Соблазн для Шейха - Виктория Вишневская

Шейх вёл себя странно. Открыв камеру, он одобрительным взглядом проследил за тем, как я вышла ему навстречу. Не понимала, почему он был таким довольным. Если подумать, то от этой сделки он не получал практически ничего. Тело моё не получит, только время, которое проводить с ним не собиралась.

Мой план был прост и заключался в том, что я буду избегать мужчину, и такими темпами пройдёт месяц. Тогда помашу ему ручкой и уеду обратно в Россию. Ещё и пожалуюсь на него, чтобы знал, что нельзя принуждать девушек. Вряд ли за это дело возьмутся всерьёз, но попытаться стоило.

– Прошу, – Асад жестом руки показывает идти мне вперёд. Не задерживаюсь, делая шаги в сторону двери. Хотелось уйти отсюда и не вспоминать о том, какой приговор мне вынесли в этой комнате. Вдобавок здесь было холодно, и мне уже хотелось выйти на улицу, чтобы согреться.

Выйдя из участка, всё это время не поворачивалась в сторону мужчины, хотя чувствовала на себе его рассматривающий взгляд. Это так напрягало, что, чуть не взбесившись, не зацепила порог. Благо в этот момент посмотрела вниз, сжимая кулаки. Перешагнула, и представила, какое фиаско сейчас бы произошло.

Интересно, если бы я разбила себе нос, он всё также хотел сделать меня своей наложницей? Хотя, меня ею и не назовёшь. Наложницы – те же любовницы, дарящие мужчине ласку, тепло и удовольствие. К этим девушка я точно не относилась. И претендовать не собиралась.

– Садись, – слышу сбоку властный приказ, и только сейчас понимаю, что стояла и смотрела на открытую дверь автомобиля. Нога не поднималась встать на лестницу, чтобы сесть в салон. Ноги не двигались, а в голове даже и не было мысли, что мне нужно это сделать. – Или ты можешь идти.

Сжимаю губы, и понимаю, что говорит он это, зная, что уйти не могу. Либо тюрьма, либо это.

Пересиливаю себя, сажусь в салон, и Асад захлопывает дверцу автомобиля. Обходит машину, и садится рядом.

Сразу же становится некомфортно. И мужчина и ситуация слишком давят на меня, заставляя чувствовать себя паршиво.

Нужно успокоиться.

– Ты выглядишь так, будто тебя везут на казнь, – на этих словах невольно поворачиваюсь к обладателю этих слов, и выгибаю бровь.

– Разве это не так? – иронично произношу, понимая, что выглядит всё именно так.

– Ты слишком драматизируешь, – получаю в ответ недовольный тон.  Мужчина расслабленно сидит на  сидение, повернув голову в мою сторону. Рассматривает из-под опущенных ресниц, бегая взглядом от лица до груди и обратно.

Уже тысячу раз пожалела о том, что тогда не надела бюстгальтер в номере отеля, торопясь.

Сколько можно смотреть на меня таким хищным взглядом? Неужели любовницы так плохо работают, что их господин засматривается на других?

– Сколько у тебя наложниц? – мой вопрос вылетает невольно, хоть и осознанно. Не знала, зачем мне эта информация, но вдруг стало интересно. Асад на мой вопрос улыбается, и приподнимает немного голову, показывая свой триумф.

Он думает, если я спросила, сколько у него любовниц, то заинтересована в нём или ревную? Его реакция для меня неоднозначна, и не могу понять, что о нём думать. Для меня этот человек и вовсе был тёмной лошадкой, в мыслях которой творится что-то невообразимое.

– Четыре, – сказал он, смотря мне в глаза. У нас в России спать с четырьмя женщинами одновременно было ненормальным, даже если не было официальной жены, поэтому его ответ меня удивил. – С тобой пять.

– Я не твоя любовница, – парирую, прочерчивая между нами границу. – Поэтому в это число не вхожу.

– Посмотрим, – многозначительно улыбается, и меня передёргивает. Что, значит, посмотрим?

– Зачем я тебе? – спрашиваю то, что интересовало меня больше всего. – Ты сам дал мне волю не спать с тобой. Так для чего ты устроил всю эту игру? Сомневаюсь, что я буду для тебя полезна. Ты только зря потратишь на меня своё время и деньги.

Он слушал меня внимательно и ни один мускул не дрогнул на его лице, когда задавала эти очевидные вопросы. То ли он хорошо играл, то ли ему вообще было на всё параллельно, и нужна я была ему, как простой трофей.

– Поверь, Анна-Мария, – моё имя из его уст поднимает во мне волну неприязни. Снова вспоминаю, как он обдурил меня, скрыв ту информацию, что прекрасно знал английский. – Я найду, чем занять твоё время. У меня на тебя другие планы.