Мне тебя обещали - Юлия Резник

А дальше… Я понятия не имею, что произошло. Андрей будто перетек из одной точки пространства в другую. Опустился рядом, обхватил мою руку и прежде, чем я успела отреагировать, втянул мои пальцы в рот.

- Ч-что ты делаешь? – просипела я, не веря в то, что это происходит на самом деле.

- Лисы переносят бешенство. Вот почему их нельзя прикармливать. – Его голос звучал так же глухо, как и мой, а на мощной колонне шеи частил пульс, и грудная клетка вздымалась рваными вдохами. Чтобы мне ответить, ему пришлось освободить мою руку. И теперь мои немного влажные от его слюны пальцы обдувал холодный ветер… Я поежилась то ли от этого холода, то ли от тех странных чувств, что во мне пробудил этот мужчина.

- Й-я не знала, - заикаясь, прошептала я.

- Да это я уже понял. Пойдем…

Андрей встал первый и протянул руку, помогая подняться и мне. Я нерешительно вложила в его ладонь свою руку. Выпрямилась рывком, так что наши тела столкнулись. И на секунду залипла… утонула на дне его глаз. Со мной происходило какое-то сумасшествие. За последние пару недель это был уже второй, после мужа, мужчина, на которого я реагировала так остро… Это сбивало с толку, особенно потому, что до этого в моей жизни был лишь один мужчина… Мой муж. И до некоторых пор я не хотела знать никого другого. Одна мысль об этом вызывала во мне отвращение, хотя, не буду врать, порой мне невыносимо хотелось, чтобы все было иначе. Чтобы я могла отплатить Сергею той же монетой. Причинить ему такую же боль.

- К-куда?

- В кухне должна быть аптечка. Нужно обработать ранку. А еще лучше показаться врачу.

- Не знала, что в поселке есть врач.

- Его и нет. Надо в город ехать.

- Да брось. Вряд ли это серьезно. Лисята показались мне вполне здоровыми…

Мой голос все еще немного дрожал, но болтовня позволила хоть немного отвлечься. Я сглотнула, посмотрела на совсем маленькую ранку, которая и впрямь, наверное, не представляла для меня никакой угрозы, машинально сунула палец в рот. Только ощутив на языке чужой… посторонний вкус, я поняла, что делаю. Застыла… Медленно подняла ресницы, каким-то непостижимым образом уже зная, что и он тоже все это время не сводит с меня глаз.

- Андрей… - пискнула я. Гордеев тряхнул головой, будто сбрасывая наважденье. Отвернулся. Провел пятерней по волосам.

- Постарайся найти аптечку, а я пока щенят осмотрю, если те еще не убежали… Надо убедиться, что они в порядке.

Я машинально кивнула, глядя вслед удаляющейся фигуре Андрея. Складывалось ощущение, что он от меня бежал. И мне было обидно, но в то же время… как-то спокойно, что ли? Спокойно, потому что он, похоже, не собирался торопить события и подталкивать меня к тому, к чему я определенно была не готова. Или… Нет! Об этом лучше не думать. Иначе придется смириться с тем, что на каком-то этапе жизни я превратилась в чертову нимфоманку. По краю сознания прокатилась глупая мысль, что, испытывая все эти чувства к Гордееву, я будто предаю… То ли Сергея, в чувствах к которому я так и не разобралась. То ли погибшего на моих глазах Андрея, из-за которого я запуталась еще сильней.

Может быть, все дело в имени? Андрей…

- Ну, что ты, нашла?

- Нет. Извини. Задумалась.

- О господи, Майя… Я же просил! Нельзя терять ни секунды, это ты понимаешь?

- Извини…

- Да что ты передо мной извиняешься? Ты о себе подумай! Ведь если они бешеные…

- А они бешенные?

Андрей осекся. Посмотрел на меня как-то так… тяжело. И снова отвернулся.

- Нет, не думаю.

А скорее всего, уверен! В противном случае, я бы уже была на полпути в город, и не спрашивайте, почему я была так в том уверена. Просто… что-то внутри мне подсказывало, что он ни за что бы это так не оставил, если бы мне угрожала хоть какая-то опасность.

- Вот видишь!

Гордеев подошел к стене. Открыл один шкафчик, другой… Нашел то, что искал, и взглядом указал мне на колченогий деревянный стул.

- Послушай, я и сама могу справиться, - вскипела я, задетая таким обращением.

- Маа-а-айя! Ты можешь просто сделать, что я прошу?

Могу… Наверное. Я бы так и сказала, если бы в принципе могла хоть что-нибудь произнести. Но… от этого его «Ма-а-а-йя» у меня горло сжалось. И все внутри оборвалось, когда я поняла, что и раньше ловила себя на мысли, что мне знаком его голос. И теперь я поняла, почему.

- Повтори еще раз…

- Сядь на стул, чтобы я мог обработать твою рану!

- Нет. Мое имя… Повтори его еще раз.

Черт! Мой голос дрожал все сильней…

- Что за глупости? – фыркнул Андрей, хмуря брови. И ведь так и не повторил! Сам оттеснил меня к проклятому стулу, и пока я с ненормальным  интересом ощупывала его взглядом, в поисках… каких-то подсказок, что ли, вынул ровными белыми зубами пробку из бутылочки со спиртом и плеснул содержимое мне на ранку.

- Ай!

- Больно?

Он подул мне на палец, не глядя в глаза. Будто чувствуя, как требовательно я на него уставилась, и не желая удовлетворять мой интерес. И это только меня подхлестывало, хотя, ну правда… Я же не могла думать о том, что Андрей этот и Андрей тот… один и тот же человек, не так ли?

Нет! Какие же глупости все-таки лезут мне в голову... Так и до полного сумасшествия недалеко.

- Я дальше сама! – вырвала руку. Встала со стула и, чуть не уронив аптечку на пол, в последний момент поймала ту уже у самого пола. В абсолютно тишине бахнула коробкой о стол, достала пластырь.

- Ну, тогда я пойду…

- Иди, – вцепилась в столешницу, так что пальцы побелели, а саму лихорадит… лихорадит! И ведь самой себе даже страшно признаться в том, что да… Мелькнула мысль, будто это… может быть он. И какие-то обоснования стали встраиваться по кирпичику. Например, их засекреченная встреча с отцом. И вся эта таинственность вокруг происходящего… О чем они говорили? К каким пришли договоренностям?

За спиной раздались тихие шаги, а потом заскрипели петли закрывшейся за Андреем двери. Я низко-низко опустила голову и судорожно сглотнула. Провела ладонью по лицу, стряхивая наваждение. Нет, показалось… Просто показалось. Глупости это все. Я же сама видела, как он сел в машину. И это на моих глазах она взлетела на воздух… Не нужно мне было об этом вспоминать. И без того случившееся на бесконечном репите прокручивалось в голове… Наш единственный вечер. Наш разговор… И поцелуй, которого я совершенно не ожидала, и который будто кожу с меня содрал. А потом бесконечно снова и снова… он садится в машину, звук взрыва и бьющегося о мрамор пола стеклянного витража. И осколки… впивающиеся мне в кожу осколки. Моих надежд… И стекла.

Отгораживаясь от происходящего, замесила тесто. Пока то подходило, я отскребла духовку, которую моя предыдущая сменщица не успела вымыть. И сформировав первую партию булочек, отправила их в печь.