Девочка-Табу - Амира Ангелос

Примерка прошла отвратительно, я чувствовала себя бездушной куклой, несколько женщин крутились вокруг меня, критически подбирая наряд, явно стараясь угодить «хозяину».

Командовала высокая темноволосая средних лет женщина, очень стильная, в элегантном брючном костюме. Остальные подчинялись ее приказам.

Почему так важен мой внешний вид? Это дико раздражало!

Наконец Дизайнерша (так я прозвала ее про себя, потому что никто не утруждал себя знакомством) остановила свой выбор на белом платье, расшитом бисером и стразами, с глубоким вырезом декольте. Платье красивое, но как по мне — слишком откровенное. Я попыталась сказать, что мне понравилось другое, цвета карамели, с шифоновыми пышными рукавами, но никто не прореагировал.

Обратно в комнату я шла за Тамарой кипя от злости. Кто этот кукловод Алекс? Что ему от меня на самом деле нужно?

Мысль о том, что завтра на приеме я столкнусь с Таиром поспешно отбрасываю. Ну нет, не настолько же он ненормальный. Теперь становится понятно, почему он из города сбежал так неожиданно и поспешно. Пропал без вести, никто с тех пор ничего не знал о нем. Столкнулся с серьезными людьми. Пришлось поджав хвост спасать свою шкуру.

Таир всегда был безбашенным, наглым и отвязным. За его спиной был отец с мощной группировкой, хозяин города. Поэтому Таир чувствовал себя уверенно и вольготно. Вот только когда отец умер, Таир не смог удержать в своих руках власть. Это смог сделать Руслан…

Можно ли надеяться, что Валиев мне поможет? Где же его слежка, о которой так легко объявил мне? Где защита?

Пока она вроде как и не требуется, но предчувствия у меня самые недобрые. Таир конечно, же не появится, и я стану разменной монетой. Или будут держать меня здесь… сколько захотят.

Поеживаюсь от этой мрачной перспективы.

— Мы кажется не на том этаже, — произношу, когда Тамара проходит лестницу.

— Тебя кто-то спрашивает? Выполняй что велено, за мной иди, — буркает тюремщица. — Тебе отдельные хоромы выделили. Принцесса, — последнее добавляет с издевкой.

— Меня устраивало жить с Инной.

— Ну, может еще и придется. Разозлишь хозяина, обеспечит вам обеим подвал с крысами.

Бросаю на нее яростный взгляд. Очень хочется ответить дерзостью, но заставляю себя промолчать.

— Спать ложись пораньше, тебя в шесть поднимут, приедет маникюрша, косметолог и еще бог знает кто, — недовольно бурчит женщина. Похоже ей происходящее тоже не сильно по душе. Может раздражает что вынуждена возиться со мной. Интересно, а до моего появления чем она тут занималась?

Сон не идет. Я ворочаюсь в постели, никак не получается привести мысли в порядок. Они хаотично проносятся в голове как кометы-убийцы. Пытаюсь найти хоть малейший просвет, выход из ситуации, и не нахожу.

***

Тамара не обманула, утром меня поднимают, кормят скудным завтраком (геркулес, стакан сока), и начинается ад. Меня красят, причесывают, никогда я еще не чувствовала себя настолько куклой! Все это длится больше двух часов. Едва вздыхаю от облегчения что осталась одна, как в комнату входит Алекс.

— Отлично. Просто отлично, девочка. Идем.

— Вы же понимаете, что находитесь не в Голливуде? — спрашиваю гневно.

— Это ты сейчас к чему?

Мысленно произношу несколько хамских вариантов, но решаю ничего не озвучивать.

— Ослепительная улыбка, Мира, помнишь?

Вот только как, когда ледяные мурашки и спазм в горле?

Мы выходим из дома на огромную террасу, на втором этаже. И правда, настоящий светский раут. Женщины в красивых платьях, белые высокие столики, длинные мягкие плетеные из белого ротанга диваны. Официанты в идеальных черных смокингах.

Вот только чем больше всматриваюсь, тем большее чувствую, что все эти люди… Это не бизнесмены, не политики. Опасный блеск глаз, прищур, да весь их вид кричит о том, что это крайне опасные люди!

— Почему задрожала, девочка? — показывает проницательность Алекс. — Пока ты рядом со мной, тебя никто не тронет. А вон и твоя подружка. Кажется, она тоже немного не в своей тарелке.

Поворачиваю голову туда куда взглядом указал Алекс. Инна действительно здесь, и даже с такого расстояния вижу, что ей очень страшно. Ее прижимает к себе толстый, крайне неприятной внешности, мужчина. Прямо боров.

— Петру она очень глянулась, — оскаливается Алекс. — Может устроит свое счастье, у Варламова денег завались. Кажется, именно о них мечтает твоя подруга. Бойтесь своих желаний, как говорится.

— Я не хочу играть в ваши игры, Алекс. Уверена, что Инна тоже.

— Что поделать, дорогуша. У пленников никогда не бывает выбора. Они должны делать то, что им скажут. И чем меньше будут спорить, тем меньшей кровью все это обойдется.

По коже пробегает озноб, но я все равно пытаюсь храбриться.

— Никогда не слышала, чтобы ради пленников закатывали светский прием! — произношу ехидно.

— Особый случай. Ты особенная, Мира. Пользуйся этим, пока можешь.

— Таира нет. Отпустите меня.

— Ты же не думала, что я ожидаю, будто он сразу появится? Я не настолько самонадеян. Всему свое время. Улыбка, Мира. Не утомляй меня напоминаниями.

Алекс вызывает у меня крайнее чувство омерзения. Он как паук плетет свою паутину, неспешно, размеренно, создает совершенную ловушку. Страх парализует, утомляет. Взгляды бандитов, которые ловлю на себе, вызывают отвращение и страх. Продолжаем прогуливаться среди гостей, общаться. Алекс постоянно предлагает мне что-то попробовать из закусок, когда возле нас останавливается очередной официант с подносом. Но понимаю, что не смогу проглотить ни кусочка, слишком нервничаю. Соглашаюсь только на бокал шампанского.

Нахожу взглядом Григорьеву, и мне становится еще хуже. Толстяк бесцеремонно тискает ее, просовывает руку в вырез ее платья. Меня обдает волной ужаса. Здесь с нами может произойти что угодно. Как сбежать? Уж точно не в таком платье и на шпильках.

Я всегда презирала слабых людей, никогда не понимала самоубийц, но сейчас у меня мелькает мысль, что возможно это — крайний выход… Я просто не могу видеть все это вокруг! Общество убийц и бандитов, я остро это чувствую.

Кажется, что срыв неминуем, даже второй бокал шампанского не помогает предотвратить подкатывающую истерику. Возможно наоборот, алкоголь сильнее провоцирует нервозность. Именно в момент, когда я готова оттолкнуть Алекса с криком, появляется Валиев.

Я замираю, каменею, ноги становятся чугунными и прирастают к полу.