Принцесса моих кошмаров - Лина Мур

– Да… господи, да… мон шер, Рафаэль… боже… да, – шепчу я и, хватая его за голову, тяну на себя.

Ищу его рот, а его пальцы ласково поглаживают мои складки, играючи раздражая и без того болезненно чувствительную верхушку клитора.

Не понимаю больше, где я и кто я. Знаю только, как мне хорошо, и не желаю расставаться с этим ощущением. Меня трясёт. Бросает из стороны в сторону. Поцелуи рваные. Его пальцы, слишком изводящие меня. Скользит по клитору.

– Я хочу… сними штаны, – прошу. Рафаэль приподнимается с меня. Дышит тяжело, удивлённо приподнимает брови.

– Уверена? – Хрипит он.

– Да. Да… я…

– Я обещал тебе, Мира, и у меня есть идея, – загадочно улыбаясь, поднимается с меня и, цепляя трусики, снимает их.

Мне так жарко. Внизу есть люди. Всё равно. Я смотрю, как Рафаэль облизывает губы и, не сводя с меня глаз, тянет за шнурок. Миллиметр за миллиметром его штаны опускаются, демонстрируя мне выпуклые вены, а затем его член, выпрыгивающий упруго из-за резинки штанов. Мамочка. Он такой красивый. Такой… сильный. Такой возбуждённый и весь блестит. Оливер другой. Он бледный, а здесь… у Рафаэля настолько крупный и головка розовая.

Шумно выдыхаю, когда мой взгляд, наверное, напуганный и восхищённый поднимается по татуировкам и достигает горящих глаз.

– Весь твой, – шепчет Рафаэль. Поднимаюсь к нему и встаю на колени на кровати. Его рука хватает меня за шею. Смотрим в глаза друг другу. Голые. Не только телами, но и душами. Сердцами.

– Я не чувствую отвращения, – тихо признаюсь и тянусь к его губам.

– Это лучший комплимент за всю мою жизнь, принцесса моя… моя… – его голос дрожит, и это снова поднимает внутри меня желание большего. Хочу его. Хочу ближе. Хочу дольше. Хочу настолько сильно, что горло саднит от жажды закричать, чтобы все узнали, какая я сейчас счастливая.

– Ты готова? – Отрываясь от моих губ, спрашивает Рафаэль.

– Да, готова, – киваю я, отодвигаясь дальше и позволяя ему забраться на кровать. Такое чувство, что он не обращает внимания на качающийся из стороны в сторону член, но я-то вижу. Всё вижу. Мои глаза прикованы к нему, заставляют облизывать губы и сглатывать вязкую слюну.

– Иди ко мне. Будешь сверху, как ты и любишь, – поддевая меня, протягивает руку, и я за неё хватаюсь. Рафаэль раздвигает мои ноги, и теперь мне страшно. Меня разорвёт. Я хрупкая. Худая. А он… такой весь большой. Мамочка.

– Не думай, Мира. Не думай, а просто садись, – поднимаю голову на Рафаэля.

– Но я…я…не смогу… я…

Приподнимает хитро уголок губ, заставляя меня замолчать, и резко надавливает на мои бёдра, отчего я падаю прямо на его член.

– Теперь двигайся, – подсказывает он и, продолжая держать меня, медленно ведёт вперёд на себя, отчего это массирует мой клитор, оживающий от бархатистого и горячего прикосновения.

– О, боже, – выдыхаю, опираясь на грудь Рафаэля.

– Никакого проникновения. Наслаждайся, я твой в любом понимании этого слова, – шепчет он.

– И так тоже можно? – Опускаю взгляд, наблюдая, как мои бёдра скользят по его члену.

– Как захочешь, так и будет, девочка моя… как, чёрт возьми, ты захочешь, – он дёргается подо мной, вызывая бурный восторг от ответа на мой резкий толчок вперёд.

– И тебе хорошо? – Интересуюсь я, понимая правила игры, в которой веду, седлаю его, контролирую. Какая власть! И я хочу упиваться ей.

– У меня стальной стояк, Мира, и в голове я представляю, как вхожу в твою маленькую, тугую… мать твою… очень тугую дырочку, – выгибается, когда я отклоняюсь назад, ощущая сладкую муку обоих. Это просто вау!

– Она растягивается… от моего члена, капающего смазкой в тебя. А ты течёшь, как сейчас. Ты вся мокрая и стонущая. Сжимаешь мой член… и я трахаю тебя… трахаю тебя в любых позах и местах… трахаю до тех пор, пока ты не закричишь от оргазма. И он будет моим… ты будешь моей, – от его слов я двигаюсь быстрее и, немного наклоняясь вперёд, стискиваю подушки.

Вряд ли я смогла бы описать то, что со мной происходит. Его член полностью в моей смазке, она буквально льётся из меня, превращая в кого-то другого. Очень жадного, очень ненасытного монстра.

– Хочу лизать тебя, – Рафаэль приподнимает голову, хватая мой сосок, раскачивающийся под ним.

– Да, – издаю стон, скользя по его члену.

– Хочу лизать, не останавливаясь… хочу дожить до той минуты, когда мой член будет у тебя во рту, а я буду тебя лизать. Мой язык будет буравить тебя, кусать клитор, а твой кружить вокруг головки моего члена…

– О, боже, да… продолжай, – прошу я. Всё внутри сжимается в упругую пружину, обвязанную цепями, вынуждая меня двигаться резче, практически трахая его. Я его трахаю! Я!

Рафаэль обхватывает руками мою грудь, продолжая играть с сосками, сминать до боли кожу, а я с ума схожу. Мои бёдра дёргаются вперёд и назад, а клитор горит от трения его членом. Чёрт, мало… мало мне!

– Твои губы растянутся, когда ты возьмёшь в рот. Хочу видеть твои горящие от похоти глаза… хочу, мать твою, тебя, Мира. Ты берёшь меня собой изнутри… – шепчет Рафаэль, и я затыкаю его, как это было раньше со мной. Целую в губы, ладонями обхватывая лицо.

– Я… мне хорошо… мне так хорошо, – всхлипываю, совершая рваные фрикции и ощущая, как звенья цепи распадаются, распаляя меня всё сильнее.

– Больная… но моя, – руки Рафаэля проходятся по моей спине, вызывая мурашки, и он хватается за мои ягодицы.

– Теперь моя очередь руководить тобой, – его пальцы до боли впиваются в мою кожу и сильнее надавливают на разведённые складки и клитор. Обхватываю его голову, кусаю за шею. Стонет, а я дышу им. Дышу тем, что мне всегда было и будет запрещено.

Рафаэль быстро двигает моим податливым телом, и я понимаю, что ни черта не знаю о том, на что способна. Он что-то бормочет, целуя меня в волосы, а мой язык непроизвольно облизывает его шею. Целую его, издавая стон за стоном от его грубых толчков и распространяющейся пустоты внутри. Я хочу, чтобы он заполнил меня. Насадил на себя и разорвал к чертям. И эти мысли нарастают с такой же силой, как и пульсация внизу живота, пока всё не взрывается. Рафаэль успевает найти мои губы и впитать в себя громкий крик, а тело сотрясается в сладком и невообразимо мощном разряде, проникая в мою кровь искрящимися молекулами похоти и наслаждения. Чёрт! Чёрт! Чёрт! Меня трясёт, пока я всхлипываю в его губы. Как же хорошо! Как же хорошо! Мне никогда так хорошо не было! Моя кровь никогда так сильно не бурлила в ушах! А бёдра никогда так сильно не сжимались, принося разрядку и освобождая меня!

Рафаэль снова двигает моё ещё дрожащее тело, накаляя новым и новым притоком повышенного сердцебиения. Я кусаю его до крови. На язык капают капли с его губ, и в моей голове это сперма. Его сперма. Его стон не менее громкий, и Рафаэль дёргается подо мной, чуть ли не подпрыгивая на кровати, и настолько сильно сжимает мои ягодицы, что я распахиваю рот в беззвучном крике от боли, сменяющейся приятным покалыванием. Он кончает. Обливает наши тела, продолжая скользить между моими набухшими складками, а затем всё отступает. Расслабление приходит внезапно, словно все силы испаряются, и я безвольно лежу на Рафаэле.