По законам прайда - Тори Озолс

— Это древний закон прайда. Так называются наши семьи. В прайде существует строгий порядок. Я — его вожак. Лидер. Но даже я не могу пойти против извечных законов, которые удерживают спокойствие внутри нашего общества. Уклонюсь раз, и равновесие в прайде пошатнется.

— Прайд.

— Мой сын, даже находясь среди людей, обязан следовать законам прайда.

— Каким?

Всем своим естеством чувствовала, что мне это не понравится.

— По законам прайда, если молодой лев хочет создать пару с выбранной самкой, она должна пройти посвящение, а говоря нашим языком, спариться с лидером.

Вожак — первый во всем. В поглощении пищи, в выборе самки, в рождении детенышей.

Я с недоверием уставилась на него. Мне послышалось? Нет?

— Дерек привез меня сюда, чтобы вы, его отец, ссспар…спар… — не могла заставить выговорить себя это слово.

— Трахнул тебя? — с издевкой хмыкнул мужчина. — Да, лишь после этого я могу дать согласие на ваш союз.

— Это неправда! Он не мог так поступить! — гневно возразила я, слегка подавшись вперед.

— Такая же неправда, как перевертыши? Дерек — сын своей расы и действует согласно нашим законам. Как молодой самец, он не может заводить детенышей, потому что это укрепит его авторитет в прайде. О чем, естественно, мечтает его мать. Но если я как вожак возьму его самку первым, то это дает мне гарантию, что у меня был шанс первым завести потомство. Однако Фелисити коварная львица. Она столько лет пытается добиться власти. Когда не вышло стать моей супругой, она переключила свое внимание на нашего сына, манипулируя и руководя им.

Я не понимала, о чем он говорит. Мой человеческий мозг просто не мог вникнуть в эти дикарские обычаи, как и принять существование перевертышей. Все казалось мне дурным сном. Особенно то, что касалось моего мужа.

— Она надоумила его выбрать человечку. Хотела таким образом вызвать мое презрение, ведь люди слабы и не всегда в таком союзе рождается перевертыш.

Она считала, что в таком случае я откажусь от права первенства.

— Откажись, — взмолилась я, смотря в его каменное лицо.

— Каждая пара проходит через это. К счастью, не так часто львы создают пары.

Наши самки самодостаточны. Они заводят котят без уз, что свяжут их на всю жизнь.

Только три пары сейчас есть в прайде.

И я вспомнила, что Дерек говорил, что у него по отцу брат и сестра. Получалось, что каждая женщина перед браком переспала с Собером.

О Господи!

— Пожалуйста, отпусти меня. Я никому ничего не скажу. Клянусь! Ведь даже не поверят! Я просто вернусь и сделаю вид, что это мне все приснилось.

Я опять невольно подалась вперед, когда молила о милосердии. Однако Собер лишь громко рассмеялся в ответ на мою просьбу. Затем одним молниеносным движением он оказался на кровати. Его лицо было напротив меня. Так близко, что перехватило дыхание.

— Меня не волнует, что ты можешь кому-то о нас рассказать, — сталь в его голосе пробирала до костей. — Ты стала женой Дерека по собственной воле, приехала сюда, а значит, вошла в прайд. Теперь наши законы распространяются на тебя. И ты подчинишься им!

Ни капли сомнения. Я замерла, зная, что мне некуда бежать. Страх сжал горло в своих мерзких пальцах.

— Вы… вы говорили, что наш брак не свершился, — схватилась я за спасительную соломинку.

Как переменчив мир, вот только недавно эти слова слетали с губ мужчины, раня меня в самое сердце, а теперь я надеялась на них, как на единственный шанс выжить.

Собер сжал рукой мой подбородок, заставляя смотреть ему прямо в глаза:

— Поздно, косуля. Пев уже поймал тебя.

Тяжело сглотнула:

— Пожалуйста…

— Прекрати эти мольбы и покажи мне, что у тебя все-таки есть характер.

Обидные слова даже не задели меня. Когда твоя жизнь рушится, ни принципы, ни гордость не нужны.

— Собер, — облизала губы, видя, как он прищурился, как только его имя слетело с уст, — прошу тебя, позволь мне уйти.

— Ты не можешь. Даже если не нужна Дереку. Даже если отказываешься от посвящения. Даже если готова молчать.

— Почему?

Его ответа я ожидала с замиранием сердца, потому что знала, что это будет мой приговор.

— Ты особенная. Твои запах во мне.

— Что это значит? — вскрикнула я, удивляясь, что у меня таки прорезался голос.

Однако Собер лишь скривился и отодвинулся от меня.

— У тебя два дня, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Когда время придет, я возьму тебя. И в отличие от человека, я могу делать это до 20 раз в день, — его слова прозвучали как откровенная угроза, словно мне мало пережитого ужаса, словно он хотел, чтобы я полностью была повержена в отчаяние.

Правда, мой перегруженный мозг не мог воспринять происходящее до конца. Я была настолько эмоционально истощена и шокирована, что просто хлопала ресницами, дрожа всем телом.

— Отдохни, перевари то, что узнала, — предложил он, и мне захотелось рассмеяться ему в лицо. — Завтра я уделю тебе время, чтобы объяснить все снова. Из комнаты выходить запрещаю. Сам приду за тобой. Единственное, можешь принять душ. Мой запах и так уже впитался в твою кожу, вода его не смоет.

Поморщилась. В голове всплыла картинка того, как он его оставлял. Собер изогнул бровь, ожидая чего-то от меня. Все, что заставила себя сделать — кивнуть в знак того, что услышала его четкий приказ. Пусть не сомневается, сейчас я вряд ли смогу восстать против него. Слишком свежо воспоминание о превращении мужчины во льва. Страшно и жутко, что он сделает это, чтобы накинуться на меня и разорвать.

Я смогла выдохнуть, только когда дверь за ним закрылась. Меня сотрясала настолько сильная дрожь, что зубы стучали. Что я только что видела? Что пережила? Что еще должна вынести?

Это нереально. Просто невозможно. Я не могла все осознать. Принять.

Мне стало зябко. Собственные руки не согревали. Я раскачивалась из стороны в сторону, пока мозг пытался все переварить. А еще я ощущала противную влажность на спине. Стало мерзко. Кое-как нашла силы сползти с кровати, чтобы добраться до душа. Теплая вода иногда творит чудеса, стоит только подставить голову под мощные струи. Она словно очищает, проясняет мысль. Правда, я зашипела от жжения на затылке. Вспомнила, как Собер сжал мою кожу зубами и поняла, что он укусил меня. Подняла руку, пройдясь пальцами по ране. Ощущалось как легкая царапина. Еще одно доказательство его животной натуры. Все же как бы я ни прокручивала в голове особенности своего положения, везде видела безысходность. Прижалась лбом к холодному кафелю, в то время как вода стекала по спине.

Как любовь, которую я считала доброй и чистой, привела меня в это место? Кем был на самом деле Дерек? Какие планы строил на мой счет?