Не чужие - Арина Вильде

Ладонь вновь обдает жгучей болью, но в этот раз я готова, поэтому стискиваю зубы, не проронив ни единого звука. Давид быстрыми движениями распечатывает пластырь и заклеивает царапины на обеих моих руках.

—Ну вот и все, готово,— заключает он, сминает остатки мусора и выбрасывает в урну.— Куда, говоришь, котенок твой сбежал?— Смотрит вдаль, при этом наклоняет голову влево и вправо, разминая шею.

Я вдруг понимаю, что, скорее всего, он на работе был с самого утра и жутко устал, а здесь я, как всегда, со своими проблемами.

—Кажется, вон в ту дыру под забором.— Я указываю на маленькую выемку, которую, скорее всего, вырыл бездомный пес.

—Ясно. Жди здесь,— произносит Давид, оставляя меня стоять на месте.— Эй, Иванов, задержись-ка,— подзывает к себе парня.

Они останавливаются недалеко от меня, поэтому я прекрасно могу услышать их разговор.

—Сейчас разворачиваешься, идешь обратно и начинаешь под забором прочесывать территорию до тех пор, пока не найдешь котенка.

—Какого котенка, товарищ майор?— растерянно спрашивает парень.

Давид поворачивается ко мне.

—Лер, какого цвета кот?

—Ч-черный,— отвечаю, немного заикаясь.— Он весь испачкан в грязи.

—Слышал? Ищем котенка черного цвета. Вишневецкий, а ты куда? Тебя это тоже касается. Давайте обратно, быстро.

—Но, товарищ майор, у нас же…— начинает Иванов, но Давид его резко прерывает, давая понять, кто здесь главный.

Я подхожу к нему сзади и тихо произношу:

—Может, не нужно? Он же уже давно сбежал, скорее всего.

На самом деле котенка я все еще хочу найти, но перед ребятами мне неудобно. У них наверняка были планы, а здесь я со своими желаниями.

—Ничего, им полезно. Они сегодня дурака валяли во время тренировок, теперь будет время подумать над своим поведением,— строго произносит Давид, и я понимаю, что начальник из него не самый ласковый.— Пойду проконтролирую процесс поисков, тебя на территорию без предварительной записи провести не могу, поэтому жди здесь. Или лучше сядь в машину, на улице слишком холодно.

И столько заботы слышится в его словах. Или же мне просто хочется, чтобы так было?

—Хорошо,— киваю я и, в этот раз уже смотря по сторонам, перехожу дорогу.

Давида нет где-то минут сорок. Поиски затянулись. А может, обо мне уже забыли? Вдруг он появляется в поле моего зрения вместе с пятью недовольными ребятами, которых подключил к “общественным работам”. Я вглядываюсь в его фигуру, пытаясь отыскать котенка, и разочарованно вздыхаю, когда понимаю, что в руках Давида его нет.

Не нашли.

Мужчина подходит к моей машине, я опускаю стекло, и наши взгляды встречаются.

—Держи свою пропажу,— произносит он, а потом достает из-под бушлата мою крошку и протягивает мне.

Я счастливо улыбаюсь, не зная, что сказать в ответ. Прижимаю к себе притихшего и пригревшегося на теплой груди мужчины котенка. Я бы тоже не отказалась погреться так, уткнувшись носом в крепкую грудь Давида.

—Спасибо тебе,— произношу искренне и пылко.

—Пересаживайся на пассажирское сиденье, отвезу тебя домой.

—Зачем?— поднимаю на него вопросительный взгляд.

—Как ты со своими руками собираешься за руль садиться? Еще в аварию попадешь, ты ведь настоящая девочка-беда,— без тени улыбки произносит он.

—Весомый аргумент,— соглашаюсь я и покидаю салон внедорожника, чтобы поменяться местами с Давидом.

Мы синхронно хлопаем дверцами и пристегиваемся ремнями безопасности. Давид заводит двигатель, я ищу годную радиостанцию.

—Дома все же советую еще раз обработать раны антисептиком и замазать зеленкой. Заживать будет долго, на себе испытал,— подает голос Давид.

—Да, конечно.

—И в следующий раз будь более внимательной, переходя дорогу,— отчитывает меня.

—Хорошо,— теряюсь, не зная, о чем ещё с ним разговаривать.

Так долго мечтала о нашей встрече, а теперь прилипла к сиденью, словно молчаливая статуя.

—Мы на выходных собирались в “Спейсе”, играли в “Мафию”. Было круто, жаль, что ты не пришел. Егор говорил, что приглашал тебя.

—Боюсь, я уже слишком стар для такого,— невесело усмехается Давид.— Ты не против, если я закурю?— спрашивает он.

—Нет. Только окно приоткрой: папа убьёт, если учует запах сигарет и решит, что это я курила.

—Тогда, пожалуй, потерплю.— Давид возвращает пачку сигарет обратно в карман бушлата и не отводит взгляда от дороги.