P.S. Ненавижу тебя - Алайна Салах

— А как идут дела в студенческом комитете, Таша? — Тайра Фьюри, мать Айзека отставляет бокал с вином и с доброжелательной улыбкой смотрит на меня. Если бы я не знала, что ей сорок пять, но вряд ли когда-нибудь смогла угадать ее возраст. На лице нет ни одного залома, оно неестественно гладкое, словно у куклы из каучука — ей с одинаковым успехом могло быть тридцать или пятьдесят. Она, как и я, в свое время была председателем студкомитета, и потому обожает расспрашивать меня о его деятельности.

— В данный момент мы организуем сбор средств в приют для бездомных. Каждый участник приносит одну вещь стоимостью не менее ста долларов, и мы устраиваем аукцион. На вырученные деньги будет куплена еда и одежда.

Мама удовлетворенно кивает головой, слушая меня, и переглядывается с папой — они гордятся тем, что я веду активную общественную деятельность и всячески меня в этом поощряют.

— Ты такая умница, Таша. Благотворительность — это всегда очищение. Каждый в той или иной мере должен ей заниматься. И знай, наша семья тебя непременно в этом поддержит, — Тайра переводит вопросительный взгляд с Айзека на своего мужа, Кларка Фьюри. — Кажется, где-то в гараже у нас стоит велосипед, которым ты так ни разу и не пользовался. Думаю, мы можем пожертвовать его на аукцион Таши?

— Разумеется, милая, — Кларк утвердительно кивает головой и смотрит на моего отца. — Гордон, может быть, оставим женщин посекретничать и пойдем ко мне в кабинет обсудить дела?

Папа и Айзек поднимаются, после чего они втроем идут на второй этаж, а мама с Тайрой, воспользовавшись моментом, начинают обсуждать предстоящую выставку коллекционного фарфора. Я же ковыряю салат и прикидываю, кому в поручу будущие закупки. Кристина одна со всем точно не справится. Нужно будет сказать Айзеку, чтобы договорился с парнями из братства о помощи и прислал тех, кто посмышленее.

— Милая, на днях сын упоминал, что в университете ему встретился тот парень, сын вашей домработницы… Джо, кажется?

Моя вилка застывает в воздухе, а мамины брови удивленно взлетают вверх. Почему не может пройти ни дня, чтобы я не услышала имя Джейдена? Даже за семейным ужином в свой законный уик-энд, свободный от университетских сплетен?

— Его зовут Джейден, и да, он действительно теперь учится с нами.

— Почему ты мне ничего не рассказывала, Таша? — мама смотрит на меня с непониманием. — Разве это не странно? Снова встретить этого мальчика, который с большей вероятностью должен отбывать срок в исправительной колонии? Что он делает в самом престижном университете Калифорнии?

И пусть я сама подумала тоже самое, когда встретила Джейдена в кафетерии, но то что мама искренне недоумевает этому факту, меня коробит. Возможно, потому что я знаю, что она всегда недолюбливала его и редко называла иначе чем «этот мальчик».

— Это ведь тот, что разбил Ташины куклы? — вновь вмешивается Тайра, и в ее глазах мелькает неподдельный интерес. Кажется, она нащупала тему интереснее, чем Мейсоновский фарфор.

— Из-за которого мне пришлось трижды в неделю водить ее к психотерапевту. Дети часто бывают жестокими, а у этого мальчика жестокость усугублялась высоким уровнем социопатией и отсутствием воспитания. Как вспомню эти разбитые фарфоровые головы… Доктор Лоранс говорит, что поступки из детства — показатель того, каким человек станет в будущем. Поэтому я абсолютно не жалею, что уволила Розу. Рано или поздно общение Таши с ее сыном принесло печальные плоды, последствия которых пришлось бы разгребать нам с Гордоном.

В комнате стремительно становится душно, и мне хочется расстегнуть верхние пуговицы рубашки, чтобы поглубже вздохнуть. Это все неправда. Джейден не был жестоким. И невоспитанным он не был. Жестокими были мы: я, Айзек и Коул. Он был лучше нас всех. По-крайней мере, тогда.

— Увы, отсутствие денег накладывает свой отпечаток на сознание, Лили, — слышится голос Тайры. — Мальчик рос без отца, а что могла дать ему необразованная мать, которая с утра до вечера занимается уборкой? Получи эти люди даже два диплома Лиги Плюща, отсутствие у них понятий о моральных ценностях уже не исправить. С тех пор как Айзек сказал мне об этом, я пребываю в недоумении… Выходит, университет готов принимать без разбора всех у кого найдется нужная сумма? Ну и как нам застраховать своих детей от контакта с подобными личностями?

Духота сгущается, а слова Тайры обжигают барабанные перепонки. Мне хочется крикнуть ей, чтобы заткнулась, сказать ей, что она не имеет права рассуждать так о людях, которых совершенно не знает. Сидеть в своем костюме от Шанель и говорить, чего Джейден достоин, а чего нет. Этого я, к сожалению, не могу себе позволить, потому что Тайра лучшая мамина подруга, и еще с большой вероятностью, моя будущая свекровь, которая, к тому же, меня намного старше. Но и находится с ней за одним столом я тоже не могу.

— Я пройдусь, — я так резко встаю со стула, что он скребет пол с резким звуком, и мама смотрит на меня неодобрительно. — Тайра, буду очень благодарна вам за велосипед для аукциона. Может быть, в вашем гараже найдется еще один или два. Как вы сами сказали, благотворительность очищает.

***********

В понедельник выруливая на свое привычное парковочное место, я интуитивно ощущаю перемену настроения в воздухе. На это наводит мысль любопытные взгляды проходящих и перешептывание. Сегодня что-то происходит не так как обычно. Секунд через тридцать я понимаю, что в чем причина — когда перед капотом моей машины возникает черный багажник старомодного седана с хромированными вставками. Спутать его невозможно ни с одним другим автомобилем, потому что в университете на таком никто не ездит: он принадлежит Джейдену и в данный момент занимает одно из четырех мест, негласно закрепленных за мной, а именно место Майли. Он продолжает это делать. Каждый раз пытается бросить мне вызов.

Я паркую машину рядом на свое место и, покинув салон, оглядываю парковку на предмет присутствия Джейдена. Встретившись с любопытными взглядами второкурсниц, вопросительно поднимаю бровь, после чего они отворачиваются. Его нигде нет. Это даже к лучшему.