Трио для разведённой - Патрисия Грей

Он садится на кровати позади меня, вытягивает ноги с обоих сторон от меня, обнимает руками за талию. Чувствую на плече его тёплое дыхание.

— Хочешь, я кое-что расскажу тебе о тебе? — тихо спрашивает он.

— Да… — глядя перед собой, на красивые, дорогие обои на стене, шёпчу я в ответ. — Хочу.

— Однажды Лёва привёл в ваш дом другую женщину. И не просто в дом, а в вашу спальню. Это ведь было?

Чуть высвобождаюсь из его объятий и медленно поворачиваюсь к нему. Ошарашенно смотрю в его карие глаза.

— Откуда ты…

Он прижимает указательный палец к моим губам и медленно качает головой:

— Просто ответь на вопрос. Ответ уже понятен, но ты всё равно скажи. Было?

Кусаю губу.

— Да…

— И вы до-о-олго разговаривали перед этим. Не один день. Он тебя убеждал. Он говорил о том, что ваши сексуальные отношения нуждаются в большем разнообразии. Что жмж придаст им свежести, — он делает многозначительную паузу, и всё так пристально смотрит в глаза, будто в душу… — Так?

— Да…

— Ты не хотела на это идти. И чувствовала себя уязвлённой. Но старалась не подавать виду. Старалась понять мужа, забывая о том, что и ему следовало бы понять тебя.

Опустив взгляд и закусив губу, просто слабо киваю.

— И он тебя убедил. Ты согласилась. Решила попробовать. Секс между вами желал лучшего, а ты вновь хотела почувствовать себя желанной. Да и просто, в порядке сексуального эксперимента, решила согласиться на это предложение Лёвы.

— Да… Это поразительно, что ты…

Он не даёт мне выразить восхищение. Нетерпеливо мотает головой в сторону — дескать: "не отвлекайся". И продолжает:

— Тогда у него ещё не было любовницы. И до этих разговоров он объяснял сниженное отсутствие интереса к сексу занятостью и усталостью на работе.

Я поражена его проницательностью. Этого всего он знать не мог. Или мог? Нет… В его рассказе куда больше меня, чем Лёвы. Лёва даже не понял, что я чувствовала тогда…

— Да, так и было, — отвечаю я.

— Ты поставила условие, — тону, как в омуте, в его тёмном, проницательном взгляде: — эта девушка не должна была быть из круга знакомых людей. Из круга его знакомых — в том числе.

— Всё верно.

— И он заказал куртизанку. Элитную эскортницу. На ночь или на сутки. Точно не на час и не на два.

— Оплатил на сутки…

— Она была красивой.

— Очень.

— Не вульгарной, как ты ожидала сначала, и на что ты даже в глубине души надеялась.

— Да, — вспоминая её, киваю я. — Она вполне сошла бы за кого-нибудь из молодых бизнес-леди. Хорошая речь, эрудиция, манеры, утончённость в поведении… Ухоженная. Очень раскованная, но при этом в ней чувствовались воспитание и интеллект. Она свободно общалась и скованной куда сильнее чувствовала себя именно я.

— Хотя, в отличие в от неё, ты была у себя дома.

— Да.

— Но алкоголь раскрепостил тебя и она стала тебе нравиться и сексуально. Тебя заводил этот эксперимент.

— Да… Мы общались на балконе, смотрели на закат солнца. И хотя я не лесбиянка, я вдруг почувствовала, что хочу её. От неё веяло сексуальностью. Поймала себя на мысли, что теперь я, пожалуй, действительно не против. Но…

— Но ты комплексовала. И боялась.

— Да.

— Ты знаешь, что ты красивая женщина, не так ли?

— Ну… — начинаю я.

— Не кокетничай, не надо.

— Знаю, — киваю я. — И очень стараюсь за собой следить.

— Да, это чувствуется, — соглашается он, и продолжает: — Но в той ситуации ты почувствовала страх. Сочла её красивее себя. Могу спорить — она была либо жгучей брюнеткой, либо тёмной шатенкой.

— Брюнеткой. С водопадом струящихся блестящих волос до поясницы.

— Сексуальное возбуждение, предвкушение необычной сексуальной ночи возбуждало тебя, но ты боялась того, что в постели она покажется твоему мужу более…

— Да, — на этот раз перебиваю я. — Более. Более красивой, более сексуальной, более классной, опытной, интересной. Я ревновала. Хотя ревнивой тогда не была. Но ревновала я необычно. Мне просто казалось, что на её фоне я… слабее. Понимаешь? Менее интересна. В принципе. Как женщина.

— Понимаю, — произносит Роман. — Но так и было. Потому что она была новой для него. И этот ваш сексуальный эксперимент, на который ты согласилась — на самом деле был изменой мужа, которую ты сама ему разрешила. Вроде ведь, как и не измена. Ты же тоже участвуешь. Просто разнообразили сексуальные отношения.

— Да. Ты прав.

— И пустив другую женщину в вашу постель, ваши отношения с мужем изначально улучшились на какое-то время, а потом стали потихоньку снова угасать. А потом и не потихоньку. Лёва гулял, ты это знала, но предпочитала закрывать на это глаза. Говорила себе, что это недостойно — лазить в его переписки, проверять телефон. Говорила себе, что у него тоже есть право на личное пространство. Уверяла себя в том, что подозрения твои могут быть беспочвенны, что это всё, вполне быть, ты просто надумала из-за неуверенности в себе.

— Я просто поражаюсь тебе… — снова не выдерживаю я. — Откуда ты всё это знаешь?

Роман мягко усмехается.

— Эта твоя история — вовсе не уникальна.

— Да, наверное… — вздыхаю я. — Тебе, в любом случае, виднее. Я-то не психолог.

— Запомни, — он очень серьёзно это произносит. — Если хочешь сохранить супружество, его ценность и трепетное отношение друг к другу в нём, никогда, слышишь, ни-ког-да — не пускай в супружескую постель чужих людей. Кто бы что тебе ни говорил. И если муж настаивает на этом — дело идёт к распаду семьи. Если он настаивает на этом — он больше не ценит тебя так, как ценил. Ты стала для него менее важной, чем когда-то была.

— Да, теперь я это понимаю… Хотя теперь это как раз и неважно.

— Важно, — убеждённо произносит Роман. — На будущее важно. Потому что ты ещё выйдешь замуж.

— Не уверена, — хмурюсь я, — что этого хочу.

Усмехнувшись, он легонько качает головой.

— Уверяю тебя, ты не замуж не хочешь. Ты не хочешь снова так сильно обжечься. Боишься этого. Это не то же самое, что не хотеть замуж.