Копия моего мужа - Ольга Джокер

— Я назвала котёнка Лойдом, — поясняю, слегка улыбаясь.

Дурацкое имя, которое спонтанно пришло в мою голову вчерашней ночью, когда я кормила малыша.

— Автомобиль и водитель в твоём распоряжении, — кивает Рустам и проходит мимо меня. — Хорошего тебе дня, Лера.

Я вдыхаю запах его парфюма и тут же выдыхаю. Расслабляюсь, когда его шаги удаляются всё дальше и дальше, пока не слышится щелчок входной двери. Сердечный ритм плавно восстанавливается и начинает работать в прежнем режиме. Всё так, как и должно быть.

***

В ветклинике меня принимают по записи. Доктор с добрыми глазами и седыми, почти белыми, волосами осматривает Лойда, расписывает график кормлений, прикорма, продает специальную смесь для малюток. Сообщает, что котёнок жив-здоров и вырастет красивым крупным британцем. Уж не знаю, как котёнок попал на территорию особняка, но его счастье, что я вовремя нашла его у дерева и не дала помереть с голода и замерзнуть.

Когда выхожу из ветклиники с корзиной в которой сидит Лойд, то слышу телефонный звонок. На другом конце провода — Дашка. С ней мы договорились встретиться в торговом центре на Ленинском проспекте через полчаса.

— Если что, я уже на месте, — сообщает подруга.

— Какая ты быстрая! Я только что вышла из клиники. Надеюсь, что через полчаса буду.

В тихое уютное кафе, где почти нет посетителей я приезжаю с десятиминутным опозданием. Прохожу с корзиной и котёнком по залу и сажусь за столик у окна. Дашка складывает руки на столе и смотрит на меня каким-то особенно загадочным взглядом.

— Ты больше не такая прибитая как раньше, и это радует, — выносит вердикт подруга.

В чем-то она права. Ещё неделю назад я думала о том, что моя жизнь кончена. Не радовало ни приближение родов, ни встреча с будущим малышом, ни-че-го. Беспросветная чернота, одиночество и страх. Сейчас осталась только грусть по Тиму. Только боль, которая не заживёт никогда. И сожаление, что, возможно, не успела ему ещё раз сказать, как люблю.

Я заказываю чёрный чай и пирожное. Проверяю спит ли котёнок — у меня не так много времени, чтобы поговорить с подругой — нужно кормить малютку и делать это желательно дома, а не в кафе.

— Как чувствуешь себя? — задает вопрос Дашута.

— Хорошо. Вполне.

— А Рустам… он не обижает тебя? — спрашивает вкрадчивым голосом подруга.

— Что? О, нет, — хочется сказать, что между нами всё нормально, но то что происходит и нормальным-то не назовёшь. Мне сложно описать своё проживание в доме Тахирова так, чтобы не соврать.

— Ну Слава Богу! — выдыхает Даша.

Неожиданно на втором этаже торгового центра я замечаю идущего неспешной походкой Иракли, друга Тимура, с которым мы встречались буквально вчера. Уж не знаю каким чудом он вновь здесь оказался, но после разговора с Рустамом о наркотиках и проблемах брата у меня появились вопросы, на которые, уверена, сможет ответить его друг.

— Присмотришь за Лойдом? — спрашиваю у удивленной Дашки и после её кивка тут же бросаюсь к эскалатору.

Иракли задумчиво листает что-то на мобильном телефоне, когда я догоняю его.

— Привет, — произношу немного запыхавшись.

Он поднимает на меня свой взгляд и улыбается в ответ. Иракли чуть старше Тимура — на висках виднеются седые волоски, на смуглом лице несколько глубоких морщин. Возможно, я ошибаюсь, но с виду ему больше сорока.

— Лера? Ты зачастила к нам, — усмехается Иракли, а затем поясняет: — К нам, потому что я арендовал в торговом центре небольшое помещение под боулинг-клуб.

— Здорово. Поздравляю тебя!

Он бросает взгляд на наручные часы с кожаным ремешком, а потом на меня.

— Ты что-то хотела спросить?

— Иракли, я знаю, что вы с Тимом плотно общались. И он доверял тебе. А значит, я тоже могу тебе доверять.

Он кивает, и я продолжаю.

— Скажи, Тимур занимался… сбытом наркотиков? — произношу почти шепотом под удивленный взгляд Иракли.

Он немного хмуриться, молчит и я думаю о том, что зря спросила.

— Кто тебе сказал такую чушь, Лера? — наконец произносит он и берёт меня за локоть, уводя за собой чуть в сторону, подальше от проходящих мимо людей. — Тим был чистым человеком и явно не стал бы заниматься такими грязными вещами!

Его голос звучит несколько громче. Я не понимаю, что чувствую. Смятение, сожаление или горечь от того, что поверила по сути постороннему для себя человеку? Рустам явно недолюбливал брата, поэтому как мог очернял его имя в моих глазах. Чтобы я возненавидела Тима так, как и он его. Увы, в голову Тахирова пробраться я не могла.

— Спасибо. Это всё, что я хотела узнать, — опускаю глаза в пол и хочу уйти, чтобы вернуться к Дашке, но Иракли неожиданно перехватывает меня за кисть руки.

Его хватка цепкая, холодная.

— Я слышал, что у вас «отжали» имущество?

Я киваю и гашу в себе нахлынувшие слёзы. Да, мой любимый дом…

— Где ты сейчас обитаешь? — задаёт очередной вопрос Иракли.

— Остановилась у дальнего родственника, — вру, потому что мне правда стыдно за то, что я живу под одной крышей с мужчиной как две капли воды похожим на покойного мужа.

— Знаешь, Лер, мы же своих не бросаем, — произносит Иракли. — Думаю, в кратчайшие сроки я смогу найти для тебя неплохой вариант в виде жилья и денежных средств. Ты только обращайся, не молчи, если нужно. Мой номер у тебя есть?

— Да, есть, — открываю рот от удивления и не верю своим ушам.

Иракли добродушно улыбается и сообщает, что ещё позвонит мне через несколько дней, когда урегулирует вопрос с жильем. Неужели у меня появился небольшой, но шанс на то, что я стану независимой от Тахирова?