Плохиш. Студентка. Препод - Кира Лафф

— И мы с твоей мамой поженились сразу, как вернулись в Москву! — продолжает он. — У меня тогда ещё ничего не было, но она увидела во мне потенциал.

Мда… и эту часть их истории я тоже знаю. Мои звёздные родители просто сошли с баннера рекламы традиционных семейных ценностей. Отчего-то сразу вспоминается, насколько далеки мои собственные отношения от «традиционных»… На душе становится гадко, и я кляну себя последними словами.

— Спасибо за ужин, мам. Всё было очень вкусно. Я пойду задания делать…

— Вперёд к знаниям! — откликается мама.

Мою свою тарелку и ухожу в комнату.

Боже, эти семейные посиделки когда-нибудь меня доконают! С детства родители воспитывали во мне ощущение, что ждут от меня каких-то невероятных побед и свершений, но… кажется, на мне природа решила отдохнуть. В теннисе я не достигла особых высот. Дальше побед на региональных соревнованиях дело не пошло… Да и в учёбе, несмотря на то, что я всегда выкладывалась на все сто, какой-то особенной гениальности преподаватели во мне никогда не наблюдали. Да и в юриспруденцию я пошла только потому, что так хотел отец. Я сама всегда мечтала стать дизайнером… Но, папа только посмеялся над моей мечтой. «Дочь судьи обязана стать юристом!» — отрезал он. Сказал, что они с мамой не зря водили меня к лучшим репетиторам, и не позволят мне теперь дать заднюю…

Нет, учиться мне даже нравится… вот только я совершенно не представляю свою жизнь после университета. Наверное, придётся пойти в прокуратуру и всю жизнь заниматься тем, что, если честно, кажется мне ужасно скучным! После универа отец, наверное, найдёт мне какого-нибудь спутника из числа своих более молодых, но подающих большие надежды подчинённых… А дальше… Дальше перед глазами встаёт какая-то пелена. Я не вижу своё будущее. Просто не вижу…

Сажусь за стол, упрямо мотая головой. Что-то меня сегодня потянуло не туда. Глупости всё это. Самые настоящие глупости! Наверное, как правильно говорит мама, я просто не ценю то, что у меня есть, поэтому и витаю постоянно в облаках!

Стараясь не думать ни о родителях, ни о Никите с Андреем, я погружаюсь в учёбу. Успеваю прочитать несколько параграфов и сделать задание для семинаров, когда ко мне внезапно заходит отец.

— Олесь, — лицо у него серьёзное. — Слушай, а ты ко мне в кабинет на заходила, пока мы с мамой были на даче?

— Что? — переспрашиваю, не сразу отвлекаясь от учебников.

— Важные документы потерялись, — вздыхает он. — Так странно… точно помню, что оставлял их дома!

— Хм… — пожимаю плечами. У отца столько дел, что иногда бывает, он забывает нужные папки на работе или на даче, а потом ищет их по всему дому. — Пап, ты же на даче последние недели работал. — Наверное, забыл там?

— Нет, — уверенно отвечает он. — Исключено. Это дело уже пошло в архив, я дописывал некоторые бумаги. Оно было тут. Я уверен.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Я не брала. Я, вообще, к тебе в кабинет никогда не захожу, ты же знаешь.

— Ясно. Ну ладно, — наконец, кивает он. — Наверное, где-то в другом месте оставил.

— Ага, — пожимаю плечами и возвращаюсь к учёбе.

На часах уже одиннадцать вечера. Шея ноет. Мышцы рук сводит от непривычно сильной нагрузки.

Потягиваюсь и разминаю шею, внезапно замечая, как загорается экран смартфона. Когда я занимаюсь, ставлю его на беззвучный режим, чтобы никто не отвлекал…

Беру в руки и разблокирую экран… Хм… как странно…

Входящее сообщение от незнакомого номера.

«Привет, Оленёнок. Чем занимаешься? Я придумал своё желание. Хочешь узнать, какое?».

По телу проходит дикая дрожь. Хочется бросить телефон на пол, будто он — опасная змея, что непонятным образом проникла ко мне в постель!

Сердце дико бьётся в груди, когда я замечаю новое сообщение.

На этот раз номер другой.

«Здравствуй, Олеся. Завтра я жду тебя в своём кабинете перед занятиями. Нам нужно многое обсудить.»

Чёрт возьми! Во рту пересыхает от волнения! Они что, решили меня добить?

Экран снова мигает.

«Выгляни в окошко — дам тебе горошка.»

У меня холодеют пальцы. Ноги становятся ватными. Неужели… они… поджидают меня на улице?

Тут же выключаю свет в комнате. Квартира находится на высоком первом этаже, окна выходят во двор… От мысли о том, что там, за стеной, под окнами, стоят эти двое, мне хочется спрятаться под одеялом и никогда оттуда не высовываться! Боже… они, ведь, не знают, что домой вернулись родители! Вдруг, они решат заявиться ко мне? Позвонят в дверь? Представляю, как папа открывает дверь и видит пирсингованного Никиту и… моего преподавателя Андрея Владимировича… папа начинает их расспрашивать, а они рассказывают ему о подробностях прошлой ночи! Сердце сковывает холодом.

Телефон снова мигает, и я вздрагиваю:

«Ну же, Олеся, почему ты нас игнорируешь? Хочешь, чтобы мы снова зашли на чай?»

Нет… это уже слишком!

Отчаянно набираю ответное сообщение, чувствуя, как паника сковывает сердце, не давая нормально дышать!

«Оставьте меня в покое!»

Отсылаю на оба номера и с дико бьющимся сердцем жду ответ.

«Нет, не можем. Ты нам очень нравишься.» — сообщение приходит с номера, который предлагал мне встретиться в кабинете. Так что это, должно быть, Андрей…

Я замираю посреди комнаты, тупо глядя в телефон.

«Мы ждём десять минут, а потом идём к тебе. Выбор за тобой, Оленёнок!»

Новое сообщение вызывает приступ головокружения.

Господь всемогущий! Что же мне делать?!

Глава 16

Андрей

— Думаешь, поведётся? — Никита усмехается, с интересом вглядываясь в окно первого этажа, в котором всего пять минут назад резко погас свет.

— Предлагаю подождать и проверить, — складываю руки на груди, опираясь на капот тачки.

Конечно, идти к ней в квартиру мы не собираемся. Это блеф. Чистой воды блеф. Вероятность того, что её отец вспомнит лица свидетелей, проходивших по делу полугодовалой давности, ничтожна, но… всё