Арест - Валерия Ангелос

— Что? — от этого вкрадчивого вопроса электрический разряд пробегает по моему позвоночнику. — Повтори-ка.

— Вы не имеете права, — шумно сглатываю.

Полицейский демонстративно закатывает рукава. Нарочито медленно, с долей издевки. Его фуражка сдвинута вперед так, что невозможно разглядеть лицо.

Однако даже во мраке ночи я различаю блеск его глаз.

О, Боже.

Он приближается ко мне. Неспешной походкой сытого зверя. Окидывает взглядом с головы до пят.

Я невольно поправляю платье, оттягиваю вниз, пробую получше прикрыть бедра, но только усугубляю положение. Тяжело вздымающаяся грудь чуть ли не выпрыгивает из выразительного декольте.

Полицейский подходит вплотную, и хоть мы с ним одного роста, кажется, будто я гораздо ниже. Он нависает надо мной точно скала.

— Я имею абсолютно все права, — произносит ровно. — И я имею абсолютно все, что пожелаю.

Дрожь пробегает по моему телу. Колени слабеют. Я сама удивляюсь, как мне удается держаться и не упасть. Каблуки вибрируют. И зачем я надела эти туфли? Сейчас куда больше подошли кроссовки. Сорваться бы с места и побежать.

Но далеко не уйдешь. Дорогу не знаю. Едва понимаю, где нахожусь.

— Мой парень… вы… вы ранили его.

— Несколько незначительных ушибов.

— Там… там же кровь.

— Кто знал, что он такой слабак?

— Ему нужна помощь.

— Согласен.

— Пожалуйста.

Он подается вперед, а я не смею отвернуться. Немею, парализована ужасом. Кажется, он сделает что-то жуткое. Но он не делает ничего. Даже не касается. Просто с шумом втягивает воздух, обжигает дыханием мое плечо.

— Как тебя зовут?

Его шепот будто пробирается под кожу. Меня трясет. С трудом разлепляю губы и тихо выдаю:

— Это не важно.

Мягкий смешок вырывается из его горла.

— Здесь я решаю, что важно, а что нет.

Трудно поспорить. Мы одни посреди пустынной дороги. Нет ни единого намека на другие авто. Ночь. Полная безнаказанность. Если кого-то еще и занесет сюда, то не каждый посмеет остановиться и затеять спор с полицейским.

Давид пьян. Можно легко представить дело как несчастный случай. Парень не справился с управлением, вот и все.

Мой разум объят паникой.

— Я не маньяк, — говорит, словно прочел мои мысли.

— Тогда отпустите нас.

— И позволить твоему вдрызг пьяному парню сесть за руль?

— Я… я поведу.

— Выходит, у тебя есть водительские права?

— Нет… с собой.

Я лгу. И он это понимает. Я не вижу, но я физически ощущаю, как он ухмыляется, насмехается надо мной. А в следующее мгновение его пальцы сжимаются на моем горле. Несильно. Но дыхание перехватывает.

— Малыш, — хрипит Давид. — Пусти ее, ублюдок!

— Малыш? — издевательски переспрашивает полицейский.

Отпускает меня и подходит к нему, хватает за волосы, тянет вверх, заставляет подняться так, чтобы я увидела залитую кровью рубашку.

— По-пожалуйста, вы-вызовите врача, — шепчу сбивчиво.

Полицейский сдергивает с Давида пиджак. Что-то высыпается на землю из кармана. Осколки? Похоже на разбитую бутылку.

— Это не рана. Так, пара царапин.

Он срывает и рубашку.

— Видишь? Все чисто. Стеклянная фляжка с ликером пострадала намного серьезнее, а твой парень почти целым остался.

Я перевожу дыхание с явным облегчением. Черт. Он прав. Это просто ликер такого цвета. Не кровь.

— Но это легко исправить.

Полицейский достает дубинку, прижимает к горлу Давида. Тот лишь слабо дергается.

— Превышение скорости. Вождение в нетрезвом состоянии. Сопротивление при аресте. Нападение на сотрудника полиции. Хранение наркотиков.

— У меня нет наркотиков, — возражает Давид.

— Будут.

— Я не…

— Я найду.

— Ты не посмеешь! Ты…

— Я могу пристрелить тебя прямо тут.

По его тону понятно, что это не пустая угроза, а вполне вероятное развитие событий.

— Чего ты хочешь? Денег? Я заплачу.

— Ее.

Давид закашливается.

— Я не понял, — говорит глухо.

— Я хочу ее.

— Решай. Или я вызываю подкрепление и мы оформляем все официально. Или я забираю твою девушку на ночь.