Реквием для зверя - Джулия Тард

Мягкий или твёрдый. Настойчивый или нежный. Язык Николаса извивался во мне горячей змеёй, превращая этот порочный поцелуй в самое настоящее безумие! Совершенно необъяснимое неистовство, из-за которого я трясусь в судороге, пока он снова и снова высасывает из меня остатки здравого рассудка!

И я, словно душевнобольная, начинаю метаться по постели, не в силах выдержать то, что Прайд вытворяет с моим телом! Это не секс, а какая-то адская пытка на выносливость!

Связки начинаю ныть от боли. И всё там, внизу, напоминает один сплошной оголённый нерв.

Я смотрю на его голову между разведённых ног, и чёрная шевелюра плывёт перед глазами, перемешивая во мне все краски мира. Чувствую, как сильно сжимаю в руках его волосы. Как они просачиваются сквозь мои пальцы и как он снова и снова, с каким-то глубоким рокотом впивается в меня, заставляя подаваться вперёд! Выгибаться навстречу его языку! Хватать ртом воздух! Прикусывать дрожащие губы!

Кажется, что моё внутреннее время остановилось за долю секунды до оргазма! И мне хочется рвать волосы на голове. Исцарапать лицо или закричать из последних сил. Потому что, если я не смогу кончить сию же минуту, моё тело взорвется от той невыносимой дикости и разврата, которыми я упиваюсь, совершенно не в состоянии насытиться! Лопнет от такого болезненного ощущения вязкого удовольствия, что забивает мои вены мучительной истомой. Такого тугого и тягучего. Лишающего кислорода. Отключающего все мои чувства, кроме того единственного, с которым так мастерски управляется Николас Прайд.

Его язык набирает темп. Начинает двигаться всё быстрее и грубее. Становится жадным. Алчным. Нетерпеливым! И я наконец-то содрогаюсь в припадке пробивающего меня оргазма.

Кричу, находясь на пике, делая это так громко, что и самой сложно поверить, что это на самом деле мой голос. Такой хриплый. Гортанный. Словно у загнанного зверя, молящего о спасении.

Тело обмякает, расслабляется, и я падаю на кровать, растекаясь по ней, лишенная каких-либо сил. Перед глазами играют разноцветные вспышки, в ушах стоит приятный звон, а руки и ноги подрагивают в лёгкой судороге.

— Отвратительно, не так ли? — на губах Ника играет ироничная полуулыбочка, с которой он изучает моё сонное лицо.

А я смотрю в его блестящие глаза, и всё, что в это момент приходит мне на ум — сдаться и сказать: «Я люблю тебя».

Но вместо этого лишь прикасаюсь к его лицу. Обвожу пальчиками контуры красивых скул и тянусь к нему за поцелуем. Скольжу языком по набухшим губам и с каким-то необъяснимым воодушевлением слизываю с них отголоски нашего секса.

Я хочу запомнить момент, когда пометила этого мужчину. Хочу помнить вкус, с которым сделала его своим. Хочу быть уверена в том, что каждая приблизившаяся к нему женщина будет знать, что он мой! Будет чувствовать это по тому, как сильно мой запах пропитал его кожу! Как стал частью его самого! И что уже никто не сможет это изменить!

Тело сводит той приятной тяжестью, с которой Ник навалился на меня, водя рукой от бедра и до самой груди. Я чувствую, как сильно в меня упирается его возбуждённый член. Как он пульсирует, скованный тесными брюками, и всё моё естество практически вопит и требует ощутить его внутри себя.

— Не нужно, — перехватывает мою руку Прайд, когда я начинаю водить пальцами по натянутой ширинке.

Его приказ доходит до меня далеко не с первого раза. Потому что пьяный мозг отказывается поверить в то, что он на самом деле может сказать нечто подобное в ТАКОЙ момент!

— Что ты делаешь? — испуганно обвиваю ногами его поясницу, когда Николас отстраняется, чтобы уйти.

Это что, шутка?! Очередная его игра?! Или же тот самый урок смирения, которым он грозил?!

— Это всё из-за швов? — смотрю в его потемневшие глаза и практически молю, чтобы дело было в этом!

Из горла рвутся хрипы негодования, и я хватаюсь за края рубашки, чувствуя, как отчётливо начинает сыпаться мир вокруг нас. Кажется, стоит ему уйти, как у меня внутри что-то сломается. Покроется ржавчиной и затрещит по швам! Заскрипит от насыпанного песка и так и будет беспомощно дёргаться, не в состоянии возобновить ход!