Трое - Алайна Салах

Нет ни малейшего шанса на то, что Руслан меня не заметил — его подбородок с темными неровностями щетины находится прямо перед моими глазами. Я заставляю себя встретиться с ним глазами и поздороваться, но вместо до боли сжимаю пальцы в туфлях, ощущая, как щеки неумолимо заливает краска. Руслан не произносит ни слова, но вряд ли так он пытается делать вид, что мы незнакомы. В противном случае, он бы перестал заграждать собой проход.

— Здравствуй, Руслан, — я смотрю ему в глаза лишь долю секунды, предпочитая сосредоточиться на маленькой родинке у него под скулой. — Мы заезжали выпить кофе… — указываю головой на притихшую Оксану. Сейчас я несказанно благодарна ей, что стою перед ним не одна. — Уже уходим.

— Дождись меня на улице, — негромко произносит Руслан, не распыляясь ни на банальное «привет», ни на вежливый кивок головы. — Сейчас подойду.

Он отходит в сторону, пропуская нас, и идет в барной стойке. Оксана задает какой-то вопрос, но в эти секунды его суть не способна пробиться через мое смятение. Я выскакиваю на улицу и делаю несколько глубоких вдохов. Кожу покалывает, сердце быстро и сильно бьется. Я презираю свое состояние, но перебороть себя не в силах. Звуки, запретные картины, запахи вновь берут в осаду сознание.

— Ты что, не будешь его ждать? — Оксана перехватывает мое запястье, заставляя вздрогнуть и остановиться. Оказывается все это время я не прекращала идти. — Это же Булатов был, да?

Я разглядываю ее лицо, разрисованным восторгом напополам с азартом, и понемногу начинаю трезветь. На ум приходят слова Мирона о том, что секс и реальная жизнь — это разные вещи. Сделанного не вернешь. Мне нужно взять себя в руки и успокоиться.

— Да, он.

— Наверное, нам стоит его подождать, — настойчиво предполагает она. — Уйти будет невежливо.

И пусть вежливость — последнее, о чем в данный момент думает Оксана, я понимаю, что она права. Нужно было сразу сказать, что я тороплюсь, а уйти молча сейчас означает сойти за смущенную истеричку. Руслан — друг Мирона, и это, разумеется, далеко не последний раз, когда мы видимся.

Оксана подносит к лицу выключенный экран телефона, несколько раз втягивает в себя губы, быстро поправляет волосы. Неожиданно ее предпочтение в выборе дорогого заведения становится для меня понятным — это шанс приобщиться к нужной среде, вытянуть ту самую выигрышную лотерею. Здесь я не могу ее обвинять, хотя и до конца не понимаю. У меня никогда не было амбиций выехать в лучший мир за счет богатого ухажера. С другой стороны, я встретила Мирона, до конца не успев проникнуться атмосферой столицы. Быть может, с временем кипящая Москва и ее возможности тоже изменили мое мировоззрение.

На звук хлопнувшей двери мы обе машинально оборачиваемся. Руслан, держа прозрачный пластиковый стакан, содержимое которого по виду похоже на апельсиновый сок, направляется к нам. Дежавю с той самой ночи вновь оживает при взгляде на его руки и том, как натягивается и расправляется джинсовая ткань при каждом его шаге. Забыть нет ни малейшей возможности. Я знаю, как выглядит то, что находится под ней.

— Мы дождались тебя, чтобы попрощаться, — говорю, как только он подходит достаточно близко, чтобы меня услышать. Кажется, мне наконец, удалось взять эмоции под контроль, и я могу улыбнуться. — Это, кстати, Оксана.

— Уже вызвала такси? — осведомляется Руслан, проигнорировав намек на знакомство.

Я отпихиваю внезапный импульс солгать и машинально запускаю руку в сумку в поисках телефона.

— Как раз собиралась.

— Пойдем, — он подносит пластиковую трубочку к губам и указывает глазами в сторону припаркованной машины. — Эта хрень с такси даже меня напрягает.

И он снова с легкостью не оставляет мне выбора. Я представляю, как начинаю отнекиваться, доводя безобидную ситуацию до идиотизма, и растерянно оглядываюсь на Оксану, застывшую в ожидании. Ее он не предложил подвезти, а просить Руслана я не буду.

— Увидимся, — я сильнее прижимаю к себе сумку, стараясь не выдать своего смущения. Не сомневаюсь, что после этого случая, пропасть между нами вырастет минимум вдвое. С другой стороны, я ведь все равно не планировала поддерживать наше общение. Чем не повод блюсти данное себе слово?

Оксана плотно сжимает губы, и я разворачиваюсь. В поле зрения попадает широкая спина, скрывающаяся за серой глянцевой дверью, слышится глухое урчание заведенного двигателя. Меня снова посещает ощущение неправильности, от которого отчаянно хочется избавиться. Нет ничего ужасного в том, что Руслан меня снова подвезет, но ведь голый факт никогда не передает реальность в полной мере. Неправильность состоит в том, как способны действовать на меня его взгляды, тогда как сердцем я привязана к другому человеку. Именно моя реакция на Руслана искажает все.

Я быстро достаю из сумки телефон и до того, как сесть в машину, набираю Мирону сообщение:

«В «Серджио» встретила Руслана. Он предложил подвезти до дома. Я согласилась».

С секунду смотрю на экран и нажимаю «Отправить». Честность — самый действенный способ не усложнять.

Под прицелом взгляда Руслана, я опускаюсь на сиденье и накидываю ремень безопасности. Юбка задирается, обнажая бедро, и я одергиваю ее быстрым движением, которое со стороны, наверняка, выглядит чересчур нервным.

Автомобиль трогается с места, унося нас от застывшей Оксаны. К черту. Я не собираюсь испытывать перед ней вину.

— Я, так понимаю, тебя отвезти домой? — подает голос Руслан, пока мы ждем подъема парковочного шлагбаума.

— Угадал.

Он издает приглушенный звук, похожий на усмешку.

— Это было несложно.

У любого другого я бы переспросила, что он имеет в виду, хотя бы для того, чтобы поддержать беседу, но с Русланом мне на каком-то интуитивном уровне этого делать не хочется.

— Приятная музыка, — киваю на экран магнитолы.

Не знаю, собирался ли он ответить, потому что в этот момент в подлокотнике оживает его телефон. Не отрывая взгляд от дороги, он подносит экран к глазам и с короткой заминкой прикладывает к уху. Еще до того, как он начинает говорить, я уже знаю, кто находится на том конце провода.