Очень плохой профессор - Елена Сокол

— Я вас прощаю. Можете не переживать, никто не узнает о вашем… проступке. — Ольга ввинтила ему эти слова в самое сердце.

— И извините, если был груб на лекции.

— Всё нормально. — Безразлично пожала плечами она.

— Вы на меня не смотрели. — Неожиданно для самого себя вдруг признался Озеров.

И его сердце подскочило.

— А вам бы хотелось? — Спросила Ольга, подняв на него испытующий взгляд.

Эти слова прозвучали как выстрел. Озеров сглотнул. Конечно, ему бы хотелось. И еще ужасно разозлило, что Алексеева, которая обычно записывала за ним каждое слово, сегодня отвернулась и не замечала его.

— Значит, вы таким способом пытались привлечь мое внимание? — Усмехнулся Озеров, пытаясь вернуть на лицо самоуверенное выражение.

— Ну, и самомнение. — Выдохнула девушка, с силой сжав челюсти.

Молчание затягивалось.

Профессору следовало свернуть разговор и отправить студентку восвояси, а вместо этого он пялился на край ее водолазки, представляя, как приподнимает его. И как она улыбается в ответ на его прикосновение. И кожа у нее нежная, как лепесток. Она закрывает глаза и хрипло шепчет его имя. И это его не на шутку заводит.

Да вашу-то мать!

— Касаемо вчерашнего вечера… — Озеров прочистил горло. — Я хотел спросить… Напомните, сколько вам лет, Алексеева?

— Ольга. — Девушка посмотрела на него с вызовом. — Меня зовут Ольга.

— Сколько вам лет, Ольга?

— Девятнадцать. — С достоинством ответила она.

Между ними был всего метр. Расстояние дыхания. Всего шаг. Так далеко и невыносимо близко. Так много «хочу» и слишком много «нельзя». Почти непреодолимая пропасть.

— Вы должны знать, Ольга. — Профессор с трудом вдохнул и шумно выдохнул. — В девятнадцать лет нормально быть… эм…

— Девственницей? — Подсказала она.

Ее бровь дерзко взметнулась вверх.

— Да. — Кивнул он, чувствуя, как расползается жар по телу.

— Возможно. Но, слава Богу, это не ваше дело. — Сдержанно улыбнулась студентка. — Я могу идти?

— Мы не договорили. — Он сам не понял, как вдруг потянулся, перехватил ее запястье и крепко сжал. — Я хотел бы…

Еще мгновение, и, возможно, профессор не удержался бы и притянул ее к себе, наплевав на риск, на опасность и вообще на всё. Но в эту же секунду в аудиторию коротко постучали, и дверь распахнулась. Озеров едва успел отпустить руку девушки, и та взволнованно прижала ладонь к груди.

— Матвей! — Влетела в кабинет Татьяна Михайловна. — Ты что, совсем не отдыхаешь? Ищу тебя везде!

— У меня тут разговор со студентом… — Нахмурился Озеров.

Но коллегу это ничуть не смутило. Она подошла к столу, окинула Алексееву безразличным взглядом и снова уставилась на него:

— Долго ты еще?

— Мы уже всё обсудили. Спасибо. — Едва слышно сказала Ольга, посмотрела на него в последний раз, развернулась и пошла к выходу.

— Алексеева!

— Я все поняла, спасибо. — Сказала она, не оборачиваясь, и вышла.

— Ну, и духота сегодня! — Продолжала трындеть Татьяна Михайловна. Плюхнулась на его стул, вальяжно развалилась, закинула нога на ногу. — В каких условиях мы работаем! Да нам приплачивать должны за вредность! Ты чего хмурый такой? Устал?

Озеров бросил взгляд на закрытую дверь, вздохнул и принялся перебирать в уме возможные предлоги, по которым можно было бы избавиться от этой настырной женщины.