Рыжий кот - Татьяна Анина

Она испугалась и замолчала. Ну, и я не спешил говорить о себе.

— Расскажу, ты тоже расскажешь? — кинул ей вызов.

Дрю поджала губы. Вот так вот! Про меня так надо знать всякую дрянь, а про себя и говорить не желала.

Не хотел своего рассказа. Ведь я никому в подробностях свою историю не рассказывал. А это мерзко, всё в себе хранить. Дрю тоже станет соучастницей моих переживаний. И не факт, что после этого у меня хоть шанс будет, что останемся вместе.

Она не готова.

***

— Знаешь, Дрю, почему машина так ревёт?

— Я еду на первой скорости, — выпалила понятливая девочка и начала переключать скорости. Машину дёргало, но мы ехали.

— Давай для начала познакомимся, а потом откровения,— предложил я.

— Да, — согласилась Дрю.

Ей видимо не особо хотелось о себе рассказывать. Нужно было стать ближе, чтобы не чувствовать муки при рассказе о себе. И наверняка знать, что вторая половина не сколет в ужасе.

Девушка остановила машину и облегчённо вздохнула.

— Мне не очень нравится, что я тебе навязалась, — выдала полный бред Дрю. Это малая часть её махровых тараканов.

— Это не так, я тебя просто похищаю в личное пользование, — усмехнулся я. — Ты не против побыть моей девушкой?

— Отлично, всю жизнь мечтала сесть на чью-то шею,— фыркнула она и вышла из машины.

— Быть девушкой не значит сидеть на шее парня, — заявил я.

У Дрю я так понял, очень много извращённых понятий. После знакомства с её родителями, я на удивлён.

Я тоже вышел. Выловил её. Тени длинные от света фар стелились по дороге, терялись в темноте и лёгкой туманной дымке. Только шум заведённой машины и больше никаких звуков.

Пока не опомнилась, обнял и полез целовать. Она опять за старое, мотнула головой, но я настырно ухватил за затылок и склонился, впившись в жаркие пухлые губы. И не отпускал. Как только дёргалась, сжимал объятия, как тиски. Мне хотелось её получить. Мягкую, податливую. Это напряжение снять.

Я сладко входил в её рот, чувствуя, как она опять и опять меня заводит. Кровь внутри бурлила. Член дёрнулся, желая свою женщину.

— Расслабься, — потребовал я.

Она оглядывалась по сторонам, как запуганный зверёк.

— Не слишком ли быстро? — рявкнула своим деловым голосом большой начальницы.

— Нормально, — усмехнулся я, стараясь заглянуть в её глаза.

— Я не хочу.

— Хочешь!

— Нет.

— Да, ты хочешь, просто не можешь себе позволить. А ты разреши себе! Расслабься, Дрю!

Нужно было время. Она вся в терзаниях ещё пару раз попыталась вырваться из моих рук, но не получилось.

— Не отпущу, пока не расслабишься.

— Для тебя игра?! Хватит усмехаться!

— Для меня всё серьёзно. А то что усмехаюсь - это у меня лицо такое и привычка давняя. Дрю, ты кончала хоть раз в жизни?

— Никогда, — заявила грубая начальница, сжав губы.

— Тогда сегодня будем пробовать.

— Не хочу, — сурово рявкнула она, но из моих рук уже не выворачивалась.

— Не хочешь себе разрешить, — напомнил я. — Чистый секс.

— У меня всё болит. Извращений не надо.

— Никаких извращений!

Она наконец-то размякла. Мы продолжали стоять в летнем вечере, противно жужжали комары, и я повёл Дрю, чтобы усадить её в машину.

Мы тронулись дальше. Я за рулём, набрал скорость. Улыбался, не потому что хотел поиздеваться над ней, как она сама себе напридумывала. А потому что был счастлив. Угнетало, что девушка не разделяла мою радость.

— Дрю, я понимаю, у девочек настроение меняется постоянно. Но, пожалуйста, объясни, почему ты мне дала, а потом выставила из кабинета?

— Я не буду говорить, — надулась малышка Дрю.

— Пожалуйста, — протянул я и посмотрел на неё кошачьими глазами полными милоты. Это обычно срабатывало на все сто.

Она замялась, пристегнула ремень. Собралась с мыслями и выдала жёстким грубым тоном:

— Ты внешне мне понравился. Сильный, красивый. Настырный. Решила, что ты подходишь для первого раза. Я бы хотела от тебя ребёнка, но ты в меня не кончил, я разозлилась.

Офигеть!

Хотя, что ещё от Дрю я мог ожидать…

Если честно, от меня хотели залететь, но именно, чтобы привязать, а тут… Мной хотели воспользоваться!

Я рассмеялся, закидывая голову назад.

Ну, Дрю! Ну, даёт!

— Очень смешно, — фыркнула девушка.

— А теперь слушай меня внимательно, Андреа Сергеевна, — окрысился я. — Ребёнок плод двоих! Моё семя – мой ребёнок! Никогда не слышала, что для детей обычно семьи заводят? Нет, не ребёнка заводят в семье, а наоборот!

— Ты мне решил лекцию прочитать? — скривилась она. — Трахать незнакомых женщин очень правильно, а хотеть ребёнка не очень. К тому же семья без ребёнка это тоже семья! Семьи заводят из-за любви.

— Давай попробуем влюбиться, — предложил я. — Я тоже хочу и женщину, и семью, и ребёнка.

Вот с какой стороны нужно было к ней подъезжать. Она улыбнулась мне.

— Это сложно для меня, но я должна попробовать,— собралась с духом Андреа Сергеевна. — Вначале душ, ужин, оргазм, крепкий сон, потом знакомство. Если заладится, будет продолжение.

— Примного благодарен, — я не мог успокоиться и усмехался до самого посёлка.

Деловая колбаска, всё-то у неё по плану. И самое прекрасное в ней, что она мне доверяла. Моё предложение - чистая монета. Это так на самом деле… Но! Дрю, да ты при всей строгости, умственных способностях, наивна! Я же мог оказаться кем угодно. Да, было что-то в папе менте замечательное. Похоже, за девушкой глаз да глаз.

***

Ощущение, что я из одного рабства попала в другое, более мягкое и отчасти приятное, не оставляло ни на секунду. Шоковое состояние необъяснимым образом дало столько сил и энергии, что я не чувствовала голод и усталость.

Вела себя достаточно скромно. Из головы не выходило сравнение того, что породистая сука сбежала из дома и её готов любой подобрать и себе забрать. Отсутствие даже сменного белья, меня пугало. Самостоятельности никакой, и на подъезде к посёлку я заметила, что отвечаю Владу на все его предложения легко и просто: «Хорошо». Это такой код на сглаживание любого конфликта, выработанный годами.

Я вроде готова была придерживаться своего плана. Вначале душ, ужин, оргазм, крепкий сон, потом знакомство. Но потом приняла решение, что ничего Владу не дам и даже ужинать с ним не буду. Всё что я сказала неожиданно слилось с планом на прополку грядок за городом. И на всё это нужно было срочно забить и сбежать в одиночество, которое неожиданно стало для меня смыслом жизни.