Последний клиент - Сюзан Скотто

— Пять, Джей, но кому охота считать? Ха-ха-ха.

— Прекрасно. И вы заявляете, что все, о чем написано под этой обложкой, имело место быть?

— Все.

— и Варна… действительно такая красивая и… э… сексуальная, какой вы ее описываете?

— Мои слова — лишь бледная тень реальной Варны.

— Конечно, в этой книге есть очень пикантные сцены, но куда в большей степени в ней присутствуют чувственность и… нежность, которые так к лицу женщинам. У меня иной раз даже перехватывало дыхание.

— Извините, Джей, — голос Крайтона дрогнул, — но мне все еще трудно об этом говорить. Я же писал историю своей жизни.

Из главы 12:

«Я стоял под дождем и наблюдал за Варной через иллюминатор их странного корабля. Остальные члены экипажа готовились к взлету. Самым тяжелым мигом для меня был отказ от ее приглашения последовать за ней… неведомо куда. Я знал, что решение мое правильное, единственное, которое я мог принять, но, попроси она меня еще раз, я бы бросил все, рискнул всем, и улетел с ней. Ее губы послали мне прощальный поцелуй. Я приложил два пальца к моим губам. Радуясь тому, что идет дождь и смывает слезы со щек».

Из окна сверкающего здания компании «Дримуокс», расположенного к северу от Голливуда, Крайтон видел пыльные пальмы, качающиеся под ветром. Бородатый мужчина в джинсах и футболке говорил, тыча пальцем в экземпляр романа «Любовь с Варной».

— Я вижу в главных ролях Тома Круза и Шарон Стоун.

Крайтон перевел взгляд на потолок.

— Не знаю, способны ли они отразить глубину характеров. Я бы предпочел Харрисона Форда и Мишель Пфайффер.

— Дельная мысль, Мэтт, но об актерах мы можем говорить лишь после подписания всех бумаг, не так ли?

Леона Зельцер встала.

— Контракт мне нравится, Стивен, но я обещала заглянуть в «Дисней».

— Тогда пообещай и мне ничего с ними не подписывать, вновь не переговорив со мной.

— Обещаю, дорогой, — улыбнулась Леона и вместе с Крайтоном выплыла из кабинета.

* * *

В Нью-Йорке Крайтон откинулся на спинку кресла, обтянутого кожей цвета бургундского, в которое Леона усаживала своих лучших авторов, щелкнул золотой зажигалкой «данхилл», поднес язычок пламени к сигаре, по стоимости не уступавшей хорошему обеду.

Леона торопливо подвинула к нему пепельницу.

— Я не могу поверить стремительности нашего подъема. Магазины не успевают заказывать новые партии. В Сиэтле женщины разнесли магазин «Барнес и Нобл», когда узнали, что книга в продаже закончилась. Компания «Уолденбукс» утроила объем закупок.

— Только утроила?

— Уже второй раз. Ты вот-вот выйдешь на одиннадцатую позицию в списке бестселлеров, а оттуда всего один шаг до попадания в десятку. Ларри Кинг хочет посвятить тебе целую передачу. Барбара Уолтерс прислала вопросник.

— Передай им, что я подумаю. А что слышно от «Диснея»?

— Они называют число с шестью нолями плюс процент от чистой прибыли.

— Чистой? Да ее же никогда не бывает. В их бухгалтерии черт ногу сломит. Спроси парня, который продал им «Форрест Гамп».

— Я еще не отказала Спилбергу.

— И не отказывай. Он заплатит больше. И я хочу долю в валовой прибыли от продаж.

— Я тебя слышу. Между прочим, Джейсон Битти предлагает поговорить о продолжении. Завтра у тебя найдется время?

— Нет. Хочу последний разок съездить в Мэн.

— Сентиментальное путешествие?

— Да нет. Хочется посмотреть, не оставил ли я там чего-нибудь нужного. Большую часть того, что там есть, давно пора выкинуть на свалку.

В полете из «Ла-Гуардии» в Бангор Крайтон, вытянув ноги и потягивая шампанское, в какой уж раз наслаждался удобствами салона первогокласса. Благодаря придуманным им инопланетянам жизнь стала лучше и веселей. В аэропорте Бангора он арендовал «лексус» и отправился в пятидесятимильную поездку на север, к своей старой ферме.

Она ничуть не изменилась: облупившаяся краска стен, просевшее крыльцо, покосившаяся труба. Теперь Крайтон не понимал, как он мог жить в такой лачуге, не впадая в глубокую депрессию. Он прошелся по комнатам. Его передергивало от грязи на полу, спертого воздуха, мрачных теней в углах. Решил, что ему нужны кое-какие рукописи, несколько книг и свитер от «Стилерс». Остальное он жертвовал воронам.

Насвистывая какой-то веселенький мотивчик, начал укладывать в картонную коробку ранее отвергнутые рукописи. В том, что теперь их будут отрывать с руками, он не сомневался.

Стук в открытую дверь заставил его вздрогнуть. На пороге, бок о бок, стояли двое мужчин, низенький и тощий и высокий и тощий. В черных костюмах, неброских галстуках, черных туфлях с закругленными носами. Оба коротко стриженные, без усов, с чистыми ногтями. «ФБР», — подумал Крайтон.

— Извините за вторжение, мистер Крайтон, — заговорил высокий. С легким акцентом.

— Чем я могу вам помочь?

— Моя фамилия Матерс, а это мой помощник, мистер Доу. Мы представляет «Универсальное спутниковое телевидение» и будем очень признательны вам за короткое интервью.

Крайтон разом успокоился.

— Вы говорили с моим агентом?

— К сожалению, из-за ограниченности во времени нам это не удалось.

— Откуда вы?

— «Универсальное спутниковое телевидение». Нас смотрят миллионы.

— Правда?

— Мы даем синхронный перевод наших передач на сорок четыре языка. Ваше интервью будет приурочено и всемирной премьере вашей книги, что увеличит и без того значительные продажи. Если вас это не затруднит, мы бы хотели записать интервью прямо сейчас.

— Здесь?

— Наша мобильная студия развернута рядом с вашим домом.

— Я не слышал, как вы подъехали.

— Мы прибыли ранним утром.

— Так вы говорите, миллионы зрителей?

— Многие миллионы.

— Раз уж вы приехали в такую глушь, я, конечно, уделю вам несколько минут.

— Вы очень великодушны. Сюда, пожалуйста.

Трое мужчин пересекли заросшую сорняками лужайку за домом, Крайтон — посередине, мужчины — по флангам. Поле, редкий осиновый лесок, и они вышли к серебристо-серому трейлеру размером с товарный вагон. Крыша топорщилась многочисленными антеннами. Создавалось ощущение, что энергию трейлер черпает непосредственно из натянутых над ним проводов высокого напряжения. Борт украшали витиевато выписанные буквы: «УСТ».

Крайтон присвистнул.

— Роскошный трейлер. Странно, что я заметил его на подъезде к дому.

— Не совсем так, — первый раз заговорил низенький. — Вы видели лишь то, что мы дозволяем вам видеть, — в голосе слышались неприятные металлические нотки.