Плохое воспитание - Эмилия Грин

– Уинстон вновь решил устроить тебе сюрприз… – неожиданно она достала из-за спины блестящий черно-розовый сверток.

– Уинстон?!

– Ну да. Курьер доставил посылку без имени адресата. Но кому еще понадобится делать тебе сюрпризы? – мама легкомысленно повела плечом.

– Да, действительно… Больше никому.

– Дорогая, боевая готовность номер один! Через десять минут встречаемся во дворе!

Дрожащими пальцами я разорвала упаковку, обнаружив внутри кружевные трусики телесного цвета.

«Прикрой попку!» – гласила карточка.

До боли стиснув невесомую ткань в кулаке, я разомкнула пальцы, вдруг ощутив невероятный выброс адреналина в кровь.

– Идиот… – губы не смогли противиться едкой улыбке, рвущейся на свободу. – Хорошо, я прикрою не только попку… – хмыкнула, решительно натягивая «подарок» Царёва.

В конце концов, сколько можно ходить без белья?! Так недолго и в эксгибиционистку превратиться…

Я уже хотела спускаться, когда требовательная мелодия вызова заставила замереть. Внутренности обдало огнем. Этот рингтон принадлежал человеку, который сейчас находился за тысячи километров отсюда. Моему жениху. Уинстону.

– Добрый день, дорогая. Как твои дела? – поинтересовался не выражающим эмоций голосом.

– Все нормально, – прошептала в ответ, вспоминая привкус головокружительных поцелуев Гвидона. Я больше не могла его обманывать. – А вообще… Мне очень жаль, но мы поторопились со свадьбой. Я еще не готова. Понимаешь? И не знаю, когда буду… Прости меня… – горько вздохнула.

– Что ты такое говоришь, Ассоль? – спросил Уинстон все тем же равнодушным тоном, будто мы обсуждаем акции на бирже.

– Я не выйду за тебя…

– Дорогая, ты говоришь какую-то ерунду. У меня уже начинается совещание, перезвоню вечером. Поздравь свою маму с открытием галереи… – с этими словами он отключился.

⁂

На входе в картинную галерею нас ждала толпа представителей прессы. Мама сотрудничала с популярным пиар-агентством, работники которого выполняли свою работу на славу. Улыбнувшись на камеру для фото, мы вошли внутрь, где уже собирались гости.

Картинная галерея располагалась в двухэтажной пристройке популярного арт-пространства. Внутри куполообразного зала с приглушенным светом повсюду были развешаны на инсталляциях мамины работы. Растерянно мотая головой, я почувствовала на себе чей-то взгляд.

Гвидон стоял в центре зала рядом со своим эпичным полуголым портретом и глядел мне прямо в глаза. В черных брюках и белоснежной рубашке, он приковывал десятки восторженных женских взглядов, и не только женских. Из-за игры света и тени я не могла разглядеть выражение его лица. Разрушительная энергия расходилась волнами от его тела. В помещение вдруг стало очень жарко. Дыхание сделалось неровным, а между ног всё затрепетало. Вдруг в клитор ударил микроскопический разряд тока. Я ахнула, стискивая край подола… Ноги загудели, а кружевная ткань трусиков начала дрожать.

– Твою мать! Они со встроенным вибратором! – пискнула, стараясь не обращать внимания на нараставшее покалывание.

Сделав шаг ко мне навстречу, Гвидон обезоруживающе улыбнулся, вынимая из кармана компактный пульт. Я понеслась к нему, но в тот же миг через низ живота прошел сноп обжигающих импульсов. Я застыла, пытаясь удержаться на ватных ногах… Мне нужно было срочно пробраться в туалет и снять чертов «подарок», однако с каждым шагом частота и сила электрических импульсов только усиливалась. Сердце колотилось так быстро, что отдавалось в гортань. Гвидон продолжал стоять поблизости, очевидно, упиваясь моей беспомощностью. Гадкая улыбочка а-ля «я-снова-заставил-тебя-намокнуть-даже-не-прикоснувшись» расплылась на его полноватых губах. Я явно недооценила умственные способности своего горе-соседа. Постаралась расслабить бедра, мечтая провалиться сквозь землю.

– Улыбочку! – скомандовал фотограф, защелкав вспышкой перед лицом.

Приняв красивую позу, я ахнула, ощутив резкий приток крови к входу во влагалище. Этот паршивец увеличил скорость вибрации! Теперь крошечная полоска ткани, прижатая к клитору, безостановочно натирала припухшую плоть, отчего ноги гудели. От неожиданности я вцепилась фотографу в плечо.

– Детка, праздник только начался, а ты уже в зюзю! Пора завязывать с халявным бухлом! – мужик отшатнулся от меня как от прокаженной.

Переведя взгляд на Гвидона, гневно прищурилась, обнаружив, что клоун сотрясается от беззвучного смеха. Сгорая от стыда, я стала невероятно мокрой – пульсацию в трусиках невозможно было игнорировать…

– Привет, дорогая! – кто-то потянул меня за руку, заставив обернуться.

– Агния! – уголки губ моментально сложились в искреннюю улыбку, стоило встретиться взглядом с добрыми глазами подруги.

– Боже, как здесь всё стильно оформлено! А картины твоей мамы – это нечто! Обязательно поздравлю ее, как только престанет давать интервью каналу Культура! – неожиданно Агния замолчала, кивая в сторону симпатичной блондинки с пышными формами. – А это моя подруга Лёлька! Руслан сегодня не смог прийти, и я позвала ее с собой!

– Вообще-то меня зовут Ольга, но для своих Лёля, – блондинка с формами доброжелательно улыбнулась.

– Приятно познакомиться, – осторожно кивнула, наслаждаясь временным затишьем между ног.

– И мне тоже очень приятно. – Неожиданно Оля поинтересовалась: – А что здесь делает портрет Гвидона?!

– Портрет Гвидона?!

Погруженная в свои мысли, я только сейчас обнаружила, что ненормальный натурщик скрылся из виду, зато вокруг его портрета яблоку негде упасть. Кажется, мама не прогадала, делая ставку на Царева.

– Ну да, не ожидала его здесь увидеть… – по лицу собеседницы пробежала тень.

– Решил помочь маме по-соседски, так сказать, – многозначительно повела плечом. – А вы знакомы?

– Как-то раз виделись мельком… – повисла неловкая пауза, прерываемая лишь битами музыки и вспышками фотокамер. Агния попыталась спасти заглохший разговор.

– Кстати, Ассоль, ты искала себе пару для похода в клуб. Так вот Лёлька недавно рассталась с нашим другом Игорем и тоже ищет компанию для ночных похождений! Предлагаю вам объединить усилия!

– Отличная идея! – оживилась Оля. – Может, тогда обменяемся телефонами и спишемся на выходных?

– Почему бы и нет… – на автомате согласилась я, поглядывая в сторону туалета.

Нужно было преодолеть всего несколько метров. Свернув беседу с девчонками, я посеменила в сторону уборной, как вдруг напряжение между ног сделалось невыносимым. Я почувствовала сумасшедшую пульсацию, поднимавшуюся через все тело из недр живота. Застыв, я сжала бедра, яростно мотая головой по сторонам. Придушу этого психа, как только доберусь до него! Поясница покрылась потом, соски стали тверже пуль, а под трусиками собралось озеро желания… Я зажмурилась, пытаясь не обращать внимания на этот беспредел.