Я тебя уничтожу - Евгения Чащина

— Что? А ты как думал, женщинам нужно много всего. Ну, тем, кто следит за собой, — бросает деловито и берет очередной тюбик.

— Тогда какая нахрен корзина? — психую, понимая, что делает эти покупки хаотично, — нам нужна тележка, я тебе не ишак, чтобы таскать тяжести, — бормочу недовольно и возвращаюсь в исходную позицию, делаю рокировку, — хватит объема?

— А с виду кажешься сильным, — кусает девчонка, пожимая плечами, её глаза улыбаются.

Окидывает взглядом корзину и одобрительно сообщает:

— Хватит вроде. Если что всегда можно взять вторую.

Шоппинг не отнимает много времени, потому что я злюсь и тороплю её в каждом отделе, а она и сама быстро устаёт и бросает:

— Давай уже на кассу, я зря обула каблуки сегодня.

— Кофе будешь? Пока Евгений будет загружать покупки, мы бы могли выпить. Какой предпочитаешь?

— Американо, — ответила, сразу озвучив заказ.

Мы присели на кресла в кафе, и я проводила взглядом поникшего огромного охранника Камаева.

— Не моё дело, конечно, но зря ты так с ним. Он не сделал ничего плохого, и не заслуживает такого отношения.

— Я проверю информацию, а потом… подумаю над тем, изменю ли свое решение.

Меня её выпад злит, какого черта?! Сука! Мне в загородный дом терминаторов набрать, или она железякам мозги запарит?

— Твоё дело, — повторяет без эмоций, делая глоток кофе.

— Почему тебе интересна его персона? — я понимаю, что меня начинает параноить, но черт, этот парень моложе и смазливее.

— Он был добр ко мне, — смотрит мне в глаза и отвечает искренне.

— Я тебе верю, — бормочу как мальчишка, а потом ищу её губы, сильно вжимаюсь и рычу гневно, — хочу тебя.

— Прям здесь? Серьезно?

Девчонка усмехается и отстраняется. Поднимается на ноги.

— Так может корона не спадёт одну сумку самому до машины донести, а не ждать, пока вернётся Евгений? Поторопи события.

Сука! Бесит до безумия тем, что козыряет при куче зевак. На моей территории ее дерзость просто так с рук не сойдет. Я знаю, чем наказать это строптивое существо.

Мне приходится оторвать жопу от стула, подхватить два пакета и переться на выход. И чо она туда ещё набросала? Пытаюсь посмотреть в пакет и фыркаю. Трусы взяла.

— Зачем трусы брала? Я же предупреждал!

— Варвар, — комментирует, удостоив милой улыбочки, — ты сказал, что это надолго. Неприлично не иметь запасных.

Мы загружаемся в машину и отъезжаем в сторону выезда из города. Как только выезжаем на проселочную дорогу, которая требует высокой концентрации внимания водителя, девчонка скользит ладошкой по внутренней стороне моего бедра к паху, но так его и не касается.

— Можешь его освободить, — скалюсь ехидно, всматриваясь в полуосвещенном салоне в бесстыжее лицо моего наваждения.

— Не могу при зрителях, — парирует, но сжимает вздыбленный член тонкой, прохладной ладошкой. Вижу, как меняется в лице и сглатывает, словно забыла, какой он становится большой, когда я хочу её.

— Я же попрошу его оставить нас на неопределенное время, пусть покурит, — рычу отчаянно, не скрывая своего вожделения

— Ночью, в мороз? — фыркает, тут же убирая руку, — потерпишь до дома.

— Не жди пощады, девочка.

Я тяну Алину на себя, понимаю, что здесь не вариант. Я хочу трахать ее обнаженную, видеть ее лицо, чувствовать, как отзывается ее тело, как сокращаются мышцы влагалища, когда получает оргазм.

— В этом я себе не откажу.

Мои губы жадно ласкают ее сладкий ротик, пока пальцы трахают девчонку.

Она нарвалась, теперь за спиной водителя происходит что-то слишком порочное, и только ее вскрик может спалить контору. Она даже не успела взвизгнуть, как мои пальцы порвали тонкую ткань колгот и проникли в трусики. Скалюсь, когда ее мышцы сокращаются, а дыхания вот-вот не хватит, чтобы сдержаться.

Девчонка жадно впивается в мой рот, чтобы не застонать. Кусает нижнюю губу. Мстит, сучка.

Тело выгибается навстречу моим пальцам, пару поступающих движений, и я чувствую, как конвульсивно вздрогнула Алина прежде, чем обмякнуть в моих руках.

Автомобиль выезжает на скоростную, хорошо освещенную трассу и это значит лишь одно — что мы скоро приедем.

Оставшееся время пальцами перебираю ей волосы и просто чисто по-человечески улыбаюсь, откинув голову на спинку кресла. Перестала дрожать, притихла и лишь носом тыкается мне в шею.

— Ещё чуть-чуть, и будешь моей, горячая кошечка. Понравилось?

— Твои пальцы заслуживают оваций, — она переплетает свои тонкие пальчики с моими и спрашивает, словно между делом, — как губа?

— Больно, но терпимо. Думаешь, мне сделала гадость? — насмехаюсь с этой глупой девчонки, — захочешь целоваться, а не получишь.

Сильнее сжимаю наши сплетённые пальцы и довольно отмечаю, что открываются ворота в усадьбу.