Танго втроем - Янка Рам

Включаю свет.

И что с этим делать?

Прикуриваю, облокачиваясь на высокий подоконник. Сигарета дрожит. В груди тянет совсем по-новому. Отдавая в левую руку. Нехорошо… Я разглядываю паркетный пол на кухне. Веду взгляд по линии, стараясь ни о чем не думать. Сейчас пройдет…

Несколько раз сжимаю кулак, пытаясь снять онемение в кисти.

Шлепанье босых ног…

Поднимаю глаза.

Ася… в пижаме… распахнутые «Женины» глаза… Там тоже ПАНИКА.

Начинает дрожать.

— Где моя мамочка?…

В горле ком, я замираю.

— Где моя мамочка!? Где мой папочка??

Крик. Слезы фонтаном.

Хватается руками за штанишки. Они намокают на моих глазах.

Вот это пи**ц…

Я слышу, как летит сюда Женя.

Подхватывает её на руки, гневно стреляя в меня взглядом.

Уносит.

Все логично. Я же чудовище…

Что я делаю здесь?

Зачем я мучаю их?

Женя любит мужа… Всё. Ей не нужно всё это. Ей это больно и не нужно. Это всё — изнасилование. И её, и Аси. Я думал, что смогу. Но я тоже «не могу».

Мне нужно уходить.

Мне нужно уезжать!

Мне нельзя быть с ней.

АААА!

Иногда мужчине приходится убивать себя ради своей женщины. Я делал уже это. Я смогу.

Смогу.

Главное — уйти. Потом… Да, плевать. Ничего потом не будет. Надо все правильно сделать сейчас.

Затягиваюсь последний раз. Выбрасываю сигарету в окно.

Захожу в комнату. Надеваю ремень, часы, свитер.

Ни о чем не думать. Одеться. Уйти. Всё потом. Без неё. Это только моё.

Разворачиваюсь. В дверях — Женя. В её глазах — слезы. Не плачет. Но они — как озёра.

Прости…

— Прости, — сглатываю я, пытаясь вернуть голос.

— Всё?

— Да. Я уеду.

Делаю шаг к двери.

Щеку обжигает хлесткий удар.

Хорошо. Так даже лучше.

— Убирайся.

Перехватываю руку. Целую…

Всё!

Прохожу мимо.

Она делает шаг в комнату, я — к выходу. Обуваюсь. Куртку… Рука не слушается.

В груди ломит от боли. В глазах темнеет. Ложусь спиной на дверь. Это мой портал обратно в ад.

Сползаю.

Этого еще не хватало…

Вдохнуть глубоко не получается.

Выходит. Не вижу её. Чувствую взгляд.

Улыбаюсь. Это рефлекс…

— Дай мне пять минут. Уйди.

Но я слишком слаб, чтобы быть убедительным.

Садится рядом. Её руки тянут вниз куртку с моих плеч.

— Как же ты за**ал меня, Аронов! Сколько ты будешь издеваться надо мной?!

Я слышу, как она тихо всхлипывает.

— Ася…

— Что — Ася!?

— Испугалась…

— Конечно!

— Конечно… я же чудовище, да? Отнимаю у ребенка возможность жить с любимым отцом… Пугаю её по ночам… Я такой ужасный, что ты прячешь её от меня за своей спиной. Могу убить, так? Я же уже…

Во рту пересохло. Мне сложно говорить.

Её палец гладит мою нижнюю губу.

— Олег?.. Тебе плохо?

А что, может быть хорошо в этой ситуации?

— Олег… — обхватывает лицо ладонями. — У тебя губы синие. Олег!

— Спокойно… сейчас пройдет…

Её руки обнимают меня. Чувствую теплоту на своем виске. Целует, скулу, чуть ниже…

Ладонь ложится на сердце.

— Передай ему… — шепчет. — Хозяйка приказала стучать ровно.

Меня немного отпускает. Я устало смеюсь.

— Оно слышит…

И я буду жить.

Обнимаю Женю за талию, притягивая ближе.

Мне почти хорошо… Этот запах успокаивает мою боль. Но…

— А как же муж, Жень?..

— Да нет больше никакого мужа, Олег. Я поговорила с Димой еще в ту ночь, когда ты летел сюда. Не могла допустить, чтобы он попал в ту мясорубку, что ты устроишь.

— Глупая девочка… Надо было сказать сразу!

— Не хотела.

— Почему!?

— Надеялась удержать дистанцию. Не хочу твоих вмешательств в мои договоренности с ним. Там и так всё очень больно сейчас. А ты же вечно пытаешься всё подмять под себя. И твоих, никому не нужных, попыток встроиться в мою семью тоже не хочу. Она теперь маленькая. И очень уязвимая.

— Что ты говоришь?.. Девочка моя… Какая уязвимость?… Я не позволю никому… И меня бояться не надо…

— Нет! Не трогай ЭТО. Остальное…

— Так не будет.

Вырывается…

Но я держу её крепко.

— Послушай меня, Женечка. Не буду лезть в твои договоренности с мужем, обещаю. Это я приму. Но… ты должна познакомить нас с Асей. Чтобы она не считала меня чужим. Я не чужой ей. Это и ей надо, и мне. И ТЕБЕ. И чтобы не было больше этого трэша, если вдруг…

— Не драматизируй! Ребенок проснулся потому, что захотел в туалет! Увидела на кухне свет. Зашла. Там чужой…

— Бинго, Жень!

Вижу, как её корежит от этой мысли. И всё в ней протестует. Но чувствую, что приступ упрямства и саморазрушающий запал уже прошли.

И теперь я перехватываю её лицо ладонями.

— Женечка… Это всем нам будет нелегко. Но я прошу тебя, дай нам шанс быть вместе полноценно. Я никогда не врал тебе. Посмотри мне в глаза. Я. ЭТОГО. ХОЧУ. Не умею. Но хочу! Мы завтра просто погуляем вместе. Ничего больше. Только погуляем.

— Ладно…

— Спасибо! И сними этот чертов портрет.

— Это для Аси.

— Перевесь ей в комнату. Обещаю не трогать тебя сегодня. Не бойся.

Кивает.

Что ни день, то садо-мазо-экшн! Как на падающей башне. Да… Это её формат. Но нужно снижать интенсивность запилов. Что-то я сильно сдал.

И моторчик надо бы починить…

— Водички мне дашь?

— Яда накапать?

— Ne pas diluer…

— Что?..

— Иди сюда…

Прижимаюсь к её губам своими.

Вот сейчас — идеальные ощущения. Ничего, кроме её губ…