Пленница чудовища - Саша Ким

– Ты кто? – даже не поднимая глаз от еды, равнодушно бросил капитан.

– Я? – казалось, девушка растерялась, – Мэнди.

Он, наконец, обернулся и с едва заметной заинтересованностью оглядел гостью: миниатюрная блондинка в чересчур откровенном, для повседневного, платье.

«Шлюха, как шлюха. Вроде ничего особенного», – он снова принялся за еду.

– Это ты обслуживала меня на последней сессии? – не в силах воспроизвести лицо в своих воспоминаниях, перестраховался он.

– Да, – прошептала она уже над его ухом, – желаете продолжить, мой капитан?

– Попробуй, – он откинулся в кресле, отложив вилку.

Девушка, не заставляя себя ждать, опустилась на колени, и принялась возиться с его ширинкой.

– Напомни мне, какая у тебя спецификация? – спросил он, не чувствуя ровным счётом ничего нового, когда девушка принялась сосать его член.

– Люблю животных, – она недвусмысленно приподняла тонкую бровку, – в частности огромных догов, – и продолжила свою работу.

– Фу, – брезгливо протянул кэп.

«Тем утром я чувствовал себя таким… так… хорошо. Будто пришло, наконец, какое-то облегчение. Черт, надо было меньше пить», – он разочарованно вздохнул, снова не ощущая желаемого наслаждения. Девушка посчитала это знаком к действию и принялась с удвоенным усердием насаживать свою голову на твёрдый стержень.

– Что ты делала в прошлый раз? – все ещё пытался найти разгадку Пирс.

Девушка чуть сбавила скорость, видимо обдумывая ответ, затем остановилась:

– Вы разве не помните? – она вытерла уголки рта, – ничего, – она смотала светлые волосы в жгут, – Вы же выставили меня за дверь, как только эта… новенькая подала признаки жизни, – Мэнди снова продолжила сосать, используя все известные ей техники, желая понравиться капитану.

– Разве утром тебя не было в моей кровати? – на всякий случай переспросил кэп.

Девушка отрицательно помотала головой, даже не отвлекаясь от дела.

Последние дни Анжела приходила с двумя порциями еды, чтобы обедать вместе. Я была благодарна ей за это. Как-никак, даже в аду хотелось бы надеяться на живое общение.

Она рассказывала, что корабль готовится к приему новой партии гостей, и что в этот раз она будет принимать участие в сессии:

– Почему вы не пытались сбежать? – не выдержала я, слушая ее рассказы.

Ее глаза расширились от удивления:

– Куда? – она продолжила жевать, непонимающе глядя на меня.

– Чертов океан, – будто я забыла, что нахожусь на корабле, – вас же много. Почему же вы боитесь его?

– Ну, – протянула она, продолжая поглощать пищу, – он же хозяин, – буднично ответила она.

– Невероятно, – я была в недоумении, – неужели вы привыкли быть рабами?

– Рабами? – повторила она, будто смакуя слово, – о, раб… Да, работники. Конечно, мы привыкли к своей работе, – кажется, у нас возникли трудности перевода.

– Я не об этом…

Дверь щелкнула и, увидев капитана, Анжела как по команде вскочила на ноги и, молниеносно собрав посуду, вылетела из каюты.

Он смотрел на меня изучающе:

– Может, ты поможешь прояснить мои воспоминания?

– Что? – пискнула я.

Мои связки каждый раз будто сдавливала невидимая рука в его присутствии.

Мужчина со скучающим видом, стал медленно приближаться.

Нет. Только не подходи близко.

Капитан обогнул меня и потянулся к своей подушке:

– Не подскажешь, чьё это? – он выудил из-за матраса кружевной лоскут.

Черт! Вот почему я не нашла их.

– Ты же была здесь в ту ночь, значит должна знать, кому они принадлежат, – его голос звучал лениво, казалось, его не интересует ответ, потому что он уже сделал выводы.

Я была уверена, что он ничего не помнит. Почему сейчас?

– Отвечай! – потребовал капитан, куда более настойчиво, – та блондинка утром… это ведь была ты.

В то ранее утро мой и без того беспокойный сон нарушил щелчок двери, двое ввалились в каюту. Капитан неуверенно держался на ногах, а на нем висела девушка, смахивающая на резиновую куклу.

К горлу подкатил очередной приступ кашля, и сейчас я могла думать только о том, как не выдать себя, несмотря на неловкость ситуации.

Капитан стал неторопливо раздеваться, но обессилено опустился на кровать. Девушка принялась услужливо стягивать с него джинсы, когда мужчина откинулся на подушки. Она запустила себе руку под фартук, и в темноте каюты послышался звук расстёгивающейся молнии:

– Мой капитан, – томно прошептала путана, – я стану для вас особенной…

Ее прервал кашель. Мой кашель.

Черт! Ну почему сейчас?

– Новенькая? – она пыталась разглядеть меня, непривыкшими к темноте глазами.

Я увидела, как капитан накрыл лицо ладонью:

– Проваливай, – пробормотал он.

Никто не пошевелился. Я словно оцепенела.

– Проваливай, я сказал! – невнятно рявкнул он снова.

Наконец, немного придя в себя, я тихонько поднялась и двинулась к выходу.

– Резиновая, я тебе сказал.

Я замерла у двери, когда мимо меня промчалась разъярённая путана, едва не сбив с ног:

– Сука, – прошипела она мне в лицо.

Ещё несколько минут после ухода официантки я не могла пошевелиться.

Что сейчас произошло?

Сначала притащил шлюху, потом выгнал.

Ответом мне послужил храп. Судя по всему, он просто не в состоянии.

Повинуясь любопытству, я бесшумно приблизилась к кровати. Сейчас, когда он так крепко спит, я могла бы его убить…

Но что-то мне подсказывало, что это не лучшая идея.

Я тихо забралась на кровать и вгляделась в грубые черты. За этот месяц я сделала вывод, что он не бреется и не стрижётся, именно поэтому вся эта грива в таком неухоженном состоянии. Сейчас спящий и обнаженный он казался мне весьма безобидным, поэтому я бесстрашно коснулась татуированного предплечья, желая разгадать природу его шрамов. Ожоги? Кажется ожоги. Спина, руки, плечи и даже немного грудь…

Что же с ним случилось?

Моя рука скользнула по его груди.

– Нет… – шепнул он, и я, вздрогнув, отскочила, – нет, пожалуйста… Выходите… Ну же, выходите, – шёпот звучал надрывно, – это приказ… – он словно в бреду метался по подушке, – умоляю…

Его глаза все ещё были закрыты. Он спит.

Ему снится кошмар?

Мне вдруг захотелось остановить это.