Отвернись. В плену у зверя - Кира Райт

Думает, её план теперь сработает. Ну что ж. Посмотрим, кто кого переиграет.

Я был почти уверен, что девчонку подослали волки. Дядя какого-то хера им доверяет. А вот один из их потенциальных альф предлагал мне сделку за его спиной. Конечно, я отказался. И кажется, теперь они решили пойти другим путём. Сначала вывести меня из строя. Потом подкупить моего шерстяного тупицу девкой.

Нужно отметить, что план блестящий, а главное – рабочий. Я бы не додумался.

Ну как ещё управлять оборотнем, как не через пару? Это же гениально. Она теперь, хочу я или нет, – моё слабое место. Даже когда рядом, а уж если её теперь забрать в целях шантажа…

Даже самому интересно, через сколько я загнусь. Зверь без неё совсем долго не сможет. А я – без него. Вот и получается замкнутый круг. Девчонка нам нужна.

Пока что.

Была только одна мааааленькая проблемка. Мой собственный зверь был на её стороне, а о моих мыслях и планах на неё знал заранее от меня же. И они ему не нравились, даже если что-то он понимал не до конца. И защищал свою самку. И думаю, что дальше будет.

Так не пойдёт. Думай. Думай! Надо искать способ обдурить зверя…

Пока он лежит, обхватив её, и не может нарадоваться, что она рядом, у меня ни хера не получается. Ни думать, ни делать. Я вынужден смотреть на неё… любоваться её личиком, раскрасневшимися щечками, приоткрытыми губами…

Блядь! Да мне так хорошо никогда не было ни с одной!

Вот пока лично не почувствовал, не понял, что такое эта связь с парой. Ещё была бы нормальная обычная девушка, а ещё лучше – из наших, вообще прекрасно. Но его угораздило выбрать эту. Пришедшую прямо в лапы «совершенно случайно»… И оставшуюся с нами даже после того, как мы насиловали её раз за разом.

Но как оказалось, удобного момента поджидал не только я… Уже в следующую секунду я не человек больше, даже не совсем оборотень, я…

Я вновь не помню, кто я. Зато точно знаю, что в моих руках моя самочка. И я несу её в своё жилище… Она вздрагивает в моих руках, но не сопротивляется. Даже не смотрит на меня… И я понимаю, что виноват перед ней ужасно. Конечно, я тоже хотел наказать её за побег, но не так. Не брать её так грубо прямо на земле, не чтобы она дрожала от ужаса… А теперь и вовсе не смотрела на меня…

Вспоминая, как она, сжавшись в клубок, лежала на траве, а вся её спина, плечи были в моих укусах, как в воздухе стоял осязаемый почти запах её страха, я вздрагивал от собственной жестокости.

Разумеется, я зализал каждую ранку на её теле, оставленную мной же, и ненавидел себя за то, что причинил ей боль. Мне было так жаль, что словами описать невозможно. Я проходился языком и по здоровой коже, извиняясь, но разве это помогло? Она словно была не живая. Не сопротивлялась, не говорила со мной, не просила ничего, даже не смотрела на меня…

И это было ужасно.

Я не должен был с ней так поступать, даже если очень-очень зол. И мне нужно придумать, как сдерживать внутреннего монстра, чтобы он больше не причинял ей вреда, чтобы потом она не боялась меня…

Только я даже рассказать ей этого не мог. Слышал же, что рычу, а она не понимает… Поэтому ночью боялся к ней притронуться даже. Чувство вины душило, сдавливая горло. А она, наказывая, совсем не реагировала, даже не отползала от меня, как всегда, когда лёг рядом на солому. Заметил, что ей холодно, по её коже между царапинами и укусами бежали мурашки. И мне безумно хотелось показать ей, что я хороший на самом деле, что не хочу её обижать и пугать.

Но прижимать к себе не решился. Только положил на неё руку, стараясь не касаться особо там, где как раз очень хотелось потрогать. Уткнулся носом в её волосы, усиленно делая вид, что сплю, чтобы не пугать больше. И она, кажется, поверила. Даже немного расслабилась. Совсем каплю, и хоть бояться не перестала, но всё же это уже что-то. Девочка была рядом со мной.

Я же всю ночь лежал с закрытыми глазами, но на самом деле даже задремать не мог. Думал лишь о том, что нашёл свою самочку, нежную, даже слишком, и вместо того, чтобы заботиться о ней, какое-то чудовище внутри меня мучает её, пугает, причиняет боль.

Я понимал, что не достоин своей девочки...

Поэтому желая извиниться, утром, пока самочка спала, принёс ей ягод и воды. Так было жалко её, смотреть невозможно. Вышел на воздух из жилища. Но слышал, как она проснулась и поела. Только тогда зашёл, хотел показать, что не надо меня бояться, что я другой... Она вздрогнула, когда я приблизился, но шарахаться от меня не стала.

Тогда я наклонился к ней и глубоко вдохнул её запах. Вкусно. А сам от её глаз оторваться не мог. Глубокие, красивые... испуганные.... Опять. Я лизнул её губы и провел ладонью по плечу, хотел приласкать, показать, что не страшный…

Только тут она затараторила что-то. Судя по интонации – о чём-то меня просила. Но я не знал, о чём. Хотя готов был сделать ради неё всё, что угодно. И в какой-то момент показалось, что понял слово «боюсь». Нахмурился.

Это я и так знаю... Вот бы понять остальное.

Она попыталась отодвинуться, но я осторожно сжал лапой её плечо и попросил не бояться. Она не поняла... Лишь глаза шире распахнулись. Но снова начала говорить. И на этот раз я разобрал слово «больно». Не знаю, как. Ничего не знаю. Но мысль, что «больно» ей делаю я отрезвила, заставив разжать руку.

Только я вдруг осознал, что когда она вот так говорит со мной, успокаивающе, тихо, не вырывается, я будто понимаю и чувствую её лучше. А как ей сказать об этом? Осторожно коснулся пальцем её губ и попросил продолжать, хотя даже сам услышал, как вслух коротко рыкнул.

Неотрывно смотрел, как шевелятся её пухлые губы, слушал, как приятно звучит её голос... И мне безумно хотелось, чтобы это продолжалось вечно... Девочка словно тоже поняла, что я от неё хочу, и продолжила что-то щебетать на своём. Глядела ещё с опаской, но может это только пока...может со временем она перестанет меня бояться...

И она начала говорить со мной.

День за днём. Не переставая.

Какие-то слова я разбирал, но в основном просто слушал её голос. И рассматривал свою самочку. А ещё пристально следил за ней, чтобы снова не удрала куда-то. Но она вроде как привыкла что ли. Вела себя почти спокойно, не убегала. Я даже начал думать, что может скоро сама попросит моей ласки... Но терпел как мог. Мне нравилась она такая. Не дерганная и зашуганная. А тихая, послушная, спокойная... А ещё...

Однажды она растянула свои губы так, что стало видно зубы и глаза засветились... Я так понял это называется «улыбка» и это было самое прекрасное, что я только видел на свете. И конечно, мне захотелось посмотреть ещё раз, поэтому я подскочил к ней и попытался руками снова растянуть её губы, как было. Но она медленно отвела мои лапищи от своего лица и ласково что-то сказала. Мне показалось, что было ласково...