Встретимся в загсе! - Амелия Борн

С Верой же все было иначе. Она стала единственной женщиной, за которую я готов был бороться.

И тут я стукнул себя по лбу. Какого черта я ее отпустил? В то время как следовало бы усадить эту невозможную женщину в машину и отвезти к врачу!

Работники фирмы уже разошлись, и этаж, который занимал наш офис, опустел, если не считать поста охраны. Которая черт знает чем занималась, если в моем кабинете кто-то разгуливал со шваброй наперевес и устраивал фаер-шоу!

Впрочем, сейчас мне было не до них. Я спешно набирал номер Веры, чтобы... чтобы узнать где она и как. И когда спустя пять минут непрерывных звонков трубку Красникова так и не подняла, забил тревогу.

А что, если ей стало плохо? Вера ведь успела порядком надышаться дымом прежде, чем я ее вытащил из горящего кабинета! Может, она лежит сейчас без сознания дома? Или вообще туда не доехала!

Стараясь не паниковать, я отыскал адрес Веры в ее личном деле, копия которого у меня осталась. А потом сделал то единственное, что хотел и был должен - поехал к ней.

Когда после второго звонка в дверь мне никто так и не открыл, я уже стал прикидывать, как выломаю эту преграду ко всем чертям собачьим. Но перед этим стоило убедиться, что Красникова, например, не у подруги. И я не окажусь в итоге взломщиком-идиотом.

Набрав Репину, я быстро спросил, едва та ответила на звонок :

- Ульяна, Вера у тебя?

- Нет, - растерянно ответила та. - А что такое?

- Не могу ей дозвониться - ни по телефону, ни в другие места.

- Какие такие места? - удивилась Репина.

- Неважно! Она поехала после работы домой?

- Да, должна быть дома. Да что случилось-то?! - не выдержала Ульяна.

- Пока ничего, - ответил я и отключился.

Что ж, ломать так ломать! Сделав еще один контрольный звонок, я уже хотел было подраться с дверью, но тут она наконец распахнулась. И моему взгляду предстала абсолютно живая Вера, хотя, судя по ее виду, не слишком-то здоровая. Хоть и невероятно милая в забавной пижаме сердечками и небрежно растрепанными волосами.

- Вы? - спросила она изумленно, и аж глаза при виде меня округлила.

- Я. - подтвердил очевидное и, нагло протиснувшись мимо Веры в квартиру, прикрыл за собой дверь и требовательно спросил :

- Ты почему не берешь трубку?!

- Я отключила звук. Хотела побыть одна. У меня, знаете ли, был тяжелый день! Имею право!

- Ладно-ладно, - сказал я примирительно. - Как ты себя чувствуешь?

- Прекрасно! - отрезала сходу Вера.

Я сложил руки на груди.

- А по виду не скажешь.

- Чтоооо?! - возмутилась она.

- Я сказал, что мне не нравится, как ты выглядишь.

- Да вы просто мастер комплиментов, босс! И вот что я вам на это скажу: не нравится - так не смотрите! - мигом ощетинилась Красникова.

Я вздохнул и потер с досадой переносицу. Ну почему у нас любой разговор скатывается в спор?!

- Вера, Бога ради! - поморщился я. - Если ты не поняла, я о тебе волновался! И у тебя какой- то больной вид. Поэтому я сейчас отвезу тебя к врачу, даже если ты будешь орать и сопротивляться!

Она приоткрыла рот с воинственным видом и я уже приготовился к очередной словесной баталии. Но вместо колкостей вдруг услышал :

-Вы... волновались обо мне?..

- Безумно, - признал я, неловко подернув плечами. - Ты надышалась дыма и мне не стоило отпускать тебя домой одну.

- Это так мииииииило, - вдруг всхлипнула Вера и, точно ребенок в поисках защиты, уткнулась мне лицом в грудь.

Я поднял руки, чтобы обнять ее, и ощутил, как внутри что-то сжимается от малознакомого, но дико щемящего чувства. Нежность... наверно это называлось именно так.

- Поедем в больницу? - снова предложил я, но уже непривычно мягким тоном.

- Не хочу в больницу! - заявила Красникова в ответ, отстраняясь. - Хочу пиццу и мультики.

- Тоже неплохая программа развлечений, - усмехнулся я. - Возьмешь меня к себе в компанию? Обожаю пиццу и мультики!

Насчет второго я откровенно приврал, но с Верой готов был смотреть хоть «В мире животных». Лишь бы просто побыть рядом.

- А вы не будете ко мне грязно приставать? - спросила Красникова с подозрением.

Я улыбнулся, взглянув на нее глазами кота из «Шрека».

- Не буду. Слово босса!

Это ее явно не успокоило. И тогда я сказал:

- Вера, я просто хочу провести с тобой время. У нас не самые лучшие отношения, но это всегда можно исправить. Мир?

Чуть поколебавшись, она все же кивнула :

- Мир. И, кстати, я люблю с грибами и ветчиной.

- Намек понял, - усмехнулся я.

- А еще я хочу роллы, - добавила Вера.

- Окей, - кивнул я.

- И чипсы!

Не успел я что-либо ответить, как она добавила:

- А еще поп-корн. И мороженое! И...

- Я понял. Купим полмагазина, - пообещал ей и стал заказывать все, что она просила.

Позже, когда мы устроились с этим стратегическим запасом на диване, Вера, сев по-турецки, включила телевизор.

- Будем смотреть «Холодное сердце», - заявила она с вызовом, как будто я мог иметь что-то против.

- Я надеялся на «Русалочку», - ответил насмешливо. Но Вера не растерялась :

- Ее посмотрим следующей!

Боже, и кто меня за язык тянул?

Но в целом, смотреть мультики с Верой было даже... приятно. Возможно, потому, что я больше смотрел на саму Красникову, чем на экран. Отвлекло меня от этого просмотра только то, что Вера вдруг всхлипнула :

- Бедный Олаф!

Переведя взгляд на телевизор, я увидел, как снеговик разлетается на части, но благополучно собирается вновь, только вверх ногами. И сильно подозревал, что эта сцена была задумана создателями мультфильма, как смешная.

- Бедный? - уточнил я. - Да все с ним в порядке! Ну подумаешь на месте головы теперь задница....

- Ему же боооооооольно, - снова всхлипнула Вера.

Я не думал, что снеговику может быть больно, но спорить как-то не рискнул. И уж всякое желание возражать у меня пропало окончательно, когда голова Веры вдруг оказалась на моем плече.

А потом, в какой-то момент, я понял, что она уснула. Аккуратно уложив Красникову на диван и укрыв пледом, я несколько минут смотрел на нее спящую. И снова испытывал нечто, чему не мог дать однозначного определения.　

И это даже пугало.