Объятые пламенем - Anne Dar

– Что значит “хотя бы в еде”? – возмутилась я, уже набирая номер Коко, но Дариан решил оставить мой вопрос без ответа.

За следующие пятнадцать минут я обзвонила, кажется, всех. Коко “застряла” у мистера Гутмана, Нат была с Байроном, остальные сидели по домам. Каждый успел сообщить мне о том, что за сутки выпала месячная норма осадков и за следующие сутки метеорологи обещают ещё одну месячную норму. Дороги заметены, все заведения закрыты, к вечеру снегопад перерастёт в новую волну снежной бури с порывами ветра до двадцати пяти метров в секунду (в нашем городе скорость ветра вроде как ожидается около двадцати метров в секунду).

– Я думал, что ночью от этого спичечного коробка ничего не останется, – оглядев стены кухни, задумчиво произнёс Дариан, когда я положила свой мобильный на стоящий рядом стул.

– Ты даже не представляешь, насколько он стойкий, – ухмыльнулась в ответ я.

– Этой ночью порывы ветра достигали двадцати семи метров.

– Что ж, крышу нам не должно снести и при двадцати пяти, – с облегчением выдохнула я. – Однако в доме холодно.

– Не удивительно, – скрестил руки на груди Дариан. – За окном минус двадцать три.

– Сколько?! – едва не выронила ложку я.

– Так утверждает термометр на твоём окне… Хватит уже отвлекаться. Я начал есть позже тебя, но закончил раньше. Знаешь как говорят? Кто как работает, тот так и ест.

– Исходя из этой пословицы можно сделать вывод, что, из-за скорости принятия пищи, ты – миллиардер, а я – нянька твоей сестры. Логично, – ухмыльнулась я.

– Не остри. Доедай и возвращайся в постель.

– Сначала нужно подкрутить котёл в ванной, чтобы к наступлению бури дом успел прогреться.

– Доешь ты молча или нет? – запрокинув голову усмехнулся Дариан, что неожиданно заставило улыбнуться и меня.

Котёл мы накрутили вместе, после чего я убедила Дариана в том, что мне будет лучше лежать на диване напротив телевизора, а не втыкать взглядом в потолок. Перенеся одеяло, плед и подушки на диван, Дариан сел в моих ногах, которые запрокинул на свои колени, и нашёл на одном из каналов “Один дома-2”.

Рождественские праздники уже давно закончились, но из-за падающих за окном хлопьев снега и красочно завывающего ветра создавалось ложное впечатление, будто сейчас только сочельник, и “Один дома-2” только способствовал ощущению, что праздники ещё только начинаются.

В итоге мы посмотрели ещё “Прибытие”, “Джуманджи: Зов джунглей”, “Смолфут” и “Полярный экспресс”. Судя по всему, канал, на который мы наткнулись, крутил исключительно картины прошлых лет, правда увиденные нами мультфильмы мы с Дарианом прежде не смотрели, так что были приятно удивлены. Однако больше всего мне понравилось смотреть “Джуманджи”, и лишь позже я поняла, что дело было не в самом фильме. Просто я впервые видела Дариана смеющимся залпом. Его искренний смех буквально заражал меня, выталкивая собой из моего тела простуду. Дариану шло вот так вот смеятся. Почему он не делал этого прежде?..

К вечеру моя температура начала подниматься и к девяти часам достигла тридцати восьми и двух. Дариан успешно сбил её неприятным на вкус раствором, который я проглотила за три подхода. После этого меня резко бросило в жар, однако уже спустя час моё тело вновь пробрал озноб и меня снова начало колотить, но при этом моя температура не поднималась выше тридцати семи и пяти, поэтому Дариан решил просто отпаивать меня горячим чаем, из-за чего я почти не вылезала из уборной. Наконец запротестовав, я отказалась от десятой кружки сладкого зелёного чая, после чего Дариан отключил телевизор, сказав, что капризы – это верный признак того, что мне пора спать. На часах было почти одиннадцать, поэтому я решила не сопротивляться, да и к этому времени я уже устала бороться со своими слипающимися глазами.

На сей раз я не попросила, а как бы разрешила Дариану спать со мной, использовав в своём предложении слово “можешь”. Правда Дариан не обратил на это никакого внимания, пока я во второй раз за вечер не запротестовала: поняв, что он вновь собирается спать в рубашке и брюках, которые не снимал уже сутки, я запретила ему это делать. Дариан сразу же пошутил относительно того, что я попросту хочу его полапать, после чего я выдала ему очередной запрет – благодаря своей дурацкой шутке он потерял моё разрешение лечь со мной рядом. Сказав это, я с вызовом отвернулась от него, перевернувшись на бок. Дариан, однако, никак не отреагировал на мой выпад и уже спустя минуту, сняв рубашку и брюки, лёг со мной рядом. Обняв меня сзади, он притянул меня к себе и зарылся носом в мои волосы. С учётом того, что меня всё ещё колотило от холода, тепло Дариана вновь стало для меня чем-то приятным, от чего не хотелось отказываться даже ради своих дурацких принципов.

…Снег валил весь день, но обещанная снежная буря накрыла город лишь около полуночи. Без единого движения пролежав в объятьях Дариана не меньше часа, я так и не смогла заснуть, прислушиваясь к нарастающему за окном ветру. Когда буря перешла с завывания на настоящий рёв, я дождалась момента, когда Дариан в десятый раз за прошедшие шестьдесят минут с большей силой прижал меня к себе и зарылся лицом в мои волосы, после чего перевернулась на другой бок и уперлась прохладным носом в его горячую грудь.

– То есть часа хватило для того, чтобы перебороть свою вредность? – мгновенно ухмыльнулся Дариан, при этом покрепче обняв меня, явно для того, чтобы услышав его слова я вновь не отвернулась в противоположную от него сторону.

– Завтра я вышвырну тебя из своего дома, – максимально грубо выдавила я, на что он лишь ещё сильнее обнял меня за плечи и талию, на сей раз чтобы я не смогла отстраниться от него из-за его смеха. Я же не хотела тратить силы на бессмысленную борьбу, поэтому продолжила спокойно лежать.

– Я когда-нибудь тебя придушу, – отсмеявшись за несколько секунд, вдруг полушёпотом произнёс Дариан.

– Когда-нибудь. Но конкретно завтра я вышвырну тебя из своего дома, – серьёзным тоном ответила я прямо в горячую грудь своего заклятого противника.

…Не вышвырнула. Снежная буря, как и обещали метеорологи, продолжала бушевать над Британскими островами ещё сутки. Так что пришлось ещё одну ночь смиряться с теплом Дариана в своей постели.