Дикие - Мира Вольная

Я отступила на шаг, потом еще на один и развернулась к машине. Если родителей нет дома, то смысла в нем оставаться я не видела. Пора обживать свой.

Дома молодняка располагались чуть дальше, ближе к утесу. По большому счету они все были одинаковые, лишь небольшие различия в планировке. Молодняк вообще-то мог жить в родительском доме столько, сколько хочет, но, как правило, волки старались съехать побыстрее. Мне дом построили, как только я уехала на учебу. Двухэтажный, просторный, с большой кухней. Он находился ближе всего к озеру и дому на утесе. Виды открывались просто сумасшедшие.

Мы вытаскивали вещи из багажника, Маркус же расспрашивал про последние полгода в Париже, я рассказывала и улыбалась, и как-то так получилось, что мы совершенно не заметили появления отца Марка.

- Кристин, - окликнул альфа, заставив замереть меня на пороге дома, - я рад, что ты вернулась. – Он смотрел строго, почти сурово, и была только одна причина для такого взгляда. – Какого черта ты устроилась к Макклину?

- Ты устроилась к Макклину? – Маркус стоял за моей спиной.

- Устроилась, - твердо встретила я взгляд Аллана Джефферсона.

- Как только разберешься с вещами, жду тебя у себя в кабинете.

- Да, альфа, - кивнула твердо и протиснулась мимо Марка, держа перед собой последнюю сумку. Скандалу быть.

Следом в дом вошел хмурый друг.

- Какого хрена, Крис?

- Я уверена, если ты хорошо подумаешь, то найдешь ответ на свой вопрос, - я опустилась на диван в гостиной и потерла затекшую шею. Спорить с другом не хотелось. Я бесконечно любила и была предана стае, но… Всегда есть это маленькое «но», неправда ли? Мне хотелось чего-то большего, чем стать однажды просто чьей-то волчицей, просто матерью чьих-то щенков, просто той, кто мог влиять на настроение стаи…

Поглощать чьи-то эмоции, забирать их, глушить. Редкий дар. Опасный дар. Именно из-за него я так боялась, что после моего новолуния Аллан меня никуда не отпустит. Он не понимает, и опасается, что совет заберет меня также, как почти забрал Эм.

Маркус бесился. Молчал, вышагивал по комнате взад-вперед, бросая на меня косые взгляды, и бесился. Я чувствовала его злость сейчас почти физически. И тут же закрылась. Нет, не надо мне этого дерьма. Пусть лучше перебесится, чем я начну глушить его эмоции.

- Головастик… - наконец остановился он.

- Мне надо разобрать вещи, Марк, – пробормотала я. – А потом прийти к твоему отцу на ковер. Ты можешь злиться и дергаться сколько тебе влезет, но беда в том, что послезавтра я выхожу на работу в «Берлогу», и тебе этого не изменить.

- Почему же не изменить, - сощурился волк. – Я просто оторву Макклину голову.

- Он закатает тебя в асфальт, прежде чем ты сможешь подойти к нему хотя бы на шаг, - фыркнула я невесело.

- Кристин!

- Прекрати. Ты знаешь, почему я это делаю. Мы спорим с тобой по этому поводу каждый раз, и ты никак не хочешь понять…

- Чем тебя не устраивает жизнь в стае?! – почти проорал Джефферсон.

Я поднялась, подхватила с пола сумку.

- Меня не жизнь в стае не устраивает, меня не устраивает то, что я каждый раз чувствую, когда…

- Ты – ниптонг!

- О, ты выучил наконец-то, - скривившись, проговорила я.

- Крис…

- Я вернусь в стаю, я всегда буду возвращаться в стаю, к тебе, родителям, альфе. Но я хочу понять, на что я еще способна. Я хочу, перестать чувствовать то, что чувствую.

- Ты не понимаешь, Головастик. Будь это кто угодно, кроме Макклина, я бы слова не сказал, - подошел Маркус ко мне. – Но он…

- Что с ним не так? – сощурилась я.

- Этот волк опасен, неуправляем, жесток. Крис…

- Макклин всегда хорошо ко мне относился, - я даже отступила на шаг, не понимая, чем вызвана такая злость Джефферсона. – У нас никогда не было с ним конфликтов, твой отец ведет с ним дела и…

- Именно потому, что мой отец ведет с ним дела, я знаю, на что способен Конард Макклин. Ты знаешь, что около года назад он разорвал на куски Флойда Карвера? И это не оборот речи, Крис. Он выследил его, загнал, как дичь, пытал, а потом разодрал. Ходят слухи, что в «Берлоге» толкают дурь, там пропадают волчицы.

- Чушь собачья, - прорычала я и взбежала по ступенькам на второй этаж. – Если бы это были не просто слухи, твой отец никогда бы не стал иметь с Конардом дел.

- Кристин!

- Все, Марк, мне надо привести себя в порядок и прийти к альфе.

Внизу грохнула о косяк дверь.

Я включала в душе воду и думала над словами друга. Слухи действительно про Макклина ходили разные. И про наркотики, и про девушек. Они появились года три назад. Было даже расследование. Его открыли, потому что сын мэра обдолбался так, что загремел в больницу. Обдолбался именно в «Берлоге»… Но расследование так ни к чему и не привело. Поймали какого-то дилера, оборотня-лиса, кажется, а дальше дело заглохло. Никаких следов, никаких улик, ничего, чтобы хоть как-то, хоть в малейшей степени указывало на Макклина. А Флойд Карвер… Я нахмурилась, стараясь вспомнить, почему это имя кажется мне знакомым. Я где-то его слышала. Вот только где?

Я очень старалась вспомнить, но вспомнить так и не получилось. Конард разорвал его… Опасный волк, сильный. Мог ли Макклин убить кого-то? Мог. Запросто. Пытать и убить? Ответ тот же.

Мысль заставила меня вздрогнуть, вдруг стало холодно.

Ладно, в конце концов, волк на психа не очень похож, надо просто спокойно отработать три месяца и постараться ни во что не влипнуть, ну и не выводить из себя большого грозного волка.

Я, конечно, знала, что мой поступок так просто мне с рук не сойдет, но и то, что он вызовет такую злость, не предполагала тоже.

Альфа рвал и метал. Он не орал, не рычал, говорил тихо и проникновенно, но его злость я ощущала кожей, как порезаться о лист бумаги. И закрывалась, старательно закрывалась от чужих эмоций. И…

Как он так быстро узнал? Кто рассказал ему?

Ответ напрашивался сам собой – Макклин. Вот только тут же возникал другой вопрос – зачем? Зачем волку-одиночке ввязываться в разборки со стаей Джефферсонов, зачем дразнить другого альфу? А мне отчего-то казалось, что он именно дразнил. Скорее всего, позвонил и бросил что-то незначительно-ехидное, непринужденно-издевательское, насмешливое, в своей излюбленной манере. Что-то типа: «Что, Джефферсон, совсем своих щенков не контролируешь?»

В общем, разговор вышел на повышенных тонах.

Я кивала на его слова о безответственности и глупости, молчала, вжимала голову в плечи и старалась не кривиться от боли, когда гнев альфы все-таки сломал, ожег плетью вдоль позвоночника, сдавил виски стальным кольцом, заставляя покориться.

Вот только не желала я покоряться.