Хочу тебя. И кофе… - Стелла Грей

Но не вышло.

Я не понимала, что именно во мне разглядели двое этих мужчин, почему именно я стала объектом их ненормального поведения. И всё же моё сердце точил червячок догадки – да потому, что ты, Файнис, будто из монастыря сбежала. И Люциусу, и Полу просто интересно, насколько крепкими окажутся твои щиты, и обоим плевать, что внутри под ними прячется душа.

Поцелуй, наконец, прервался, и только теперь я поняла, насколько сильно сбилось моё дыхание.

– Ты такая страстная, – прошептал Пол… – И так краснеешь.

Я ухватила очередной вдох воздуха, чтобы подавиться им, но промолчала. Внутри меня кипел гнев, но уж никак не страсть.

– Зачем вы это сделали? – едва слышно прошептала, вспоминая всё то, о чём вчера говорила Рут.

Почему-то мне всё ещё хотелось верить в Санта Клауса, и что Пол признается в споре с Люциусом. И если он сейчас ответит правду, то я даже сумею простить.

– Ты мне нравишься, – мистер Коллинз улыбнулся так широко, что его зубы сверкнули в полумраке каморки, словно в рекламе зубной пасты. – Ещё с того дня, как мы встретились. Я так долго корил себя за то недоразумение с ведром и тряпкой.

Он говорил, а я кивала будто болванчик, хотя не верила ни слову.

Он принял меня за уборщицу!!! А вот потом, да, что-то точно произошло. Ведь уже выходя из кабинета мистера Мелроуза, Пол Коллинз был удивительно очарователен и обходителен!

Сволочи! Оба сволочи!

Надо было бы вылепить пощёчину вначале Полу, а после своему работодателю, и вылететь с работы, но я медлила. Во мне всё ещё не было решимости на столь отчаянные действия…

Пока не было. Зато она точно присутствовала в глазах Пола Коллинза. Лукавых и соблазнительных, будто у экзотического кота. Мужчина буквально пожирал меня взглядом, скользя им по лицу, плечам, остановившись на груди…

Будь обстоятельства иными, я бы поверила этому взгляду и поддалась. Но осознание, что у любого спора есть приз, отрезвляло меня куда сильнее холодного душа.

Они ведь на что-то спорили, а я лишь инструмент для достижения победы.

До противного любопытства стало интересно, как далеко эти мужчины готовы зайти ради выигрыша, и я произнесла:

– Нравлюсь вам? Должно быть это издёвка. Где вы, а где я… Я ведь даже женщиной рядом с вами себя не ощущаю.

Улыбка тут же сползла с лица Коллинза.

– Вы лесбиянка? – совершенно серьёзно спросил он.

Я отвела взгляд.

– Нет. Я о том, что вы слишком утончённый для такой как я. Посмотрите на себя – дорогие вещи, аксессуары. Вы весь лучитесь лоском, а я – простотой. Во мне нет ничего женственного – я даже серьги не ношу. Так как же я могла вам понравиться?

Выпалила, и сама себя устыдилась.

Фактически я выпрашивала, и никак иначе. Давала очень прозрачный намёк на подарок, потому что было любопытно – услышит ли меня этот мужчина? Решит ли, что меня будет легко купить?

– Я разглядел в вас скромность, – Пол вновь предпринял попытку приобнять меня, но я отстранилась. – Главную добродетель женщины. Вы удивительная, Файнис…

Он говорил мне о моей исключительности, я же ощущала, как с ушей сваливается лапша…

– Простите, мистер Коллинз, кажется, мы тут задержались, – наконец произнесла я, глянув на часы. – У меня работа.

С этими словами я выскользнула из каморки и бросилась подальше. Благо по пути подвернулась дамская комната, куда я забежала, чтобы привести себя в порядок.

Долго смотрела в зеркало. Глаза казались заплаканными и красными, хотя я не проронила ни слезинки, а лицо, наоборот, побледнело.

Пришлось умыться, отдышаться, и только потом собраться выходить.

Стоило только толкнуть дверь в коридор, как меня встретил оклик.

– Мисс Бутс!

Мой босс стоял в десяти метрах дальше по коридору.

– Я так и думал, что вы где-то здесь. Вы исчезли в самый разгар ужина! Где вас носило полчаса?

Он говорил быстро, а в голосе явно прорезалось раздражение. И я поняла, что он прекрасно знает, с кем я была…

– Я… я… – запнулась, даже не понимая, врать, или сказать правду. Зачем мне поддерживать их игру?

Неожиданно лицо Люциуса вытянулось и окаменело. Он резко двинулся, подходя настолько близко, что захотелось провалиться сквозь землю.

– Вы что плакали? – его пальцы легли на мой подбородок, удерживая лицо, чтобы не отвела.

– Н-нет.

– Не врите, я же вижу, – он смотрел мне прямо в глаза. – Если вас кто-то обидел, скажите! Я разорву его…

Я горько усмехнулась. Так и хотелось выпалить – «Себя разорвите»… Но я задушила в себе голос совести и обиды.

– Вы все не так поняли, – нашла в себе силы соврать я. – Меня никто не обижал, это просто стечение обстоятельств. Там, на приёме, все слишком изысканные, говорили о каких-то неизвестных мне блюдах, а женщины выглядели как модели с журнала, и я почувствовала себя лишней. Ох… простите, не понимаю зачем я вам всё это говорю. Мне лучше вернуться к работе, мистер Мелроуз.

Я выпрямилась и поджала губы, прямо взглянув на босса едва ли не с вызовом.

Мелроуз смотрел на меня, и мы оба чего-то ждали.

– Не нужно к работе, – наконец произнёс он. – Идите в номер, Файнис. Отдохните. Я справлюсь сам.

Пол

Я знал, где достать девочке отличные серьги.

И как сразу не догадался подарить малышке брюлики? Пусть она и нежный цветочек, но украшения любят одинаково все женщины! Идеальный подарок, идеальный я!

Спустя двадцать минут я уже был на месте, у магазинчика с красивой, каллиграфически выведенной вывеской, вещавшей, что названо сие место в честь двух братьев. Войдя внутрь, я сразу окунулся в океан драгоценных металлов, камешков и тому подобной ерунды, милой сердцам девушек всего мира.

– Добрый вечер, меня зовут Боб. Могу я вам помочь? – ко мне тут же подошёл парнишка в дорогом костюме. – Хотите подобрать подарок кому-то, или порадовать себя?

– Подарок, – лениво ответил я. – Серьги.

– Прекрасный выбор! – восхитился Боб моей прозорливостью. – Серьги – всегда идеальное решение! Пройдите, пожалуйста, сюда.

Я прошёл. Посмотрел на ворох камней в золотом обрамлении и поморщился. Как среди этого сделать выбор? Ещё и Боб подлил масла в огонь:

– Какие камни предпочитает одаряемый? Какой металл? Форму?

– Стандартные, – решительно ответил я. – Что-то такое… классическое. Может даже без камней.

– Без бриллиантов? – в голосе Боба скользнуло удивление пополам с разочарованием.

– Девушка предпочитает простоту, без вычурности, – подтвердил я его худшие опасения.