Империя наших надежд - Лина Мур

– Всё это, конечно, так, но вот Мира не могла купить твою книгу за такие деньги, Раф. Я снова говорю об этом.

– Она богата! – Возмущаюсь я.

– Ошибаешься, Мира ушла от отца, как только выполнила свою часть сделки. У неё был только трастовый фонд от её бабушки и дедушки плюс небольшие накопления. Миллион она отдала на твоё лечение и первый год твоей жизни здесь, пока ты не начал получать проценты с продаж. Это было условием сделки. Чуть больше миллиона она отдала на лечение Флор. Пять миллионов она положила на счёт Сиен, чтобы мои родители приняли её и позволили мне жениться на ней, но разделила их, оставив три миллиона для нашего побега, если мы решимся на это. Остальные деньги она переслала в разные фонды помощи детям из неблагополучных семей, оплатив их будущее обучение в престижных колледжах страны. Она лично посещала семьи, и сама решила, чем им помочь. У неё остались деньги лишь на свою мечту о создании ароматов, в которую она вложилась буквально пару недель назад, закрыв четыре года обучения. И сейчас она имеет лишь несколько сотен тысяч на съём квартиры в Париже, на заботу о Флор, на терапию и лекарства для неё. Она ей помогает, одевает её, оплачивает обучение и всё остальное. Отец лишил её наследства, когда она ушла от него. Был громкий скандал, он сжёг её одежду, а потом там что-то ужасное было снова. Но Мира ушла навсегда от отца, и он вычеркнул её из своей жизни, как и она его. Поэтому Мира вряд ли потратила бы такие деньги на книгу. Она умеет правильно выстраивать свой бюджет и рисковать такими суммами попросту не может.

Мне кажется, что я слишком пьян, раз слышу подобные невероятные вещи, выдумку, от Белча. Такого быть не может. Эрнест никогда бы не отпустил свою дочь так просто.

– Что ж, раз ты придурок не смог нормально спросить Миру о том, что случилось тогда, и что она сделала ради тебя, то я расскажу. Когда я встретил Миру, то не думал, что эта наглая стерва способна на что-то, кроме самолюбования. Но два последних года я наблюдал за тем, как она медленно умирает. После того как она вернулась без тебя в университет и сообщила о том, что ты погиб, я не поверил. Но её вид говорил именно об этом. Постоянно в чёрном. Бледная. Уставшая. Убитая. Я стал главой братства. Через пару месяцев ты мне написал сухое сообщение о том, что ещё жив. Но за эти два месяца она сходила с ума. В одну ночь мне пришлось выбить дверь её ванной комнаты и увидеть, насколько сильно можно любить человека, чтобы решиться на смерть из-за той пустоты, которая образовалась вместо надежды. Она собиралась умереть, потому что не представляла своего будущего без тебя. Она смотрела на лезвие и постоянно просила прощения. Это было очень страшно. Именно тогда она рассказала о том, что ты не погиб, а тебя должны перевезти в Америку навсегда, и о том, что она написала тебе в прощальной записке, чтобы ты возненавидел и никогда больше не искал её. Она продала своё будущее с тобой в обмен на твою жизнь. Эрнест заключил с ней контракт, по которому она оплачивает сама из своего трастового фонда твоё лечение в клинике и даёт деньги на будущее, а он за это оставит тебя в покое и навсегда забудет о тебе. Это была их договорённость, и Мира пошла на неё, чтобы у тебя было будущее. Она не жила эти годы, Раф, она была роботом без чувств и эмоций. Она не смеялась и не улыбалась, постоянно ездила к Флор и заботилась о ней. Мира терпела всё это время, чтобы отец отдал ей трастовый фонд, и она смогла, наконец-то, освободиться от его власти. Она это сделала. Отказалась от Эрнеста в тот день, когда получила аттестат и на церемонии порвала его на мелкие кусочки. Она ушла, просто ушла и обосновалась в Париже вместе с Флор. И я бы всё отдал за то, чтобы рассказать тебе об этом раньше. Но тогда бы Эрнест вернулся. Точных условий их соглашения я не знаю. Но я узнал обо всём и во всех подробностях после церемонии, когда Мира подарила нам с Сиен будущее, поэтому считаю, что соглашение между ней и отцом уже не имеет никакой силы. Мне жаль, Раф, но Эмира Райз достойная борьбы за неё девушка, которую ты снова уничтожил, считая, что её любовь была ложью. И вот из вас обоих именно ты живёшь, а она умерла в тот момент, когда продала себя ради тебя.

Жестокий и сильный удар по голове. По затылку. По груди. По сердцу.

Меня отбрасывает на спинку дивана.

– Но… она… ничего не сказала… она…

– Когда Мира говорила о своих слабостях и добрых поступках, Раф? Она помогла всем, спасла всех, но никто не смог спасти её. Вряд ли такая девушка заслужила те слова, которые ты из-за глупости и, может быть, из-за моего молчания сказал ей. И мне они даже неинтересны, потому что я знаю тебя и то, какой гадкий у тебя язык, когда дело касается твоей любви к ней. Ты мудак, и я оставляю тебя с этим здесь. А у меня впереди свадьба. И она бы не случилась, если бы не Мира, поэтому я запрещаю тебе встречаться с ней и хоть словом, хоть взглядом обидеть её. Сделаешь это, я вычеркну тебя из своей жизни, Раф, как ты легко вычёркиваешь ту, которая любила тебя больше всех, – Белч поднимается со стула и ставит бокал передо мной.

Сигарета тлеет и обжигает пальцы. А я ничего не чувствую. Я в шоке. Мне хочется кричать так громко, чтобы все слышали, как разрывается моё сердце. Мне нужно идти к ней… молить о прощении. Вернуть её… сражаться. Только вот я не знаю, нужен ли я такой ей? Я хоть и стал успешным, и деньги у меня есть, но сердце моё… потеряно. Она была права, конец всегда печальный, потому что это конец всему, что было в прошлом. Конец истории.

Выпиваю бокал виски и снова закуриваю, вспоминая каждую минуту… а она так близко. Бросаю деньги на столик, забывая о том, что всё оплачено, и выхожу из клуба. Бреду по ярко освещённым улицам, которые стали для меня призрачным спасением, и до сих пор не могу поверить в услышанное.

Достаю мобильный и набираю запомнившейся навсегда номер телефона. Без ответа. Ноги сами приводят меня к отелю, в котором находится она. Закуриваю и чувствую себя дерьмом. Я рождён таким и остался им. Только с Мирой я был счастлив. Сколько бы девушек я ни трахал, сколько бы ни улыбался им. Я никогда не смогу любить никого так же, как её. Она была просто моей, в этом и отличие. Она была моим личным королевством, в котором я жил и умирал одновременно. Наверное, мне стоит её отпустить. Флор… не могу поверить. Не могу. Мира помогает сестре, заражённой ВИЧ из-за меня. Да и кто мог подумать, что та самая стерва Эмира Райз отдаст деньги детям из таких семей, какая была у меня. Чёрт, она намного лучше, чем я. Я недостоин её. Я ей не пара даже с деньгами, ведь дело не в них, а в том, что её сердце намного больше, чем моё.

Парадокс, нищий так и остался на дне. А вот принцесса доказала всем, что она достойна своей короны.

Это больно. Слишком больно, чтобы пробовать снова.