Империя наших надежд - Лина Мур

– Ладно. Все видели, я попытался, но она сама этого хочет. Волтер, ты подготовил контракты? – Папа откидывается в кресле, обращаясь к адвокату.

– Да, сэр, использовал заготовки и вписал ваши условия и мисс Райз.

– Отлично. Передай копию моей дочери, – протягиваю руку и принимаю документы.

Теперь нужно тщательно изучить их. Мои условия прописаны первыми. Они именно такие, какие я произнесла, но с одной поправкой. С моего личного трастового фонда будет списан миллион евро, я сама оплачу из этих денег пребывание Рафаэля здесь, его операцию и вероятное будущее в Америке. Ублюдок.

Читая условия отца, моё сердце так сильно сжимается, а в груди появляется пустота. Жестоко. Невероятно жестоко, но раз таковы правила, я их приму. Продам свою волю за жизнь Рафаэля.

– Он выживет? – Нарушаю молчание, поднимая голову.

– У него ранение в бок, истощение, потеря крови, сломаны кости, но это не смертельно. Здесь лучшие врачи, и они обещали поставить его на ноги за пару недель.

– Хорошо. Я хочу, чтобы наше соглашение о моём трастовом фонде осталось неизменным. Я закончу этот учебный год, и ты вернёшь мне оставшуюся сумму. Не хочу больше от тебя зависеть.

– Нет, теперь я хочу большего. Ты получишь это чёртово образование там, куда я послал тебя. Вот завершишь учёбу с высоким баллом, тогда и открою тебе доступ. Волтер, впиши это в контракт и распечатай.

Шумно вздыхаю. Ничего. Главное, Рафаэлю помогут, а я потерплю. Терпела этого ублюдка всю жизнь и оставшееся время тоже смогу вытерпеть. Не страшно.

– И я хочу приехать сюда, чтобы проверить, как Рафаэль себя чувствует. Без точного прогноза на его выздоровление я не выполню сделку. Хочу, чтобы это тоже вписали сюда. Ты оставишь его в покое на всю жизнь, а если нет, то у меня припрятано достаточно дерьма на тебя, и я его обнародую, – добавляю я.

– Угрожаешь тому, в чьих руках находится жизнь этого ублюдка? – Ухмыляется отец.

– Эрнест, прекрати это шоу…

– А ты закрой рот. Ты предал меня, и благодари бога, что ещё жив, Грог. Теперь ты будешь её нянькой, – рычит он.

– Сам виноват, папочка, нечего было учить меня, как уничтожать себе подобных, – вставляю я и передаю контракт мужчине. – Впиши сюда условия, на другое я не согласна. Да, ты сейчас начнёшь грозиться упрятать меня в психушку. Так рискни. Давай, но это тебе не поможет, папочка, я сбегу и оттуда. Так что закончим обсуждение и приступим к исполнению, – сухо хриплю я.

– Он не должен тебя видеть, Эмира. Видишь, я прощаю тебя за все твои слова и, надеюсь, что мы сможем наладить наши отношения. Но Рафаэль не должен знать о том, что сейчас здесь происходит, – уже мягче произносит отец. Не верю. Это игра. Жалкая игра на моих чувствах, и только.

– Я могу попрощаться и тогда, когда он будет спать. Я должна быть уверена, что ему больше ничто не угрожает, а ты оставишь и Рафаэля, и его семью в покое.

– Грог завтра отвезёт тебя в госпиталь, а затем обратно в университет подальше от моих глаз.

Вот и всё. Больше мне нечего сказать отцу. Адвокат приносит документы, и я подписываю их, а затем отец. Каждому из нас отдают свою копию, а оригинал забирает адвокат.

Когда мы выходим из кабинета, Грог просит меня присесть и подождать его, а он вернётся и узнает, как состояние Рафаэля.

На меня накатывает смертельная усталость. Закрываю ледяными руками лицо и шумно вздыхаю. Мне холодно. Меня трясёт от того, что ожидает дальше. Я не могу больше так. Я устала от вечной борьбы и сейчас позволяю себе слабость.

– Мира, Рафаэль ещё в операционной. Из-за того, что в его крови сильная доза наркотика, врачи боятся за остановку сердца. Они сначала очистят его кровь, а потом продолжат операцию. У него… Мира? – Я задыхаюсь. Мне трудно дышать. Грог склоняется надо мной, проверяя пульс.

– Сюда. Быстро! – Кричит Грог. Кто-то дотрагивается до меня, а я плыву по какому-то вонючему течению, уносящему меня далеко отсюда.

– Есть вероятность внутреннего кровотечения…

Больше я ничего не слышу.

И всё затихает внутри меня. Снова засыпает. Снова умирает. Снова я брошена и ранена. Снова никому не нужна. Я должна превозмочь все свои чувства, чтобы выполнить контракт и условия отца. Хотя бы так я буду знать, что у Рафаэля есть шанс жить дальше. А я для него большая и огромная проблема, с которой он не сможет справиться.