Круче, чем скорость - Юлия Гетта

— Да, стриптиза, — подтвердил он. — Сразу после финиша в случае твоего поражения, ты танцуешь стриптиз на капоте своей машины? Как тебе такой вариант? Чур, музыку я сам выбираю…

Вот черт озабоченный, ничего унизительнее придумать не мог?

— Нет-нет-нет, никакой музыки, — завертела я головой, на секунду представив эту картину и содрогнувшись. — Давай так. Если я проигрываю — раздеваюсь до нижнего белья? Так уж и быть на капоте своей машины. Но без музыки и танцев.

— Ладно, я согласен, — великодушно заявил этот хам.

— Что ж, тогда прошу машину на старт, — с нарочитой любезностью предложила ему.

Отошла от «Шелби» на ватных ногах. Кажется, сейчас я совершаю самый безрассудный поступок за всю мою жизнь. Но, черт возьми, я уверена на девяносто девять процентов, что победа за мной. А если случится так, что произойдёт тот самый один процент? Что ж, белье у меня хорошее, непрозрачное, прикрывает все, практически, как купальник. Придется выполнить обещанное на радость этому кретину. Да и публика, я уверена, будет в восторге. Позор века, Аня.

Лучше об этом не думать. Я должна победить любой ценой. Да и вообще, вероятность того, что я проиграю, ничтожно мала.

Села за руль и медленно вывела машину к линии старта. Тимур уже дожидался меня там, развлекая толпу грубым рычанием двигателя своего железного коня.

К его открытому окну подошла Марика, и, бросив на меня холодный взгляд, наклонилась и потянулась за поцелуем. Отчего-то это зрелище показалось мне таким противным. Уже хотела отвернуться, но Тимур вдруг совершенно неожиданно остановил ее, не позволил присосаться к своим губам, как в прошлый раз. Девушка поднялась, и снова бросила короткий взгляд в мою сторону, на этот раз полный самой настоящей ненависти. А потом развернулась, быстрым шагом зацокала каблуками по асфальту между нашими машинами, и скрылась в толпе.

Сева попытался окликнуть ее пару раз, но очевидно, что это было бесполезно. Поэтому, закончив принимать ставки, сам отправился за линию старта и дал нам отмашку.

Аня

Я — скорость…

Сцепление, передача, газ в пол… Поехали.

Теперь я уже знаю, что на трассе со мной сильный противник, и не позволяю себе даже секундной слабости. Никакого адреналина, я собрана и хладнокровна, как львица перед решающим прыжком в погоне за жертвой.

Первый участок до бака мы проходим почти на равных, ни в чем не уступая друг другу. Лишь перед самым разворотом ему удаётся уйти вперёд, но я отстаю совсем немного. Красиво вхожу в разворот, идеально вывожу машину из заноса, но в этот раз превзойти Тимура не удаётся, и я неизбежно вижу перед собой его стремительно удаляющийся багажник. Легендарная «Шелби» — мощная тачка, с этим ничего не поделаешь. Но не думал же он, что все будет так просто?

Лови сюрприз, засранец. Жму маленькую красную кнопочку на руле, и спустя мгновение меня вжимает в сидение так, что дух захватывает. Американские горки нервно курят в сторонке.

Бросаю беглый взгляд в боковое зеркало и самодовольно ухмыляюсь. Уверена, он даже не понял, как я оказалась впереди.

Теперь запала мне хватит до самого финиша. У него нет шансов.

Но тут происходит нечто, чего я никак не могла ожидать. Хоть, по идее, должна была предвидеть все варианты, но снова просчиталась.

Ещё мгновение назад я видела «Шелби» в зеркале заднего вида далеко позади себя, и вот она проносится мимо на нереальной скорости. Чертов москвич, похоже, тоже имел туз в рукаве!

Снова недооценила его. Но кто мог подумать, что этот пижон окажется самым настоящим стритрейсером? Я должна была догадаться. Должна. Но почему-то не догадалась. Боже, да мне даже близко в голову такой вариант не приходил!

Не могу поверить, что он столько времени скрывал это от всех!

А он точно скрывал, потому что иначе слухи неизбежно бы расползлись и дошли до меня.

Паника, разочарование, горечь неприятно жгут грудь, я все ещё продолжаю отчаянно давить на газ, но теперь это уже вряд ли мне поможет.

Ну все Аня, позора не избежать. Можно, конечно, после финиша не останавливаться, и свалить с гонок куда подальше… Вот только еще неизвестно, какой из двух имеющихся вариантов менее стрёмный.

Ещё не успеваю в полной мере осознать всю прелесть неизбежных последствий своего поражения, как вдруг снова происходит чудо. Я вижу стоп-огни «Шелби». Они вспыхивают красным, и расстояние между нами начинает стремительно сокращаться.

Что, черт побери, это значит? Он тормозит? Но зачем? Неужели что-то случилось?

За считанные секунды догоняю его, и по-прежнему не понимаю, зачем перед самым финишем Тимур решил сбросить скорость.

Довольно легко его обхожу, и пересекаю линию первой.

* * *

И снова толпа ликует, на этот раз, кажется даже сильнее, чем в прошлую субботу.

— Аня, красавчик!

— Поздравляю!

— Я на тебя ставил!

Восторженные возгласы и поздравления едва не сбивают с ног, стоит мне покинуть салон своей ласточки. И я снова чувствую себя растерянной. Неужели, никто не заметил?

Пообщавшись ещё немного с ребятами, понимаю, что да, действительно, финта моего противника с торможением никто, кроме меня не заметил.

Нахожу глазами Тимура. В этот раз — я в центре внимания, а он стоит чуть поодаль, в гордом одиночестве, опираясь руками на открытую дверцу своей машины, и наблюдая за происходящим с довольной ухмылкой.

Тактично избавляюсь от навязчивого внимания друзей, и в полном недоумении подхожу к нему.

— Что это сейчас было?

— Ты победила, принцесса, — с сарказмом в голосе отвечает он. — До сих пор не можешь в это поверить?

— Ты знаешь, о чем я спрашиваю, — начинаю злиться. — Какого черта ты тормозил? У тебя что-то случилось? Проблемы с машиной?

И как ему удается всего лишь парой фраз до такой степени выбесить меня?

— С машиной все в порядке, угомонись. Ты ведь хотела меня сделать? Тебе это удалось. Что еще тебе надо?

— Это ты мне скажи, что тебе надо? Я рассчитывала на честную гонку, и не думала, что ты будешь поддаваться.

— Не переживай, принцесса, слово своё я сдержу. До отъезда на гонках и в твоём клубе больше не появлюсь.

— Но я не понимаю, зачем ты это сделал?! — я никак не могла уловить его мотивов.

Он отталкивается руками от дверцы и подходит ко мне вплотную.

— Будем считать, что у меня проснулась совесть.

— Чего?

— Рука не поднялась добить тебя, принцесса. Ты ведь и так не ожидала, что я окажусь готов к твоему сюрпризу с закисью азота, правда?

— С чего вдруг такое благородство?