Я хочу тебя трогать - Виолетта Роман

Потом явилась Зейнеп. Женщина говорила по-русски с ужасным акцентом, но я понимала ее. Она швырнула в меня одеждой и сказала, чтобы я была готова через пять минут.

Меня чуть не вывернуло наизнанку, пока я надевала униформу. Короткие шорты и топик, не столько скрывающие, сколько выставляющие на всеобщее обозрение мое тело. Жутко дешевая ткань, и, судя по всему, костюм ношенный. Вот только кому это интересно? Я же вещь. И, по всей видимости, скоро стану такой же дешевой и затасканной, как мой костюм.

Буквально выдернув за руку из комнаты, Зейнеп повела меня по коридорам. Я прожигала ненавистным взглядом затылок этой суки и успокаивала себя мыслью, что еще далеко не конец. Нет уж. Я не сдалась. Не подчинилась. Я взяла тайм-аут. Я еще поборюсь. Рядом больше нет псов Берка, да и его самого - а это уже хорошо. Я буду использовать любую предоставленную мне возможность сбежать отсюда.

Зейнеп привела меня в кухню. Ни ножа, ничего острого мне не доверили. Я должна была мыть посуду - огромные алюминиевые кастрюли, заляпанные жиром. Шеф- повар - грузный мужчина с очень злым взглядом и громким голосом гонял всех рабочих словно скот. Поварами были в основном женщины. Полные, лет сорока на вид. Они ходили неизменно со склонёнными в пол лицами. Нельзя было сидеть, нельзя было переговариваться между собой. Все были сосредоточены только на выполнении своей работы.

Первые пару часов я честно пыталась отмывать посуду от омерзительного на вид жира. Но гора не уменьшалась. У меня нещадно болела спина. Мне не дали перчаток, поэтому руки истерлись в кровь. Спустя три часа я, прикусив губу, из последних сил драила тарелки. Больше для того, чтобы выплеснуть свое отчаяние и боль. Слезы текли из глаз, но никто мне и не думал помогать. Я попыталась присесть, за что шеф-повар больно схватил меня за плечи, едва не сломав их.

Подумать только. Я ни разу в жизни не помыла даже кружки. Я не знаю, что такое уборка, готовка, стирка. У нас всегда был персонал, занимающийся подобными делами. А здесь меня, словно рабыню, заставляли впахивать до потери сознания.

В комнату я смогла вернуться только к пяти утра. Дико уставшая. У меня не было сил даже на слезы. Переступив порог, обо что-то споткнулась, едва не упав.

- Можешь не шуметь? - раздалось с темной стороны комнаты яростное шипение. Обернувшись, удивленно уставилась в темноту.

- П-простите, вы тоже тут живете?

- Нет, блин, пришла в гости. Дай поспасть, - буркнула недовольно девушка, накрывшись с головой одеялом.

Я так и осталась стоять на месте, пораженная наличием в комнате соседки. Радость затопила сердце, пробуждая другое, кажется, давно потерянное чувство. Надежду.

А потом внутри будто щелкает что-то. В голове сотни вопросов и мыслей. Может, она ошиблась? Да! Скорее всего, так и есть. Сейчас откроется дверь, и в комнату ворвется озверевший Берк. Схватит девчонку и вытянет прямо за волосы из спальни. Сорвавшись с места, подлетаю к ее кровати, падая на колени у изголовья.

- Девушка, меня похитили, удерживают силой... - произношу сквозь слезы, пытаясь содрать с ее лица одеяло.

Она отталкивает меня. Поднявшись, впивается яростным взглядом.

- Слушай, если ты сейчас не заткнешься, твои родственники только хладный труп по почте получат! - тычет в меня пальцем, цедя сквозь зубы. - Я дико злая, не беси меня. Днем поговорим. А сейчас спать.

После этих слов незнакомка укладывается обратно, отворачиваясь от меня.

Вздрогнув от испуга, не решилась ей надоедать. С полным сумбуром в голове доплетаюсь до кровати. Падаю на покрывало. Несмотря на возбуждение, усталость быстро берет свое, и я не замечаю, как проваливаюсь в сон.

- Эй, психованная, вставай, - раздается откуда-то издалека, а следом прилетает тычок в бок. Поморщившись, пытаюсь разлепить глаза. Голова раскалывается, каждая частичка тела нещадно ноет.

- Где я? - вырывается хриплое.

- В аду. И скоро в котел тебя кинут, - ухмыляется брюнетка, склонившаяся надо мной. - Ты есть будешь? Я обед принесла. Скоро смена начнется. Мне хозяйка сказала, что сегодня ты на мне, - поставив тарелку на тумбочку, девушка уходит на свою половину.

Пытаюсь подняться. Опираюсь руками о покрывало. Вскрикнув от боли, падаю обратно. Ладони. Кожа на них содрана в кровь.

- Черт, - цежу сквозь зубы, перекатываясь на бок, чтобы усесться на кровать.

- Посуду драила? - спрашивает девушка. - Знаю, проходила. Устроившись на кровати в турецкой позе, принимается за еду. Только сейчас понимаю, насколько голодна. От аппетитного запаха еды в желудке заурчало.

- Чего смотришь? Ешь, - указывает на мою тарелку. Киваю в ответ. Забрав с тумбы блюдо, вдыхаю аромат. Картошка и котлета. Но вместо вилки - ложка.

- Тебе запретили острые предметы. Суицидница? - произносит в ответ на мой вопросительный взгляд.

- Видимо, да, - пожимаю плечами, не желая развивать эту тему.

Несколько минут мы едим в тишине. Я то и дело посматриваю на соседку. Красивая. Большие глаза с пышными ресницами, четко очерченные брови и полные губы. Но взгляд у нее - тяжелый. Видно, непростая судьба у девушки.

- Ну и... - протягивает она. - У тебя были ночью вопросы.

- Тебя тоже похитители?

- Меня? - смеется. - Нет, - смотрит так на меня, будто я глупое что-то сморозила. - Обычная история. Отправились с подругой на заработки. У меня родители инвалида и брат маленький. Думала, на полгодика смотаюсь, деньжат срублю. Но вот уже третий год торчу здесь.

- Ты... ты можешь выйти отсюда?

- Могу, - отвечает будто ни в чем не бывало. - Но сразу предупреждаю, с просьбами не лезь. Я в дела хозяев не встреваю. Место крутое, платят хорошо. Я много где до этого клуба побывала и насмотрелась. Не хочу терять эту работу. Здесь есть защита, кормят, латают, если что. Ну, и денег можно хорошо поднять. И ты сможешь...

- Я не собираюсь ни с кем спать, даже за деньги, - меня в холодный пот прошибает от нарисованной ей перспективы.

- Вот оно как, - ухмыляется девушка. - Хозяйка в курсе?

- Меня поставили на подсобные работы. Они должны связаться с моим отцом. Он богатый человек. Он заплатит им, и меня выпустят.

Смеется. Громко так. Закричать на нее хочется от обиды. Но я молчу.

- Ты еще не поняла?! - выдавливает вопрос между истерическими приступами смеха. - Боюсь огорчить тебя, девочка. Но никто тебя не отпустит. Попрощайся с мыслью увидеть снова своего богатенького папашу.

- А если сбежать? - шепот слетает раньше, чем я могу остановить себя. Девушка замирает. Хмурится, напряженно смотря на меня.

- Нет. Если поймают, что скорей всего произойдет, пожалеешь, что на свет родилась...

- Что они будут со мной делать? Я ведь понимаю, мытьем посуды это не ограничится.

Приблизившись, она забирает из моих рук пустую тарелку.