Реквием для зверя - Джулия Тард

— Давай я вызову для тебя такси, — подошел он к женщине, целуя в щёку, и сразу же направился в сторону бара. — А завтра продолжим с того, на чём остановились.

— Не нужно, я на машине.

Проглотив откровенное недовольство, скользнув по мне ядовитым взглядом, Лаура сорвала с журнального столика квадратный клатч и сделала шаг к выходу. Ведь то, что в столь жаркий момент Николас предпочел знойной красавице заплаканную девчонку, не могло не ударить по самолюбию столь эффектной женщины.

Хлопок от закрывшейся двери тут же утонул в звуке льющегося виски. Наполнив тумблер, Прайд сделал глоток и подошел к огромному креслу всего в паре метров от меня.

— Ну? — присев в него, закинув ногу на ногу, он подпёр висок длинными пальцами. — Надеюсь, что теперь-то ты введёшь меня в курс дела?

Я прекрасно понимала, что его спокойный тон может ничего ровным счётом не значить. Ник всегда настолько мастерски скрывал свои настоящие эмоции, что даже профессиональные игроки в покер продали бы душу, только бы завладеть этой безупречной маской хладнокровного безразличия…

Сделав глубокий вдох, не имея ни малейшего понятия, как именно стоит поступить, я приняла единственно верное решение.

Потупив взгляд на мужских ботинках, сжимая края свободной юбки, я начала опускаться перед ним на колени. Ещё никогда прежде мне не приходилось так сильно унижать себя перед мужчиной. Но сейчас… и только сейчас… я была готова пойти на всё, что угодно, только бы Прайд согласился помощь…

— Даяна?!

— Я врала тебе, Ник! — выпалила, перебивая его на полуслове. Я не видела серых глаз, поэтому было достаточно сложно определить, что именно стало причиной его тона: удивление, настороженность или же самая простая насмешка. — Я переспала с тобой не из-за того, что боялась секса, а потому, что так сильно не хотела быть с Джеймсом, что была готова стать твоей любовницей! — горькие слова вырывались с пересохших губ автоматными очередями. Громко и быстро, словно в любой момент моя внутренняя решимость может оборваться на середине очередного признания, вовсе лишая меня голоса. Я не представляла, о чём именно Николас уже знает, а о чём нет, но прекрасно понимала, что должна была озвучить всё! С самого начала и до самого конца! Чтобы больше ничто не могло встать на пути к моей маме. — Я отказалась пойти с тобой после взрыва из-за того, что Джей подарил мне возможность общаться с дядей! И я сливала ему все, что знала о твоей компании, потому что он пообещал, что сможет освободить меня! — колени начали дрожать в попытке снять болезненное давление, пока чашечки всё сильнее и сильнее врезались в твёрдый пол… Но я твёрдо решила, что стерплю любую боль и любое унижение… Стерплю всё, что только можно…Только бы этот согласился помочь… — А ещё начала общаться со своей мамой сразу же после того, как переехала в Гринвич-виллидж! Прости меня, Ник… Я… Я так много врала, что ты имеешь полное право меня ненавидеть… Но сейчас… — перевела дыхание, глотая бегущие по щекам слёзы. Чем ближе я начала подходить к сути вопроса, тем сложнее было говорить. Слова превратились в неподъемный груз, что то и дело падал прямо на грудь, заставляя съеживаться от боли. — И только сейчас… я прошу тебя забыть обо всём этом и помочь забрать мою маму у Джеймса… — с настоящим трудом подняла я взгляд на сидящего в паре метрах от меня мужчину. — Умоляю тебя, Николас…

— То есть ты хочешь сказать, что Джеймс нашел твою маму и теперь хочет с её помощью вернуть тебя обратно? — сцепив пальцы, Прайд наклонился ко мне, лова каждое сиплое слово. Он не злился и не возмущался, а только сверлил сосредоточенным серебряным взглядом.

— Да…

— И как же он смог всё это сделать?

— Он… Пересылал ей деньги…

— О, Даяна… — разочарованно покачал головой Прайд, словно в этот момент я причинила ему ничуть не меньше боли, как если бы выстрелила в обнаженную грудь. — Ну какая же ты только глупая маленькая девочка… — поднялся Ник со своего кресла, направляясь ко мне.

Всего пара уверенных шагов, и я уже была вынуждена запрокинуть голову, чтобы продолжать смотреть ему в лицо. Этот мужчина всегда был необычайно высоким, но именно сейчас напоминал мне не просто надвигающуюся скалу, а самого настоящего великана. Огромного и непобедимого. Рядом с которым очень легко почувствовать себя маленькой и ничтожной букашкой…

— Пожалуйста, Ник… Я сделаю всё, что ты хочешь… — так и не получив от него внятного ответа, я потянулась дрожащими пальцами к вороту блузы, готовясь пасть ещё ниже. Готовясь дать ему последнее, что у меня осталось после растоптанной гордости. — Только помоги мне… Умоляю тебя… Только помоги…

— Вставай, бемби, такой женщине, как ты, не к лицу падать к мужским ногам, — остановив моё обнажение, усаживая на диван, Николас направился обратно к бару, высыпал лёд на разложенное полотенце. — Я не животное и не собираюсь брать с тебя подобную плату. Так что просто успокойся и переведи дыхание, — протянул бокал с водой, присаживая около меня.

Удивительно, но всё это время Прайд говорил со мной настолько сдержанно и спокойно, словно каждое его слово было выверено и записано ещё задолго до этого дня. Я думала, что моё признание превратит его в свирепого зверя и мне буквально придётся ползать за ним, моля о прощении. А вместо этого Ник даже и на секунду не стал повышать убаюкивающий голос.

— Спасибо… — дёрнулась моя нога, когда Ник приложил к покрасневшей коленке холодный компресс.

Было неловко чувствовать его пальцы на обнаженной коже и то, как мягко их прохладные подушечки скользят по напряженной голени, заставляя тело покрываться мурашками.

Было глупо чувствовать себя настолько напряженной рядом с мужчиной, который даже и не пытается переступить черту дозволенного. Вот только тело всё равно не слушалось, продолжая свою необъяснимую игру с моим смущенным сознанием.

— И где же ты собираешься жить, пока я буду возвращать твою мать?

— Я… не знаю…

А ведь действительно, где именно мне придётся жить всё это время? Остаться в Европе без единого знакомого было страшно. Ехать к мужу мамы — всё равно что по своему собственному желанию идти прямо в мышеловку Джеймса. А возвращаться в Нью-Йорк — значит только то, что мне придётся восстанавливать сожженные дотла мосты…

— Но ты ведь понимаешь, что одной тебе сейчас в любом случае не справиться? — наградив меня неоднозначным взглядом, он снова опустил голову, уделяя внимание другой ноге. — Так что, если хочешь, то я найду тебе покровителя. Кого-нибудь из своего окружения…

— Нет! — выронив бокал, я тут же вцепилась в края его рубашки, сжимая светлую ткань до еле слышного треска. — Пожалуйста… Знаю, что из-за меня могут возникнуть проблемы, но пожалуйста, Ник!.. Не отдавай меня никому…

И может, в этот момент я и не могла как следует разглядеть выражение его лица, но практически сразу увидела, как напряглись скулы в сдержанной улыбке, принуждая меня отстраниться.

— Хорошо, бемби, если не хочешь уходить, то я не стану на этом настаивать, — отложив полотенце, Прайд поднялся и пошел к окну, доставая телефон. — Добрый день, Алекс, у меня к тебе дело. Будь добр, узнай все, что касается Джеймса. Где? С кем? Когда? Куда ездит и как долго там бывает? Мы ищем женщину от сорока и до сорока пяти. Чуть позже пришлю фото. Хорошо. До связи. Ну, вот и всё, — взглянул на меня, заканчивая разговор, — так что теперь всё, что нам остаётся, — просто ждать, когда Алекс выяснит, где именно он её держит.