Его пульс - Юлианна Орлова

Может и нет, просто с ним я испытывала то, чего еще никогда в своей жизни не испытывала. Трепетное волнение в ожидании встречи.

Мужчина в хирургическом халате и шапочке выглядел болезненно бледным. Он небрежно стянул шапочку, и я увидела, как потные кудрявые пряди неаккуратными клочьями торчали в разные стороны. Видно, что Борис Викторович еще не был в душе. Красно-синие следы от маски и очков оставили безобразные борозды на лице.

— Думаю, что лучше, чем вы, Борис Викторович, — он устало поднял на меня взгляд своих карих глаз, прямо горячий шоколад. Такая ассоциация плотно въелась в мой мозг, и я ощутила во рту привкус божественного напитка.

— Ты плачешь? — он подошел ближе и на свету рассмотрел мое лицо, аккуратно взяв за подбородок.

Тысячи едва уловымых импульсов пронеслись через все мое тело от простого прикосновения. Слипшиеся ресницы с трудом давали четкий обзор на мужчину, но даже сквозь преграду заметила негодующее выражение лица.

Он мягко погладил подбородок, нахмурив брови.

— Все в порядке, — вывернулась из теплых рук и отвернулась в сторону кофе-машины, пытаясь дышать увереннее.

— Ты будущий врач, Аня, ты будешь видеть смерть каждый день. Она всегда будет за тобой. Главное, чтобы ты не стояла за ней. Потому что тогда ты отстала, — он говорил твердо, не пытаясь сюсюкать.

Мужчина сразу понял причину моих расстройств.

—Андрей сказал, что ты молодец, — продолжил он, потерев переносицу и болезненно выдохнув. — Диагнозы без ошибок ставила. И в целом ты не терялась. Так и надо работать, если код черный.^[1]

— Это травма…все было очевидно, мое дело маленькое, — тихо ответила, но в душе ликовала, что меня похвалили. Поворачиваясь к напиткам, взяла свой стаканчик с чаем. — Вам сделать?

— Я знал, что ты справишься. Но, пожалуйста, без вот этого вот всего, — большим пальцем мужчина небрежно стер остатки слез с моей щеки, и мгновенно кожа покрылась мурашками.

Он громко выдохнул, словно касание приносило боль. А я наоборот не могла вдохнуть.

— Мне кофе, пожалуйста. Надо доехать домой, — звучало так отрешенно, будто бы он не очень-то хотел туда ехать. — Помимо больницы, как твои дела? — спросил, продолжая гиптотизировать меня взглядом.

— Все… в порядке, — голос срывался.

Нажала на кнопку с отметкой «кофе» и внимательно рассматривала мужчину.

Борис Викторович закрыл глаза и устало привалился к стене. Невольно хотелось подойти и обнять его, но кто я такая, чтобы подобное совершать? Потому просто подошла со стаканчиком и осторожно коснулась руки. Глаза мужчины резко распахнулись и расфокусированный взгляд остановился на мне.

— Кофе готов, — закусила нижнюю губу и протянула стакан. Он пристально смотрел на меня, а потом, словно очнувшись, забрал кофе и поставил на подоконник. Мы оба будто зависали где-то в пространстве.

— Спасибо, — как-то печально улыбнулся и продолжил начатый разговор. — Хочу, чтобы ты понимала, я знал, что ты не сломаешься. В тебе есть стержень, несмотря на, — он неуверенно взял мое лицо в свои руки, стирая уже более мягко остатки слез большими пальцами, будто смакуя этот момент, — минутную слабость. Я горжусь тобой, хоть и не причастен к твоим знаниям. Спасибо, что ты здесь, — он продолжал удерживать мое едва-едва влажное от слез лицо в своих руках. Измерение сузилось. Глаза в глаза.

Он странно махнул головой, продолжая смотреть на меня, а я вперилась взглядом в его губы. Силком заставляя себя поднять взгляд, снова посмотрела в глаза, где бушевал шторм эмоций, грозящих смести меня с пути. От нахлынувших чувств мне хотелось кричать. Я ощущала сбивчивое теплое дыхание на своих губах.

Вдруг мужчина отпустил меня, слишком резко, и отошёл на шаг назад как от прокаженной.

От случившейся нежности сознание затуманилось окончательно. Дрожащими руками я пыталась удержать стакан с горячим чаем, но пара горячих капель больно обожгли руку, приводя меня в чувства. Я смогла лишь выдавить из себя скупое:

— Это вас надо благодарить за возможность с-стать частью э-этой клиники, — голос охрип.

— Отдыхай, — скупо и невпопад сказал мужчина и спешно ушел в свой кабинет, будто бы пытаясь поскорее убежать. Кофе так и остался на подоконнике. Символ капитуляции? Моей? Нашей?

А я уже не могла убежать от желания узнать, каково это ощущать такие губы на своих.