Я. Тебя. Заставлю - Ольга Вечная

Зачем я еду? Снова и снова задаюсь этим вопросом. От матери мне достались правильные, почти кукольные, если не считать крупного рта, черты лица, от бабушки по отцу — отличная фигура.

— Есть красивые женщины, есть очень красивые. На них приятно смотреть, любоваться, им хочется подражать. У тебя, Лада, красота другая, — говорила мне преподавательница в приватном разговоре. — Роковая. За такими, как ты, уходят из семей.

Тогда ее слова показались мне оскорбительными. Сейчас, пока еду на праздник к Леонидасу и его будущей законной жене, я вновь прокручиваю их в голове. Мужчины готовы ради меня на многое, они спешат помочь мне, угодить. А еще они мстят, получив отказ. Или категорически противятся разрыву.

— Я никогда не буду твоей любовницей, Леонидас! — кричала я в слезах ему два месяца назад. Сейчас мои глаза сухие, они безупречно накрашены, и я не собираюсь портить макияж. — Не будет этого! Если ты женишься на ней, считай, между нами все кончено!

— Но люблю-то я тебя, Лада! — давил он в ответ. — Тебя, коза ты моя! Я жить без тебя не могу! — он упал мне в ноги, обнял колени, начал их целовать. Я плакала, Боже, как же я плакала!

— Но женишься на ней, — в истерике.

— Мои родители никогда не позволят нам быть вместе, сама знаешь.

Да, я знала. Несмотря на то, что мы встречались уже пять лет, он привез меня из Москвы, жил со мной, вся его огромная благочестивая семейка делала вид, что меня не существует.

— Тогда отпусти меня, — взмолилась. — Просто оставь меня в покое!

— Они закроют глаза на тебя. Послушай… Между нами ничего не изменится, я куплю нам дом, как и обещал.

— Но жить в нем мне придется одной!

— Я буду приезжать, просто…

— Когда позволят законная жена и дети?

— Я ее не люблю, она мне даже не нравится. Страшная, тупая, скучная.

— Тогда не порть девчонке жизнь. Она совсем юная, наивная. Пусть она достанется мужчине, который будет обожать ее. Тебе не кажется, что она этого достойна?

— Она знает, на что идет. Так принято. Я женюсь на женщине из своего круга, кто-то должен заниматься родительским домом.

— Растить твоих детей.

— Но любить я буду только тебя.

— Пошел ты к черту, Леонидас, со всей своей священной греческой диаспорой!

— Я тебя не отпущу, Лада. Клянусь. Даже не пытайся бежать. Что тебе нужно? Любое желание! Деньги? Драгоценности? Сколько угодно! Все что хочешь!

Возможно, я балованная. Такое предлагают, а я нос ворочу. Другая бы с радостью согласилась. Вероятно, я зря туда еду. Но мне нужно увидеть собственными глазами, посмотреть на своего неотразимого грека, который никогда на мне не женится.

Я сильная, я справлюсь. Моя бабушка была балериной, мне передались ее фигура, гибкость и характер.

На мне изумительное, довольно откровенное платье — пусть захлебнутся слюной во главе с Олимпией, счастливой невестой. За годы, что я провела с Леонидасом, я не была ни на одном их празднике, и сейчас в глубине души радуюсь, потому что обожаю греческие вечеринки! Там всегда невообразимо много вкуснейшей еды! А это вино? Боже, оно изумительно! В студенчестве я частенько прилетала на юг вместе с Еленой, моей бывшей лучшей подругой, мы часто дегустировали.

Выхожу из машины, иду к ресторану. Обряд с обменом колец и клятвами начнется через сорок минут, я специально приехала пораньше, чтобы успеть испортить всем настроение.

Леонидас и Олимпия встречают у входа. При моем появлении их рты пораженно открываются. С широкой улыбкой поздравляю сначала своего грека, затем тепло обнимаю его невесту. На бедняжке лица нет. Хотя я несправедлива. Сегодня на ней лицо как раз-таки есть — нарисовали визажисты. Выкинуть бы это милое создание в реальную жизнь за пределами их сообщества, посмотреть, как будет учиться, работать. Как с парнями поладит.

Хорошо, когда родители договорились о браке с одним из самых завидных мужчин в мире.

— А вы… кто? — спрашивает она, хотя прекрасно знает, с кем спит ее жених на протяжении последних пяти лет.

— Меня зовут Лада, я друг вашей семьи, — подмигиваю ей, девица при этом идет пятнами. Беру ее за руки, оглядываю с головы до ног. — Какая вы хорошенькая! От всей души поздравляю!

— Спасибо, — мямлит в ответ.

Едва я делаю несколько шагов по направлению к столу с напитками, Леонидас больно хватает меня за плечо, наклоняется и шипит на ухо:

— Что ты здесь делаешь?! Убирайся немедленно! Если сорвешь мне помолвку, я тебя убью.

— Я же говорила, что не пропущу такое событие, — освобождаюсь. Расправляю плечи и иду в зал. Мельком ловлю свое отражение в зеркале — мои глаза лихорадочно блестят, губы украшает улыбка победительницы. Беру бокал шампанского и делаю большой глоток. Слава богу, напиток холодный!

Да, кажется, я та еще стерва. Киваю матери Леонидаса, та округляет глаза и отворачивается.

Неужели быть скандалу? Смеюсь про себя, осушая бокал. Вижу, как родители подходят к Леонидасу, начинают спорить с ним. Если бы не репортеры, меня давно бы уже вывели отсюда под белы руки.

