Секс-защитник по соседству - Любовь Попова

*** Ольга Романова ***

Звуки ее пугали. Они мерзкими склизкими щупальцами касались ее тонкого тела, вторгались в душу, заставляли дрожать.

Страх давно был ее вечным спутником. Слишком часто в доме где она жила с детства, кричали, убивали. А иногда в спальню врывались какие-то мужчины и мать их отгоняла.

Потом мать исчезла. Была и не стало. Никто ничего им с сестрой не объяснил.

Только они остались друг у друга.

Потом и сестра вышла замуж, а Ольге сказали, что и ей предстоит пойти по— этому же пути. Стать платой за очередную неудачную сделку отца.

Но этого не случилось.

В тот вечер сестра с мужем ночевали у них. Он ушел пить вниз, а Лика пришла к Оле в комнату и предложила бежать прямо этой ночью.

Она даже не собиралась раздумывать. Пошла как была, только быстро покидала вещей и любимый плеер с песнями в сумку. И уже через час сестры ехали по ночной трассе, обгоняя ветер.

Оля ненавидела мужчин. Вот таких как Илий. Сильные. Они считают, что им дозволено все. Даже играя роль Олега ее тошнило. И то, что сестра собирается завязать отношения с одним из таких, тугим комком сдавливало грудь.

И чтобы не показать своей слабости Оля включала защитный механизм. Сарказм и злую иронию.

Она хотела показать Лике, как туп Илий со своей огромной тушей, но у той словно шоры на глазах.

Дура.

И вот когда Оле приснился очередной кошмар, и она хотела просто полежать рядом с сестрой, то обнаружила что та в комнате не одна.

Да, было пусто, но недавний глухой грохот, да еще в компании брошенных на пол вещей, сказал ей много всего.

Она уже хотела включить сарказм, спросить, как они потрахались и не помешал ли им Олег. Как вдруг увидела порванную ткань.

Ужас ее ослепляет мгновенно, она тут же берет флакон с духами сестры и зажав его в кулаке, как оружие медленно обходит кровать.

— Анжелика.

Замечает кусок мужской задницы и замахивается, но тут на пути вскакивает обнаженная Лика.

— Все нормально, Лель, это я… — собирает она покрывало с кровати и заворачивает свое идеальное тело. Не то что у Оли. Плоское как доска. Не зря ее все спокойно приняли за мальчика. А Паша с танцев так и во все вдербанился.

— Одежда порвана… — цедит Оля сквозь зубы. — Он сделал тебе больно?

— Нет, нет, — подталкивает к двери Олю сестра. – Все нормально. Давай я приду к тебе через пару минут.

— Я не собираюсь ждать, — зло выговаривает Оля, подбирает с пола одежду и буквально закидывет за кровать. – Пусть убирается.

— Ты же сама говорила... – не понимающе лепечет Лика.

— Мало ли что я говорила. Ему не место в нашей семье. Ты помнится обещала, что мы будем сами по себе. И снова хочешь лечь под крутого перца типа Беляева. Снова стать шлюхой?! — срывается на крик Оля и заливается горючими слезами.

Она так хотела быть только с сестрой. Она не хотела вот этих вот. Мужиков с стволом в штанах и в карманах.

— Бля, — слышится из под кровати и вылазит Илий. – Пигалица. За языком следи, когда с сестрой разговариваешь.

— А что ты мне сделаешь? — выкрикивает Оля и Лика пытается ее обнять успокоить, но так ни в какую. – Тоже разорвешь на мне одежду?! Изнасилуешь?! Животное!

— Я просто заберу Лику и уеду с ней заграницу, а ты останешься одна.

Глаза Оли тут же наполняются страхом и болью.

— Илий, зачем ты ее пугаешь?!

— А пусть не лезет, куда не надо, — натягивает он мятую рубашку на перекаченное, по мнению Оли, тело и идет прямиком к ним.

Оля тут же отступает. А Илий хватает Лику за лицо и глубоко целует губы.

Оля вытаскивает язык имитируя рвотный позыв, так ей это противно.

А когда он уходит, что-то шепнув сестре, она тут же бросается к входной двери и закрывает на несколько замков.

— Он нам не нужен.

— Знаешь, — тут же упирает одну руку в бок Лика, — ты говоришь что нам не нужен мужчина, а сама переписываешься…. с кем? Что за двойные стандарты?

— Паша не мужчина.

— А кто он? Единорог? — показывает рукой Лика и сама с себя усмехается? На молчание и надутые губы восемнадцатилетней сестры только закатывает глаза. – Или носорог?

— Голубой он! – ноет и прижимается к двери Оля. – Педик представляешь.

Она скатывается вниз и зажимает руками жеребячьи ноги.

— Он мне так понравился.

— Ну…

— А он зажал меня в углу и поцеловал.

— Ну так, — удивляется Лика и садится подле сестры. – Значит ты ему нравишься. Чего ты переживаешь?

— Ты так и не поняла, да? — грустно усмехается и шмыгает Оля. – Он целовал Олега. Хотел нащупать…

Она выразительно смотрит себе между ног.

— То, чего нет.

— О… — Лика поджала губы, чтобы не рассмеяться. Ей слишком живо представилась эта картина и возможный испуг парня, когда он понял бы, что хотел трахнуть девчонку.

— Так что я неудачница.

— Не говори так, — мягко улыбается Лика и гладит Олю по мягкой короткой стрижке. – Знаешь почему? Человек влюбляется в человека независимо от ориентации.

— Не понимаю.

— Если твой Паша заметил тебя, если уделил внимание, значит ему понравилась ты, как человек. Не Олег, а именно ты. И если он влюбится в тебя, ему просто станет все равно девушка ты или парень.

— Это панацея.

— Бесспорно, но почему бы не попытаться, пока мы еще в этом городе.

— Ты хочешь уехать? – удивляется Оля, поднимает голову. – Так быстро?!

— Я видела Тамерлана. В доме сестры Илия.

— Он узнал тебя?! — вскрикивает Оля и испуганно хватает сестру за плечи, но та качает головой.

— Нет. Он меня не видел.

— Тогда тебе точно нельзя общаться с этим зверем, — бурчит Оля. У нее из головы до сих пор не выходит порванная ночнушка. Это как нужно заниматься сексом?

— А я и не буду, — грустно улыбается Лика и поднимается, а в душе Оли растекается спокойствие. Лика не бросит ее. – Я не собираюсь заводить с Илием отношений. Пусть даже не рассчитывает. А через неделю я закончу перевод для фирмы, и мы отправимся дальше.