Плохая девочка для босса - Полина Рей

Стоило только ему подойти к двери после всех обычных «плясок с бубнами» в исполнении службы безопасности, как замок на той повернулся — не успел Лебедев нажать на кнопку. Нахмурившись, он толкнул перед собой дверь, едва не выругался на мелькнувшего позади Платона, и вошел в квартиру. Его тут же окутал какой-то сладкий запах, смешанный с ароматом свежезаваренного кофе, и пока Дэн снимал обувь, в прихожей появилась женщина, возраст которой он не мог определить вот так вот сходу. То ли пятьдесят лет, а то ли все семьдесят. Только знал, что находиться в этой квартире ему кажется правильным.

— Заходи, — безо всяких приветствий пригласила его бабушка Юли. — Я Анна Петровна.

— Даниил.

— Да, Даниил. Юля в душе сейчас, придется ее подождать.

Дэн кивнул, и тут же из ванной послышался окрик Воронцовой:

— Бабушка, кто там?

Ему захотелось тут же ответить, но Анна Петровна опередила:

— Это ко мне!

И Лебедев понял, что он действительно к ней. Присутствие Юли, пусть даже вне поля его зрения, успокаивало, а вот познакомиться с ее бабушкой поближе, точно будет нелишним. Особенно учитывая тот факт, что Воронцова, видимо, первым делом со своими проблемами бежала к ней.

— Садись. Кофе пить будем, — улыбнулась ему Анна Петровна, и когда Дэн устроился за столом, добавила строго: — Чашку Юлину не трогай пока, она еще понадобится.

И не успел он заверить ее, что и пальцем не коснется ничего из того, что стояло на столе, отвернулась, давая ему возможность оглядеться.

Он оказался в старенькой квартире, в которой, казалось, эта женщина и обитала всю жизнь. Везде какие-то предметы — с привычными вазами и салфетками соседствовали пучки трав, карты, даже связка птичьих перьев, и это казалось удивительно органичным.

— Держи. — Она ловко отодвинула чашку Юли, поставила перед ним его порцию кофе, устроилась напротив и спросила коротко: — Ну?

И Дэн, вместо того, чтобы спросить, что имеется ввиду под этим «ну», вдруг начал рассказывать. От и до, опуская некоторые подробности, конечно. О том, как встретил Юлю в том клубе, о том, как искал, как она сама к нему пришла. О нападении, о Мишель и обо всем, что этому сопутствовало. И когда закончил, оказалось, что его маленькая исповедь уложилась в десять минут.

— И что теперь думаешь делать? — как бы между делом поинтересовалась Анна Петровна, при том взгляд ее стал цепким, будто сканировать его им собралась.

— Для начала — с Юлей поговорю.

— Поговорить — это правильно. Многое разговором обычным решить можно, жаль только люди не всегда это понимают.

— А если слушать меня не будет?

— Хрень собачья! Она отходчивая, хоть ей и плохо сейчас. Но ты правильно сделал, что сразу приехал.

Дэн невольно улыбнулся, когда бабушка Юли выругалась. Но тут же посерьезнел. В ванной перестала течь вода, и Анна Петровна, подавшись к нему, заговорила быстро:

— Есть кое-что, что ты должен знать. Только не пойму вот так сразу, готов ли ты к этому.

У Лебедева от этих слов по спине мурашки табунами побежали, потому что сразу понял — речь пойдет о чем-то очень важном. Раньше этот антураж, который его сейчас окружал, и «не совсем обычная бабушка» вызвали бы только одно желание — хорошенько проржаться. Сейчас же он точно так же подался к ней и шепнул уверенно:

— Готов.

Первым делом она побежала домой. Хотелось прижаться к Жене, рассказать ей все, поделиться тем, что разрывало ее на части. Но ведь она же с самого начала знала, что для Лебедева — всего лишь игрушка на время. И просто обязана была помнить об этом постоянно. А она забыла. Отпустила свои чувства на свободу, солгала себе, что все может быть иначе, чем есть на самом деле. Вот только реальность оказалась куда более жестокой.

Жене она так ничего и не рассказала. Ни о невесте Дэна, с которой ей пришлось познакомиться, ни о том, что сам Лебедев ни словом не дал ей понять, что у него с этой самой Мишель все несерьезно. Да, она знала из таблоидов, что у него есть девушка, но… как-то этот факт отошел на второй план, и Юля напрочь о нем забыла.

Когда все же не выдержала и помчалась к бабушке, желая только одного — спрятаться и пореветь в свое удовольствие, Анна Петровна встретила ее коротким кивком, как будто уже знала, что случилось что-то неприятное. Юля быстро стащила обувь, уселась в кухне, пытаясь отвлечься мыслями от той картины, что раз за разом появлялась перед глазами — как Даниил Лебедев идет под венец с этой треклятой Мишель. Выпила кофе, бездумно глядя на экран телевизора, и так же молча поднялась и пошла в ванную.

И только когда оказалась под горячим потоком воды, расплакалась, как самая последняя дура. Словно снова вернулась в тот день, когда подошла к Дэну на одной из перемен, и получила взгляд, полный недоумения и даже насмешки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Она никогда не была ему нужна. Это стоило уже вбить в свою неразумную голову и понять, что между ними нет ничего общего. И если бы не те, кто посмел шантажировать ее сестрой, они бы с Лебедевым даже не пересеклись после той ночи в клубе. Она бы просто не пошла просить у него взять ее на работу, а если бы Дэн ее все же нашел… послала бы его куда подальше.

С этими мыслями, которые были больше похожи на самообман, Юля завернулась в полотенце и через пару мгновений вышла из ванной. И тут же замерла…

Взгляд наткнулся на пару мужских кроссовок, стоящих в прихожей, а обоняния достиг слишком знакомый аромат парфюма. Дэн здесь? Но как? Как мало времени ему понадобилось, чтобы ее отыскать и приехать!

Проклятое сердце радостно забилось от понимания, что Лебедеву было не плевать на то, что она уехала. И он сейчас не со своей невестой, а здесь, в квартире ее бабушки… Так странно.

— Привет, — махнул он ей рукой из-за стола кухни, когда Юля все же нашла в себе силы перевести взгляд туда, словно чувствовала, что если он и может где-то быть, так только возле Анны Петровны.

Последняя же сделала то, чего Юля никак не ожидала. Пробормотала, что ей надо в магазин за хлебом и не прошло и пяти минут, как бабушки след простыл.

— Не замерзла? — поинтересовался Дэн, когда Юля передернула плечами. Только озноб ее, пробегающий по телу, был следствием совсем не холода.