Танго втроем - Янка Рам

— А как к тебе обращаться?

Разница в возрасте у нас лет пятнадцать. Да даже и не в ней дело. Элементарная вежливость!

— Олег Андреевич, — сводит мои челюсти. — Но лучше ко мне не обращаться. Тем более, на «ты».

Нет, ее не смущает моя тирада. Скорее заводит. Но делает маленький шаг в сторону. Недостаточный, чтобы я свободно прошел. Но я уже могу пройти не касаясь ее и я прохожу. Каблуки стучат следом.

Наши парковочные места рядом. И ее машина стоит в метре от моей.

Ставлю тачку на прогрев, счищаю с нее снег. Она делает тоже самое, искоса поглядывая на меня.

— Олег, а…

— Андреевич.

Со смехом закатывает глаза.

Бесит она меня. Неприятная…

Почти месяц ее не было видно. Судя по еще более вычурному загару, отдыхала где-то на морях. Почаще бы… Нет, я, конечно, могу пожесче нахамить, чтобы она успокоилась, но хотелось бы без эксцессов.

— Олег Андреевич… А можно… Вас! — показательно хлопает неестественными ресницами. — На чай вечером пригласить. По-соседски. Пообщаемся…

— Дана. У меня нет потребности общаться по-соседски, с кем бы то ни было. И свои вечера я посвящаю жене. Хорошего дня.

— Примерный муж, что ли? — обиженно и пренебрежительно улыбаясь.

Мы констатируем факты? Окей…

— Ты слишком навязчива, Дана, — натягиваю показательно улыбку в ответ.

Такой прививки от желания «общаться» достаточно?

Возмущенно приоткрывает рот.

Выбрасываю в урну сигарету, сажусь за руль.

Была у нас уже история с соседкой… — вспоминаю я, свою прошлую квартиру.

Тоже навязчивая была. Но не такая наглая. Женя тогда быстро ее успокоила. Надеюсь, откусит голову и этой.

Дана выезжает первой, притормаживая на шлагбауме.

Что-то говорит Ивану, он терпеливо кивает, хмурится.

За шлагбаумом знакомая машина, за рулем Костя.

Я тоже торможу рядом с Иваном.

— Доброе утро! — протягиваю руку через окно.

— Доброе утро, Олег Андреевич.

— Вань, «кобру» не пускать, — замирает, понимающе кивает. — А вот эту машинку внеси в список по нашей квартире.

Показываю на Костю.

— Она будет иногда привозить-увозить Евгению Владимировну.

Его губы чуть заметно вздрагивают в улыбке, но он тут же сжимает их, кивая мне.

Я знаю чем вызвана его улыбка. Не пишется у него «Владимировна» с развлекающей и подкармливающей его постоянно Женькой. Но пусть не расслабляется…

— Всё понял!

— Молодец…

— Доброе утро. Баныгин у себя?

Слишком молодая пошловатая девица, с вываливающейся из декольте грудью. Во рту жвачка.

— Он занят, — не отрывая глаз от телефона. — Не приемный день.

— Скажите, Аронов.

Поднимает трубку телефона, нажимает кнопку.

— Павел Михайлович, к Вам какой-то Аронов?

Поднимает глаза. Улыбочка…

— Проходите.

Поднимается. Вроде бы в костюме. И костюм неплохой. Но дрес-код отдыхает. Слишком коротко и на размер меньше, чем нужно. Туфли — треш. Светло-красный лак. Баныгин любит именно таких пошловатых и попышнее. Очки правда отличные, фирменные, в бордовой оправе, — отмечаю я про себя. — В Женином стиле.

— Что? — жуя жвачку, улыбается секретарша.

Отрицательно качнув головой, захожу в кабинет.

— Доброе утро, Павел Михалыч, — пожимаю ему руку.

Глаза бегают.

— Привет, Олег.

Протягиваю файл с бумагами.

— Нужны подписи «ваших». Свою часть я сделал.

— Олег, тут такое дело…

Начинается…

— Леонид Иваныч хочет еще раз лично обсудить с тобой условия.

— Мы же обо все договорились.

Виновато разводит руками.

— Изменились кое-какие обстоятельства, Олег. Сменили нашего человека. Этому придется дать больше. Траты… Надо бы обсудить, кое-что.

— Что за человек? Попробую договориться сам.

— Не надо Олег, выше наших голов прыгать, — заискивающе, но предупреждающе. — Ты коньюктуру не знаешь, не дай бог, информация какая выплывет. Мы сами…

— Ясно. Чего хочет Аверьянов?

— Ну что я тебе буду его мысли озвучивать. Давайте, встретимся, обсудим все. Посидим в тесном кругу… — прищуривается.

Ооо…

— Мы с женами будем, и ты свою бери. Приглашаю к себе. В сауне попаримся, коньячку попьем, договоримся по-свойски.

— Жену зачем?

— Олег, ну что ты как маленький, — недовольно. — Леонид Иваныч серьезный человек и если проявляет тебе доверие, приглашая семьей, ты будь любезен уважь, ответь взаимностью.

Вот скоты…

— Павел Михалыч, надеюсь не с твоей подачи эти заминки?

— Ну что ты, что ты Олег?! — машет на меня руками. — Мне и самому, чем скорее это дело завершиться, тем лучше! А Леонид Иваныч человек разумный… договоритесь! — глаза бегают.

— Когда?

— Завтра… Часикам в восьми и приезжайте.

— Я подумаю.

— Подумай, Олег. Хорошо подумай. И позвони мне сегодня, чего решил.

Выхожу.

Набираю Демченко.

— Куда пропал?

— Проблемы были. Извини. Но я пробил все, как ты просил.

— Ты дома?

— Дома.

— Поговорить надо… Я рядом здесь.

Диктует какой-то адрес. Запоминаю

— Что это?

— Адрес, Олег. Мой новый. Разошлись мы.

— Ясно…

— Минут через двадцать буду.

Небольшая студия. Пусто. Кухонный гарнитур, диван плазма. Все.

— Давно переехал.

— Дня три назад.

— Совсем разошлись?

— Совсем. Зае*ался.

— Что с номерами?

— Обеповцы, Олег. Служебная. Опера.

— Я так и думал, в принципе.

— Что случилось то?

— Да так… неприятности тоже кое-какие.

— С законом?

— Нет. С одним Женькиным поклонником.

— Обэповец?

— Мхм… Лёх. Скорее всего пронесет, но на всякий случай. Есть у тебя каналы наверх к ним, в управление внутренних расследований?