За долги возьму тебя - Инна Стужева

— Куда теперь? — спросила вместо этого, так как машина успела тронуться с места.

— Нужно заехать в одно место, потом у меня несколько встреч и можно возвращаться.

— Ладно.

Где-то через полчаса припарковались у неприметного двухэтажного особнячка, почти полностью скрытого в густой листве. Вокруг ни души, впереди тупик. Ни разу не бывала в этом районе.

— Вылезай.

— Чей это дом? — спросила, когда мы шли по выложенной плиткой дорожке к дому.

— Здесь жил один человек.

— Твой друг?

— Можно и так сказать. Но скорее был мне как отец.

— И где он сейчас? Уехал?

— Он умер две недели назад.

— Мне жаль, — сорвалось прежде, чем я успела подумать, — тебе, должно быть, нелегко сейчас.

Он промолчал. Смотрел вперед, потом открывал дверь, и я не могла понять, что он чувствует. Не задумывалась, что у него самого могут быть какие-то проблемы, тем более такие серьезные.

— Заходи и оставайся тут. Мне нужно подняться наверх, — только и сказал, а когда я кивнула, сразу исчез в глубине дома.

Я подошла к входной двери и попыталась ее открыть, но у меня ничего не вышло. Да и, скорее всего, дом тоже на сигнализации. Еще и на окнах решетки. Хотя решеткам я как раз не удивилась, по крайней мере вся мебель первого этажа по виду была антикварной и очень дорогой. Прошлась по холлу, разглядывая то один то другой предмет интерьера. Остановилась напротив старинного серванта, также явно не из дешевых, возможно, что и ручной работы. Следом за ним шло большое трюмо. Похожие я видела в детстве у бабушек и дедушек своих подруг, только это выглядело гораздо солиднее. И таинственнее. Сразу вспомнились рассказы из детства, что зеркала — это на самом деле порталы в другие миры. Вздрогнула, когда фигура Руслана выросла из-за спины.

— Идем, — произнес он.

— Да.

Сказала, а сама не двигалась с места, разглядывала его, нас, поражаясь, как мы вообще могли с ним пересечься.

На его фоне я казалась слишком бледной, и тонкой, и испуганной. А он вдруг растянул губы в усмешке.

— Классное сочетание, — сказал, словно прочитав мои мысли, а я отскочила от зеркала и поспешила к выходу.

— Как его звали? — спросила я, в то время, как мы снова кружили по улицам.

— Зачем тебе?

— Просто.

— Его больше нет и этим все сказано.

— Если хочешь, можем поговорить об этом, — произнесла нерешительно.

— Поговорить?

Кинул быстрый взгляд на меня и снова на дорогу.

— Ну, да. Иногда нужно поговорить, чтобы отпустить ситуацию. Не обязательно прямо сейчас, но я…могу выслушать.

— С чего ты взяла, что я хочу говорить об этом?

— Обычно так бывает.

— А, ну да, ты же медсестра, это твоя работа. Всех успокаивать и подбадривать.

Он вдруг затормозил, съехал с дороги, а когда машина остановилась, повернулся ко мне.

— Только я не все. Не советую испытывать на мне свои профессиональные приемы. Если надеешься разжалобить таким образом, это не прокатит, только зря потеряешь время.

— Профессиональные? Зря ты так думаешь. У меня у самой чуть больше года назад умерла тетя. Она взяла меня к себе, когда мне было десять, сразу после смерти родителей, и была единственным родным человеком. Мне было тяжело держать все в себе. Сначала, когда был шок, да, я вообще не хотела никого видеть. Но потом мне было просто необходимо говорить о ней. Было чуть легче, когда кто-то вспоминал о ее существовании, пусть даже совсем ненадолго. Так что…я знаю, что такое терять близких и когда предложила выслушать, не думала ни о каких манипуляциях.

Сказала все это на одном дыхании и замерла. Он продолжал рассматривать, а я…уже жалела. Он не должен вызывать сочувствие, а я совсем сошла с ума.

— Теперь понятно, — протянул секунд через десять.

— Что понятно?

— Все думал, как же такую, как ты, угораздило связаться с тем парнем. Игрок, альфонс. Теперь ясно почему. У тебя никого не было, а парень знал, что нужно говорить и как себя вести. Что произошло с родителями?

Спросил резко, без перехода.

— Я…не хочу говорить об этом.

— Разве тебе не станет легче?

Я молчала.

— Ладно. Я, пожалуй, приму твое предложение выслушать и так далее, но начнем с тебя. Когда надумаешь, дай знать.

И он снова сосредоточил внимание на дороге. А я…я снова была на него зла. Затронул самое больное.

Можно было бы соврать, что родители погибли в автокатастрофе, когда ехали, скажем, домой с работы, где их ждала любимая дочь, только… Это был не автомобиль, а катер, который затонул в океане во время шторма, так нам сказали потом. А родители вовсе не стремились побыстрее увидеть меня. И не совсем родители. Мама и ее муж, так будет точнее. Они уехали на отдых, в очередной раз и без меня, а мама как обычно попросила сестру присмотреть за дочерью, пока они будут наслаждаться жизнью. «Ты же понимаешь, что с ребенком будет все совсем не то, Игорь не одобрит», — говорила она сестре, а я стояла за дверью и подслушивала. Всегда так было, договаривались на неделю-две, а пропадали на месяцы. Игорь оставлял крупную сумму на мое содержание, только мне не было дела до этого.

Тетя Оля вела хозяйство и следила за мной, а я жила в ожидании их появления. Когда они приезжали, наша однообразная размеренная жизнь наполнялась новыми красками. Мама уделяла мне много времени, и задаривала подарками. Подарки я потом бережно хранила, а еще бережнее хранила воспоминания о счастливых минутах. Но в тот, последний раз, я была слишком обижена на нее, на слова о том, что я мешаю, даже не пошла провожать, а она пропала насовсем. Позже нам пришло известие о катастрофе и сухие официальные соболезнования.

Я переживала, сильно и долго, и все равно ждала. А спустя несколько лет что-то на меня нашло. Мы как-то жгли мусор на заднем дворе, костер разгорелся нешуточный. Я вдруг вскочила, собрала все подарки в одну кучу, все, что напоминало о прошлом, перетаскала туда и побросала в костер.

И теперь, спустя столько времени мне совсем не хотелось говорить об этом. Тем более с ним.

Мы затормозили у обычной кафешки, какую можно встретить на любой улице.

— Не думала, что деловые встречи проводятся в таких местах, — заметила я.

— Почему?

— Не знаю. Мне всегда казалось, должен быть офис или что-то подобное.

— Разве что для прикрытия. Или если занимаешься чем-то совсем несерьезным. Для всего остального офис будет только мешать и привлекать внимание.

С этими словами он припарковался и вышел из машины.