, пока мозг по инерции продолжает обрабатывать цифры. Сетка недорогих закусочных, разбросанных по всей Москве, включая удаленные районы — совсем не тот формат, которым я привык заниматься, однако я согласен с Галичем: масс-маркет приносит выхлоп ничуть не хуже, беря широтой охвата и высокой проходимостью. Меня смущает, что итоговая сумма затрат в смете в полтора раза превышает ту, которую я предполагал ранее. Тут есть над чем поразмышлять.

Раздается предупредительный стук, и на пороге возникает мой бессменный юрист, Мишина Виктория. Рядом с ней, возвышаясь на полголовы, стоит та, кого я меньше всего хочу видеть. Липучка. Вика теперь ее таскает с собой как личного писаря повсюду: на совещания, на понедельничные планерки и на личные аудиенции, как сейчас.

— Здравствуйте, Андрей Вячеславович, — Мишина со стопкой документов под мышкой, походкой уверенного ледокола идет к моему столу. За что мне нравится эта женщина — за отсутствие в ней женского: начиная от внешности, заканчивая образом мышления. Логика стальная, в разговоре — никакой воды и кривляний, и когда возникает необходимость деликатно обойти законодательство, Вика без лишних демагогий озвучивает возможные риски. Специалист на вес золота. 

— Здравствуйте, Андрей Вячеславович, — это уже подает голос Яна, замешкавшаяся возле дверного проема. 

И пусть в офисе у меня строгого дресс-кода нет — главное, чтобы сотрудники в мини и джинсах не приходили, Липучка одевается так, словно участвует в съемках для каталога делового стиля: застегнутая под горло рубашка, плотно сидящая юбка длиной до колена и черные шпильки. Вроде ничего вызывающего, но все равно хочется отправить ее домой переодеться. 

— Садитесь, — киваю на кресла перед столом. 

Юридический дуэт занимает свои места: Вика -  по-деловому перекинув ногу на ногу, а Липучка — по-девственному сжав колени, после чего следует продолжительное обсуждение процентных неустоек, календарных сроков и приложений. Говорим в основном я и Виктория, Яна молчит и, сосредоточенно хмурясь, делает пометки в своем комплекте бумаг.

— Андрей Вячеславович, напоминаю, что завтра меня не будет и откорректированные договора на подпись вам занесет Яна Семеновна, — сообщает Вика, после того как мы прошлись по финальному пункту последнего договора.

— А сегодня у тебя времени не будет? Рано доверять такие вещи новому сотруднику. 

Я не смотрю в этот момент на Липучку, но физически ощущаю, как голубые глаза мечут в меня кинжалы обиды. Ничего, пусть потерпит. Дочь ли она моего друга, знаю ли я ее с детства, трахались мы или нет, работа страдать не должна. Деликатничать в подобных вопросах, чтобы пощадить чьи-то чувства, — это тоже не обо мне. Полезла — соответствуй. 

— У меня сегодня еще встреча в арбитражном с Федоровым на три часа назначена, так что я не успею, — не моргнув глазом, отвечает Мишина. — Яна Семеновна показала себя как толковый сотрудник, и ей по силам внести утвержденные коррективы. Если бы было иначе, я бы попросила ее заменить.

— Хорошо, если ты так считаешь, — в конце концов, у меня нет намерения топить Липучку. Я лишь хочу быть уверен, что работа не пострадает. 

— Яна, — поворачиваюсь к девчонке. — Завтра я буду в офисе в двенадцать. К этому времени бумаги должны быть у меня на столе. Имей в виду, что по второму разу я за сотрудниками не проверяю, поэтому убедись, что все сделала правильно. Суммы в договорах ты видела и степень ответственности тоже должна понимать.

С кивком головы Липучка встает со стула и тянется к моему столу, чтобы забрать бумажную стопку. Телефон, лежащий на нем, начинает вибрировать, но до того, как я успеваю переключить на него внимание, в ноздри проникает аромат белой розы, и глаза непроизвольно берут в фокус профиль белой рубашки. Ткань между пуговицами расходится, демонстрируя загорелую кожу и карамельно-розовый сосок. 

Блядь, это мода такая не носить на работу лифчик? 

Яна и Вика уходят, а я принимаю вызов, попутно размышляя об увиденном. И как мне быть, если и завтра повторится то же самое? Ну должна же девчонка головой думать, когда наряжается в офис, где работает два десятка мужиков. Помнится, и в день нашего предполагаемого знакомства она грудь упаковать не потрудилась, но то хотя бы был вечер, а не рабочие будни. 

На следующий день в офис я возвращаюсь, мягко говоря, не в духе. В клубе ночью один резвый кавказец приложил пьяного посетителя стулом, и тот попал в больницу с сотрясением. Менты снуют повсюду, пресса накатила — они обожают такие сюжеты, особенно когда в драках приезжие фигурируют. Всю смену охраны пришлось уволить, чтобы в новостях объявили, что владелец принял оперативные меры. На деле парни и не виноваты — я видео с камер посмотрел — там за секунду все произошло. Один удар, и поддатый хиляк выключился. 

Попросив Киру сделать кофе, иду в свой кабинет и через приоткрытую дверь маркетологов слышу:

— Ты с подкатами своими аккуратнее. Галич узнает — кастрирует.

— Ну так батя ее в офисе через день бывает. Я ее, кстати, в своем фитнесе пару раз видел. Попочка что надо у нее, и растяжка что надо. Гнуть по-разному можно.