Омерта - Лана Мейер

– Такая чувствительная девочка, – вскользь ласкаю крошечный холмик, не отрываясь глядя на пульсирующую венку на шее девушки. Провожу по ней языком, не в силах сдержать порыв, одержимое желание: вылизывать, касаться, вдыхать, пить, опалять дыханием, кусать, терзать.

С тормозов срывает окончательно. Без предупреждения ввожу в неё средний палец. Не думал, что возможно быть настолько тесной и миниатюрной, но мягкие стенки чертовски сильно сжимают мою плоть, не пропуская глубже. Продолжая большим кружить по клитору, ощущая её сладкую дрожь, принятие и то, как она непроизвольно двигает бедрами, пытаясь словить ещё больший кайф.

Черт, она узкая. Слишком. Сейчас она явно не сможет принять так резко и быстро, как я планировал. Зажимается, боится меня? Или её сладкую малышку давно не трахали? Удивительно, с такой-то внешностью. Наверняка, спрос на эти глазки и сладкое тело огромный, но я с раздражением ловлю себя на мысли о том, что мне неприятно думать о прошлых мужчинах, которые её лапали. Трахали. Бля*дь, да прикасались даже. Да я её партнера на сцене возненавидел за невинные прикосновения.

Что это? Диагноз? Вирус? Заражение?

Что Это?

Знать не хочу. Единственное противоядие и лекарство – это переболеть ею.

– Расслабься. Ты в безопасности, – как мантру повторяю я девушке. Старый прием, которым всю жизнь соблазнял даже самых скромных. Безопасность – самая важная потребность в жизни женщины. Своеобразный пароль, который раздвигает любые ноги.

Пресловутый инстинкт, подтверждающий мою теорию, что мы все просто слегка поумневшие животные.

На мгновение закрываю глаза, чувствую, как сжимается что-то в груди, протестуя своим собственным убеждениям. Они – защита, мой панцирь, сквозь который никому и никогда не пробраться.

Подавляю эту чувство.

Под веками искрят и вспыхивают алые пятна, похотливые мысли и действия приходят на смену воспоминаниям и чувству вины.

– Как раз об этом я хотела сказать… – лепечет какие-то странности птичка, но тут вдруг происходит то, что заставляет меня полностью переключить внимание с девушки, которая, казалось бы, сейчас должна быть эпицентром всего, но нет. Бизнес, работа, семья. Есть правила, которые нельзя нарушать, даже, когда кажется, что ты сдохнешь, если не закончишь начатую интрижку с женщиной.

Хотя, если говорить откровенно, первое сообщение, отобразившееся на часах, я даже не замечаю. Легкая вибрация гаджета раздражает до зубного скрежета.

Второе сообщение – заставляет напрячься.

Третье – посмотреть на циферблат и прочитать смс от Риккардо. И принять проклятый звонок от капитана и члена семьи.

– Бл*дь, – клацнув зубами, ругаюсь я. Отчаянно прижимаюсь к избалованной моим вниманием малышке, упираясь мощным стояком в развилку её ног. Я взорвусь сейчас на хрен, и не представляю, как в таком состоянии мне сейчас нужно переключиться и решать рабочие вопросы.

– Да. Что там? – остервенело бросаю я, мгновенно пугая девушку. Она не видит наушник, что я почти никогда не снимаю, как и часы, чтобы всегда оставаться на связи с подчиненными. По-прежнему сдерживая своим телом птичку, с неохотой покидаю пальцами её уже готовое, расслабленное и полное вожделения, тело. Идеальное тело, которое я обязательно попробую, иначе и быть не может.

Девушка задумчиво смотрит на меня, пытаясь отдышаться. А я стараюсь не смотреть на её красивую грудь, которая отвлекает меня от сути всего задания и нервных слов Риккардо:

– Ты это мне? – выдыхает незнакомка, вздернув густые бровки. Отрицательно качаю головой на её вопрос, пытаясь прислушаться к докладу капитана.

– Киан, у нас все идёт не по плану. На Аннет напали солдаты другой семьи. Это кто-то из «пятерки».^[7]. Они открыли огонь, нам пришлось ответить. В особняке частичная паника. Она тоже нужна им, понимаешь, Киан? Черт, это полный треш. Нам нужно уходить как можно скорее, всем нам. Джек уничтожает записи с камер видеонаблюдения, с полицией разберемся позже. Хотя это заботит меня сейчас меньше всего! Если мы не заберем нечто ценное для Ди Карло, Энтони пошлет нас к чертям и всех моих солдатов ждет тюрьма, – сбивчиво докладывает Риккардо, и я пытаюсь не обращать внимания на то, что начинаю слышать гомон, доносящийся со стороны дома.

– Кому она нужна, есть варианты? – пытаюсь вникнуть и включиться я, мысленно запуская поиск выхода из тупиковой ситуации. – Без паники, Рик.

– Кому-то из пяти семей, Киан. Точнее, трех, кроме нас и Ди Карло, разумеется. Она серьезно ранена, ей уже оказывают первую помощь. Вокруг неё слишком много людей, нам пришлось скрыться в тени, – продолжает пояснять Рик. Есть слова и фразы, которые мы употребляем, чтобы кратко описать определенную ситуацию. «Скрыться в тени» – это значит найти в зоне выполнения задания такое место, где полиция и спецслужбы начнут искать в последнюю очередь. Все варианты отхода мы обговариваем заранее, чтобы выиграть время в случае неудачи.

– Мы жестко подставились, Киан. Тебя где вообще черти носят?! Ты понимаешь, что нас ждет? – восклицает Рик с плохо скрываемым ужасом.

Энтони не убивает членов семьи.

Только за самые жесткие нарушения омерты.

Обычно, он наказывает своими способами. Некоторые из них – хуже смерти.

Например, пожизненное заключение – Энтони лишает определенную группу людей защиты и сдает «провинившихся» федералам. Морте называет это «естественным отбором» и неплохим вариантом для того, чтобы создать в глазах мирных людей видимость того, что преступников регулярно отстраняют от добропорядочного общества, что, конечно, частично является правдой. Но это не значит, что на замену двум солдатам, которые насильно берут вину на себя, не приходят четверо новых кандидатов, готовых служить семье в два раза преданнее и качественнее. Это не мои слова и правила. Это политика Энтони и других «отцов» кланов.

Когда я думаю об Энтони, все мое тело превращается в оголенный провод, готовый взорваться от гнева и ярости. Я настолько погружаюсь в эти ощущения, что забываю про птичку, которая ускользает из моего плена.

– Как вы. Могли допустить. Подобное?! – чеканю я по словам, прекрасно осознавая, что кто-то из солдатов действительно сядет, а я буду отчитываться перед Морте, позволяя ему давить на больную мозоль. И он обязательно в очередной раз ткнет меня носом в грязь и напомнит о том, что я должен служить ему беспрекословно и максимально избегая подобного дерьма и провалов, как сегодня.

– Сейчас уже ничего не изменить, Киан, – сдавленно и устало бросает Рик. – Но есть хорошая новость. Есть вариант и выход. У меня есть план «Б». Помнишь? Я рассказывал тебе про «тайну» Доминика Ди Карло. Эта девушка, ещё одна его дочь, тоже присутствует сегодня здесь. Я купил информацию у её охранника и не хочу тебя расстраивать, но она и есть та…