Его слабость - Татьяна Анина

Раз! И на меня смотрел совершенно другой мужик.

– Деньги это не мечта, зайка, – усмехался он. – Это примитивное средство к осуществлению мечты. Но есть вещи, которые за деньги не купишь.

Он насильно, за волосы подтянул меня к себе и вцепился поцелуем в губы. Трахал меня своим языком, не давая головой покрутить. Возбудился так, что уже тыкал мне в бёдра своим железным стояком.

Грубо стал опускать меня вниз. Я дёрнулась, но не тут то было. Вцепилась в его запястья руками.

– Ты мои мечты, я твои, – паскудно, рассмеялся Леший.

Взял свой член и пихнул мне в рот.

Что до моих чувств, в этот момент, то мне стало не просто обидно. Злость взяла такая, что я решила ему отсосать с силой, если получится, мозг высосу.

Сука!

Ненавижу такие дела!

Я стала заглатывать, дрочила рукой. Почувствовала, как на волосах ослабла хватка, и любовник стал рычать. Он бёдрами вверх подавался, чтобы трахнуть меня в горло.

Большой, минет оказался болезненный, но возбуждал.

– Не спеши!

Размечтался! Я так надрочила, что он стрельнул мне в рот терпким горьковатым семенем. Ни капли не сглотнула, всё ему выплюнула на лобок.

Психовано ударила по его рукам и отстранилась.

– Это не любовь, Васин!!! Это торгово-рыночные отношения! Я тебе ипотеку закрыл – соси! Я верну тебе деньги! Вали на х*й из моей квартиры…

Я взвизгнула, когда он повалил меня на спину, задавив своим весом. Я хотела крикнуть, но мой рот закрыли его мягкие губы. Целовал. После минета.

И такое бывает?

– Клянусь, научусь делать куни, – пообещал он мне, и его лицо опять укрывали густые пряди волос. – Ты просто у меня единственная за всю жизнь. Ты сейчас остынешь, и научишь меня всему.

Ох, ты ж!

Врёт ведь!

А если нет? То это ещё сильнее пугает. Только одержимости не хватало. С другой стороны, вон Трэш одержим был своей Катькой, и как она сейчас счастлива.

Но Трэш ведь не психически больной. А Васин, однозначно, не в себе.

– Васин, ты меня пугаешь, – призналась я. – О чём мечтаешь ты?

– Выполнить все твои мечты. И спасти тебя.

– А спасение в чём состоит? – подозрительно посмотрела на него.

– Не дать тебя в обиду, – он стал сползать с меня. – Я покурю на балконе?

– Кури, – кивнула я, с полным непониманием глядя на него.

И рвалось из меня наружу два желания: свалить побыстрее и вникнуть в суть дела. Васин пугал до нервного тика. Я не хотела это признавать, но у него раздвоение личности. Возможно, неполное, потому что он в курсе, что делает, когда «преображается». Здесь нужно консультироваться со специалистами. Возможно, сам Лёшка мне расскажет, что с ним происходит.

Сбежать от него хочется, и понять.

Нравится очень. Физическая форма у него потрясающая. И на лицо приятный. Заботой веет и… я единственная. Помня Лёшку в школе, не удивлюсь, если это правда.

Твёрдо решила забить на садистские замашки своего любовника. Пошла в душ.

Он стоял в коридоре, натягивая свои джинсы. Кинул на меня взгляд и улыбнулся. В задних карманах взял помятую пачку сигарет и старый, простенький телефон.

– Люблю тебя, – сказал он и ушёл в гостиную, где с треском открыл старую балконную дверь.

– А я ещё подумаю, – сказала сама себе и пошла в ванную «отмывать» свой вечер встречи выпускников.

***

***

Когда из душа вышла в мамином халате, Лёшки в комнате не было. Вытирая влажные волосы полотенцем, глянула в гостиную. За окном стоял Васин. Закидывал голову, выпуская дым от очередной сигареты, и с кем-то говорил по телефону.

Я прислушалась. Дверь была приоткрыта.

«Оставим личное пространство, у каждого должна быть личная жизнь» – это бредятина, придуманная паскудниками! Если паре нечего скрывать друг от друга, у них всё общее, и никаких секретов и паролей на телефонах.

Мне можно верить, я не просто обожглась, я обгорела на отношениях, где у мужчины было личное пространство. Это не относится к рабочему времени и времени отдыха. Любой человек достоин побыть в одиночестве, но если у мужчины есть любимая женщина, в гости и на все кутежи он берёт её с собой. Иначе – трещина в отношениях обеспечена. И никто меня не переубедит в обратном. Я знаю слишком много примеров, где муж, для безопасности брака, всегда ходит с женой, а куда её взять нельзя, он туда не ходит. Это самые крепкие и надёжные браки.

Не верите? Спросите Трэша с Тугарой.

Я приблизилась к балконной двери, ощущая прохладу летней ночи. Сегодня первый день лета.

– Да, Макс, исчезаю на три недели точно. Позвони Милане, пусть возьмёт руководство на себя. Я без связи буду, – Лёша заметил меня и, выбросив сигарету с балкона, зашёл в комнату, продолжая разговор. – Нет, Макс, никому. Если только очень важное. – Лёшка обнял меня и потёр плечо. Шепнул на ухо. – Заболеешь на сквозняке после душа.

Легонько шлёпнул меня по попе, отогнав от балконной двери.

Он закончил разговор и прошёл в прихожую, чтобы подобрать свою рубаху.

– Поехали, Сонюшка, прокатимся, – тихо сказал он.

– Куда? – насторожилась я.

Внутри что-то ойкнуло и напряглось.

– Ребята мои подъедут, а потом в деревню ко мне, – он прошёл на кухню, я за ним.

Лёшка перекрыл вентили газа и воды.

– Одевайся, возьми что-нибудь с собой, – спокойно говорил Васин.

– Я спать хочу, – соврала я.

Сон, как рукой сняло.

– В машине поспишь, у меня одеяло есть, – в голосе была тишь, присущая Васину.

– Лёш, надо поговорить.

Если бы всё не происходило в темноте, было бы не так страшно. А я свет не включила, и двигаться боялась.

– Можно ещё часа три потратить на разговоры, но нам надо спешить, – тихий голос, но я чувствовала напряжение.

– Я никуда не поеду, – отрезала я, постаралась твёрдо и строго.

– Почему? – искренне удивился он. – У тебя отпуск. В городе нет домашних животных и даже цветов.

У меня волосы на голове шевельнулись.

Откуда он знал?

Он следил за мной?!

Заметив моё лицо в полутьме, он рассмеялся. И смех его пугал ещё больше.

– Сонюшка, зайка. Лерке я звонил. А Ложка такое трепло, что всё выложила. И про отпуск, и про то, как у тебя квартира обустроена, про ипотеку, и работу, на которой ты устаёшь…

Он замер, откинул волосы с лица, коварно улыбнувшись, добавил нервным, противным голоском: