Порочные - Мира Вольная

Она бросала мне вызов, она дразнила меня, и… она села играть в покер явно не за тот стол.

— Хочешь поспорим? — пробормотал, склоняясь ниже, касаясь языком кожи, чертя дорожку к уху.

Эмили отстранилась, и я не попытался ее удержать. Смотрела насмешливо, но на щеках румянец, а в глазах — адское пламя.

— Еще раз прикоснешься ко мне, Марк, и сможешь солировать в детском церковном хоре, — она отступила еще на шаг, а потом просто повернулась спиной, направляясь ко входу в торговый центр.

— Рычи, рычи, кукла, — улыбнулся я. — Вот тебе мое официальное заявление: я хочу тебя, и я получу тебя.

— Мозоли не натри, пока получать будешь, — фыркнула Эмили насмешливо.

А я представил голого Элтона Джона на пляже и задницу Нила Янга, потому что заходить со стояком в общественное место, наверняка переполненное в субботу маленькими гомонящими детьми и их бдительными мамашами, не позволяют остатки совести и здравого смысла.

Бартон, будто издеваясь, сразу же свернула в магазин с нижним бельем. Виктория, мать ее, Сикрет…

Рой Рэймонд должен гореть в аду, настоящий ублюдок.

Элтон Джон и его муж, голая Королева Англии, миссис Саммерхолд и ее обвисшие сиськи…

Я остановился у стеллажей с чулками и завис.

Черные, с широкой кромкой и… поясом.

— Вам помочь? — проворковала девушка-консультант, вырвав из мыслей о том, как я укладываю Бартон в этих самых чулках на стол.

— Да, — голос звучит почти нормально, я нахожу глазами волчицу и указываю на нее пальцем, протягивая кредитку брюнетке. — Мне этот комплект, подберите к нему белье на вон ту девушку. Оплачу все, что она выберет.

Глаза консультанта понятливо сверкнули, она забрала карточку и проводила меня на диван, принесла кофе.

— Ты слишком довольно улыбаешься, — нахмурилась Эмили через сорок минут, когда мы выходили из магазина. — И я не просила тебя оплачивать мо…

— Пошли поедим, — улыбнулся, не считая нужным что-либо отвечать. — Я зверски голоден, — и утянул Эмили в сторону ресторанного дворика.

Она проворчала что-то нечленораздельное, но все-таки пошла следом, не сводя с меня настороженного взгляда. С меня и пакета в моих руках.

— Ты не свалилась сегодня в обморок, тебя не колотило от холода, не корчило от боли, не вывернуло наизнанку, даже температура не поднялась… — сказал, когда мы устроились за столиком в итальянском ресторанчике.

— Я ничего не делала, Джефферсон. Просто посмотрела. Не лечила.

— А когда лечишь?

Я помнил, как колотило Бартон после каждого пациента, как ее трясло, как мучилась она от боли, как ее одежда пропитывалась потом. До отъезда. До того, как я позволил придурку из совета забрать ее из стаи и увезти на учебу. Мы все тогда понимали, что Эм вряд ли вернется назад. И вот она здесь. Сидит напротив, смотрит в меню, сосредоточенная, строгая и… жесткая.

Эмили не была такой жесткой раньше.

Не вела себя так, как вела сегодня с Артом.

— По-разному, — отрешенно качнула она головой, продолжая вчитываться в меню. — Все зависит от заболевания и его силы. Две недели назад я вытягивала волчью лихорадку у одного из стражей совета, обошлось часовым ознобом и головной болью.

— Крис после того, как…

— Не сравнивай нас, — Эмили резко отложила меню, зеленые глаза сверкнули арктическим льдом. А я понял, какую дурацкую ошибку только что совершил. В конце концов, Эм считает, что я променял ее на Крис. — У нас разные способности, и действуем мы по-разному.

— Эм… — я вздохнул. Ну кто ж тебе виноват, Джефферсон, если ты такой дебил… — я просто хотел сказать, что Крис помогла учеба. Может, стоит поискать еще кого-то, кто…

— Выше головы мне не прыгнуть, Марк, — она скомкано улыбнулась и снова уставилась в меню. — В совете лучшие учителя, — потом снова отложила тонкую картонку, складочка на лбу стала заметнее. — Что случилось с Артом в лесу? О чем он не стал мне рассказывать?

Я молчал.

Потому что не хотел говорить, потому что не понимал, как объяснить. Колдер в том доме на отшибе мира не только потому, что ему плохо в лесу. Точнее не столько потому. Арт там, потому что только там он не опасен для стаи. Зато… возможно, опасен для людей.

— Марк…

— Давай сначала все-таки сделаем заказ, Эм, если ты определилась.

Бартон кивнула, и я подозвал официанта, стараясь не думать о том, что будет, если по какой-то причине Эмили не сможет помочь.

Бешеных животных обычно пристреливают…

Мы дождались заказа, день близился к вечеру, и ресторан постепенно наполнялся посетителями. Громче стал гомон голосов, чаще раздавался звон посуды, увеличили немного громкость музыки.

— Ему стало плохо, когда парни обходили территорию ночью. Две недели назад. Он был с Крисом и Роем, у западной границы. Его скрутило от боли так, что он повалился на песок и не мог встать. Рой помчался за мной, а Крис остался с Артом. Когда я прибежал… Они дрались, Эм… Артур ничего не слышал, никого не узнавал. У него кровь из носа лилась как из чертового прорвавшего гидранта. В глазах — бешенство и страх, паника. Его зверь был как никогда близко к поверхности. Руки и ноги изменились, появилась даже шерсть на загривке, нижняя челюсть выдвинулась вперед, вытянулась.

— Как ты его успокоил?

— Занял место Криса, позволил Колдеру вцепиться в меня, а потом просто надавил. Он отключился тогда практически сразу же. Моя первая мысль была про дурь. Я подумал, что он просто обдолбался очередной неведомой хренью, — я скривился, вспоминая сейчас про то, как осматривал вены друга, как шарил у него по карманам. — Но… ничего такого. Он сам сдал анализы.

— Арт сдавал анализы сразу после приступа? — зануда даже подалась вперед.

— На следующий день, — покачал я головой. — Как только пришел в себя.

— Черт… Долго Артур боролся с тобой? — задала Эмили следующий вопрос, наматывая пасту на вилку. Методично и сосредоточено, как будто это действие помогало ей думать. Я наблюдал за тем, как спагетти, красноватые от соуса, оплетают и наползают друг на друга, сжимаясь и скручиваясь, и думал о том, что в случае чего Эм так же сосредоточено намотает и мои кишки на свой кулачок, если я снова накосячу.

— Он очень силен, если ты об этом, — усмешка скривила уголки губ.

— Но… — правильно уловила интонацию кукла.

— Но… его волк будто сам рад был уйти. Будто не хотел находиться там, драться. Не знаю… — пожал плечами. — Возможно, мне просто показалось.

Бартон кивнула и занялась едой. Я расслабленно выдохнул. У меня не было сомнений в том, что она сделала правильные выводы из того, о чем я ей рассказал. В стае пока только трое знают о том, насколько все действительно хреново с Колдером, не считая меня и Эм. И все трое будут молчать. Потому что… Потому что, если стая узнает, если стая почувствует угрозу, они могут потребовать изгнать Арта и будут в своем праве.