Взгляд сквозь шторы - Андрей Райдер

Откровенно говоря, романы остро-романтической направленности нравились ей больше всего. Причем, самые разнообразные. От «Лолиты» Набокова и «Праздников любви» Муакса, до «Палача» Лимонова и «Пятидесяти оттенков…» Джеймс. Важно, чтобы в них, в этих романах, был тонко описан внутренний сексуальный мир героев, это наше второе «я», неподконтрольное разуму. Это, с одной стороны, животное, а с другой – любовно-романтическое начало, балансирующее на тонкой грани между первым и вторым, то, что может свести нас с ума, заставить делать самые безрассудные поступки, забыть о приличиях, морали и стыде. То, из-за чего люди совершают подвиги и убивают самих себя, то, из-за чего они боготворят и предают, то, из-за чего они продают свою душу и позволяют осквернять тело, то, что может быть бесконечно свято, а может до тошноты отвращать. И все это – наше сексуальное начало, наша сущность, похоть и наша способность любить.

Этот писатель был ее любимым. Он как раз и творил в таком жанре. Жанре нового женского романа – откровенном, провокационном и порой реалистично-циничном на грани фола. Герои романов Писателя очень много рассуждали именно на эту тему, экспериментировали, любили, охотились за удовольствиями и искали новое, в общем, старались полноценно жить, рискуя, страдая и наслаждаясь. Все это было ей очень близко, и поэтому, когда на личном сайте Писателя она нашла информацию о том, что тот проводит открытую встречу с читателями в их городе, она тут же записалась на нее.

Мероприятие проходило в бизнес-центре гостиницы, в которой, как выяснилось, остановился Писатель. Народу собралось немало, и Диана была рада, что пришла заранее. Писатель оказался очень популярным, поскольку в таком жанре не работал никто, тем более в современном понимании близких отношений и внутренней сексуальной свободы личности. Прочитав его романы, она очень многое пересмотрела в своих взглядах на мужчин и интимную жизнь и теперь была рада пообщаться вживую.

Его встреча с читателями была оживленной, многие хотели высказаться на эту тему, и Диане никак не удавалось вставить слово, но спустя некоторое время она вдруг поняла, что этого и не надо делать. Она просто смотрела на него и слушала, сидя в первом ряду.

Их взгляды часто пересекались, причем пересекались по-разному, иногда лишь вскользь, а иногда на несколько секунд задерживаясь. Порой ей даже казалось, что он говорит что-то именно для нее, несмотря на то, что вопрос поступил от другого человека. Это было очень необычное ощущение, так, будто он постепенно вводил ее в гипноз, в результате которого они потихоньку сближались. Точнее, не сближались, а как бы общались наедине, а окружающие выступали просто фоном. К концу вечера она даже почувствовала, что закружилась голова, так на нее все это подействовало.

Встреча закончилась, народ стал расходиться, и Писатель давал автографы подошедшим к нему читателям. Она же продолжала задумчиво сидеть, чувствуя себя немного отстраненно и все еще переваривая в мозгу услышанное. У нее было странное состояние, ей почему-то не хотелось уходить.

Приготовленная для автографа книга лежала на коленях. Продолжая общаться с подошедшими к нему людьми, Писатель нет-нет да и бросал взгляд в ее сторону, и у нее почему-то сложилось впечатление, что он словно придерживает ее.

Наконец он расписался в последней книге; Диана продолжала задумчиво сидеть. Она не подходила за автографом, а просто молча ждала.

– Вы так задумались. Что-то смущает вас, или что-нибудь осталось неясным? – подошел он к ней. – Мне кажется, у вас есть ко мне персональные вопросы.

– Да, есть, – сами ответили ее губы. Действительно сами, ведь она не думала задавать вопросов, а просто не хотела стоять в очереди среди других.

– Если не торопитесь, пообщаемся еще немного. Хотите?

– Хочу, – она вновь почувствовала легкое головокружение. Неудивительно, ведь в зале было душновато.

– Пойдем, попьем чего-нибудь в баре, да и душно здесь, – словно поймал он ее мысли.

– Пойдем, – вновь согласилась она, вставая.

В баре собралось немного народу, и они сели за дальний столик, уютно расположившийся в самом углу. Официант принес заказанные соки, и их беседа продолжилась. Писатель оказался очень коммуникабельным человеком, сразу расположив ее к себе, и возникшее в зале ощущение, будто они сближаются, продолжало крепнуть в ее сознании, а скорее, в подсознании, ведь она совсем не думала об этом, а просто общалась с ним.

– Да, не все люди разделяют точку зрения моих героев, – добродушно усмехнулся Писатель. – Некоторые так спорят, будто хотят что-то доказать. А на мой взгляд, самих себя убеждают. Налицо явное раздвоение личности. Согласны?

– Конечно! Зачем же тогда читать ваши книги, если потом приходить и спорить?

– Нет, это очень хорошо, что приходят. Значит, книга сработала, и человек задумался над тем, что прочитал. Моя главная задача – встряхнуть людей, подтолкнуть их к раздумьям. Обратите внимание, что и в книгах так же. Сама жизнь провоцирует героев на раздумья. А где надо, им просто кто-то подсказывает.

– Ну да… Решения ваши герои всегда принимают сами, – задумчиво посмотрела Диана в глаза Писателю. Какая-то глубина чувствовалась в них. – Вы лишь предлагаете им особую философию.

– Приятно, что вы понимаете это, – улыбнулся Писатель и благодарно тронул ее ладонь. Она почувствовала это прикосновение. – Вы на эту тему хотели что-то спросить у меня?

– Честно говоря, нет. Над вашей философией я еще размышляю. Она мне в целом понятна. Пожалуй, с ней лучше не спорить, а пробовать. Ведь это философия активных действий, и так, мне кажется, будет лучше. Это же не чисто ваши домыслы. Многое вы просто систематизируете. Разве не так?

– Да, так, – с явным интересом посмотрел на нее Писатель. – Вы, похоже, вдумчиво читаете мои романы. Это приятно. Извините, я закажу себе немного коньяку, – и он махнул рукой официанту. – Что-то голова к концу дня подраспухла от разговоров. Пятьдесят грамм помогут расслабиться.

Подошел официант. Писатель стал бегло просматривать меню бара.

– Ага, есть! Давайте Gautier XO, Gold & Blue, – указал он официанту на строчку в разделе коньяков. – Редко бывает в барах, даже удивительно.

– У нас владелец – любитель, – доверительно пояснил официант.

– Хороший вкус у человека. Поздравляю. А может, и вы за компанию чего-нибудь выпьете? Не хотите? – обернулся Писатель к Диане. – Немного коньяку. На улице-то зябко.

– Ну… У меня-то голова не загружена. С читателями два часа не спорила, – улыбнулась она.

– Так просто для настроения! А то что, я один пить буду? Как-то даже неприлично получается. Давайте хоть бокал вина или коктейль какой-нибудь. Вы не за рулем?

– Нет. Живу совсем рядом. Пешком.

– Так! Тогда бутылку сразу неси и два больших стакана, – шутливо подмигнул Писатель официанту. – У меня тут встреча с читательницей, понимаешь. Симпатичной!

– Да ну вас! – рассмеялась Диана. – Шутите! Ха-ха-ха… Стойте! – со смехом схватила она за рукав официанта, сделавшего вид, что он услужливо убегает (парень тоже оказался с юмором). – Принесите мне, пожалуйста, коктейль Pina Colada. Есть у вас?